Босс №08 2015 г.

Константин ВАРОВ: необходимо, чтобы участники рынка поверили в серьезность курса государства в сфере импортозамещения

Рубрика | Импортозамещение

 

Влияние политических противоречий на поведение иностранных вендоров до сих пор не снимает возможных угроз для участников отечественного финансового рынка. При этом активный маркетинг западных компаний продолжает вытеснять местных разработчиков даже в тех случаях, когда российское ПО объективно лучше. О существующих сегодня проблемах на пути воплощения программы ИТ-импортозамещения в России и возможных методах их решения рассказывает управляющий директор компании «Диасофт Платформа» Константин Варов.

«Диасофт Платформа» входит в группу компаний «Диасофт» и занимается созданием и развитием средств, позволяющих разработчикам прикладного ПО быстрее и с меньшими затратами ручного труда создавать современные бизнес-приложения. Наш флагманский продукт — системная платформа Diasoft Framework — хорошо зарекомендовал себя как основа для решений, эксплуатируемых сейчас в крупнейших банках РФ, а также в ряде органов государственной власти. Множество отечественных и несколько зарубежных компаний-разработчиков сегодня использует платформу для создания бизнес-приложений своих клиентов.
Мы стараемся смотреть в будущее, предвосхищая потребности рынка, и часто справляемся с этой задачей. «Диасофт» одним из первых на российском рынке выбрал в качестве основного курса развития принцип компонентности своих продуктов. По прошествии времени компонентный подход к разработке приложений стал трендом, успешно продвигаемым и сегодня. Более года назад, с наступлением напряженной экономической и политической ситуации, мы включились в ряд активностей по замене зарубежных информационных технологий их российскими аналогами, не дожидаясь призыва со стороны государства. Важным для нас было уберечь бизнес клиентов от угроз, связанных с санкциями иностранных разработчиков. И в этом удалось достичь существенных успехов — в рамках консорциума разработчиков инициированного нами проекта «Бета» обеспечена возможность для банковских и страховых систем нашей материнской компании работать не только на зарубежном, но и российском системном программном обеспечении и «железе».
На сегодняшний день предложен пул решений, позволяющий отечественным финансовым и страховым компаниям полностью отказаться от применения в своей работе западных информационных технологий. Разработанные нами технологии таковы, что, используя их, любая организация может обеспечить работу своих программных систем на российских операционных системах, СУБД, серверах приложений и т.д. Причем не обязательно, чтобы это были решения для финансового сектора. На нашей платформе созданы решения для торговли, медицины, органов власти. Мы открыты
и готовы делиться своими наработками с любыми участниками рынка.
Важно отметить, что клиенты, желающие отказаться от использования продуктов Oracle, Microsoft или IBM, получают не просто разработку, но и реальный опыт внедрения отечественных решений в ряде банков и страховых компаний. Всегда существует тот, кто делает первый шаг, давая пример остальным. Радостно осознавать, что среди наших партнеров, решившихся испытать на себе возможности российского софта, довольно крупные компании, в том числе и государственные. Например, выбор платформы Diasoft Framework для разработки личного кабинета клиента в компании «Сбербанк страхование жизни» обусловлен тем, что решение функционирует на базе российской операционной системы «РОСА», российского же сервера приложений и популярной open-source СУБД PostgreSQL.
Также ярким примером плодотворного сотрудничества явился проект портирования на программно-аппаратный комплекс российского производства и свободное ПО ИТ-инфраструктуры компании «Единая электронная торговая площадка». «Диасофт Платформа» разработала систему автоматизированных тестов функционала новой системы электронных торгов, созданной специалистами ОАО ЕЭТП. В настоящий момент наше сотрудничество компаний продолжается, запланировано нагрузочное тестирование системы электронных торгов.
Еще одним шагом на пути упрощения жизни наших клиентов стал продукт Diasoft Database Adapter, направленный на адаптирование приложений, созданных в расчете на использование СУБД Oracle, к СУБД PostgreSQL без изменения их исходного кода. Это позволяет увеличить скорость миграции до четырех раз, а главное, не предполагает больших трудозатрат, так как процесс перехода автоматизирован на 90%. Иными словами, мы приложили максимум усилий для обеспечения комфортного перехода российского бизнеса и госструктур на независимое ПО.
Чего бы нам действительно хотелось, так это чтобы государство дало отечественным компаниям более определенный сигнал, указывающий на важность ИТ-импортозамещения для страны хотя бы в критически важных областях, таких, как банковский сектор, ТЭК, телеком, оборона, и других подобных. Сейчас рынок полон противоречий: министерства спорят друг с другом, крупные гос­компании, видимо, впрок активно покупают зарубежный софт, правительство затягивает с принятием важных постановлений. Президент подписал Федеральный закон 188-ФЗ, но дальше этого дело не пошло. В результате наши потенциальные заказчики затаились и пытаются понять, пора ли начинать срочно реализовывать проекты
по переходу на российский софт или еще подождать. За последний год мы перевели на отечественное ПО всего 6 клиентов, в то время как даже без увеличения текущих ресурсов могли бы осуществить в этот период переход около 40 компаний.
Жаль, мало кто осознает реальную угрозу бизнесу от использования иностранного ПО. В силу специализации нам близка банковская сфера, поэтому приведу пример из нее, хотя в других областях ситуация не лучше. В начале года финансовые организации подверглись хакерской атаке Carbanak. ИТ-инфраструктура более пятидесяти российских банков, в том числе банков из топ-100 по размеру активов, несколько недель находилась под контролем неустановленных лиц. Злоумышленники дистанционно отслеживали внутреннюю переписку, управляли правами доступа, пользовались АБС, тем самым глумясь над самим понятием банковской тайны. А напоследок вывели из захваченных банков весьма приличные суммы и были таковы.
Причины, сделавшие это возможным, просты: человеческий фактор (первичное заражение шло при невольном участии персонала банка), неготовность служб ИТ и ИБ к таргетированным атакам и множественные уязвимости в почтовом и офисном ПО, операционной системе, а также сетевых сервисах «известной иностранной корпорации». Представьте на минуту, что могло бы произойти, если вместо неизвестных хакеров действовали бы кибертеррористы или представители спецслужб? Если бы их целью была не банальная кража денег, а остановка работы банка или порождение хаоса банковской системы в целом? Отправив множество платежей случайным контрагентам клиента, переведя в просроченные закрытые несколько лет назад кредиты, уничтожив в системах информацию об открытии вкладов и заодно опубликовав данные о движении по счетам определенных лиц, преступники совершили бы настоящую диверсию. А если бы это произошло не в одном банке, а сразу во многих? Такие действия подорвали бы доверие граждан не только к банкам, спровоцировав тем самым жесткий банковский кризис, но и к власти. На урегулирование ситуации потребовались бы месяцы работы!

Спустя четыре месяца по инициативе ЦБ РФ был создан Центр по борьбе с киберугрозами, призванный отслеживать факты нарушений в сфере информационной безопасности банков. Очевидно, что эта мера недостаточна. В данном случае отечественные вендоры вынуждены самостоятельно работать над предотвращением подобных инцидентов в будущем. Переход банков, хотя бы самых значимых, на российское системное ПО с соответствующими классами защиты от несанкционированного доступа и наличия в нем недекларированных возможностей мог бы значительно снизить риски наступления описанного выше «апокалипсического» сценария. Но пока дальше рекомендации платежным системам использовать российские средства защиты информации дело не пошло. Крупнейшие федеральные банки с госучастием продолжают закупать иностранный софт. Видимо, произошедшее не явилось достаточно весомым аргументом. Аналогичная ситуация сохраняется и в других отраслях.
У нас все-таки есть надежда, что положение изменится. Принятый недавно Госдумой и подписанный президентом Федеральный закон 188-ФЗ создает предпосылки для ограничения права государственных организаций закупать иностранный софт при наличии не уступающих ему отечественных аналогов. Если закон будет строго исполняться, то, может быть, российские разработчики и смогут перевести все критически важные отрасли на использование устойчивого к контролю извне российского ПО. А для этого необходимо, чтобы участники рынка поверили в серьезность курса государства в сфере импортозамещения в ИТ.

 

Мнения боссов ИТ-индустрии

Георгий Мегрелишвили,
директор департамента развития сервиса и аутсорсинга, компания «Сервионика» (ГК «Ай-Теко»):
Импортозамещение ограничило российские компании в выборе производителей ПО. Но, как говорят, когда закрывается одна дверь, открывается другая: потребители переключились на российский рынок, а разработчики начали готовить аналоги зарубежного ПО. Мы видим, как изменились предпочтения наших заказчиков. Рост доверия к разработкам на базе открытого кода и облачным технологиям, перенос оборудования и ИТ-инфраструктуры в коммерческие ЦОДы вместо строительства собственных — все показывает, что кризис воспринимается не как сигнал к выжиданию, а как стимул к действию.
Рынок услуг дата-центров в последние годы являлся одним из наиболее быстрорастущих в ИТ-сфере: его рост за 2014 год составил 20–25%, а до 2018 года, по оценке iKS-Consulting, он удвоится. И одним из основных его драйверов станет ФЗ №152, вступающий в силу с 1 сентября 2015 года. Согласно его требованиям, персональные данные должны храниться и обрабатываться в России. Мы видим, что крупные компании уже переносят данные своих пользователей в Россию. При этом многие из них отмечают не только снижение расходов на услуги в сфере хранения и обработки данных, но и более высокий уровень сервиса, так как за эти годы рынок в России консолидировался, накоплена богатая практика сервисных проектов. Малый и средний бизнес пока занимает выжидательную позицию: если не будет принята отсрочка вступления закона, массовый приток клиентов этого сегмента в российские ЦОДы ожидается осенью. Новые реалии стимулируют и рынок облачных услуг. По данным IDC, его среднегодовой рост до 2016 года превысит 50%.
Решив найти новых партнеров из числа российских разработчиков, производителей свободного ПО или из стран, не попавших под санкции, мы убедились, что спектр качественного и надежного доступного ПО достаточно широк. Так родилась идея новой услуги — «Дорожной карты импортозамещения»: составляем план замены ПО, подпадающего под санкции, и помогаем заказчику оптимизировать ИТ-инфраструктуру, обеспечить независимость от колебаний курса рубля и изменений в регулировании импорта. Необходимость снижать зависимость от импорта ПО стала стимулом для наших собственных разработок.
Расширение использования открытого ПО в госструктурах — новый важный тренд, также связанный с импортозамещением: например, в принятых 30 апреля 2015 года «Методических рекомендациях по использованию свободного программного обеспечения в деятельности федеральных органов исполнительной власти, включая критерии определения государственных информационных систем…» приводится полный актуализированный перечень свободных лицензий, которые могут применяться для создания таких систем, а также обязательные требования к распространению и доработке программного обеспечения для них. Это упрощает для заказчиков процесс формирования проектных требований и открывает российским разработчикам новые возможности для создания современных, надежных, высокозащищенных ИТ-решений для отечественных госструктур.

Григорий Сизоненко,
генеральный директор компании ИВК:
Говоря об импортозамещении в сфере ИТ, государство должно выполнить одну-единственную задачу — сформировать рынок потребления отечественной продукции. Сегодня такая работа активно проводится в Государственной думе и в правительстве. Так, правительство подготовило проект постановления «Об установлении запрета на допуск программного обеспечения, происходящего из иностранных государств, для целей осуществления закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд», а Госдума в трех чтениях внесла изменения в Закон «О контрактной системе…». Оба документа начнут действовать с 01.01.16. Это абсолютно правильный ход, направленный на поддержку отечественных разработчиков.
Теперь важно, чтобы государство не свалилось в финансирование разработки ПО. Любое госфинансирование в этой нише — это ошибка. С одной стороны, финансирование разработок порождает долгострой и другие проблемы, а с другой, отталкивает от этого сегмента рынка частных инвесторов. Но эффективный рынок ПО — это рынок именно частных инвестиций. Государство должно приобретать системы, построенные на базе готовых российских технологий и продуктов, квалифицированно задавать требования и стандарты, создавать и поддерживать условия для честной конкуренции производителей. Непосредственно готовых. Вот тогда импортозамещение пойдет быстро и с минимальной нагрузкой на бюджет.
И еще государству следует решительно улучшить подготовку вузами инженеров, системных архитекторов и ИТ-менеджеров. Уже сейчас нехватка квалифицированных кадров — это очень острая проблема. А если масштабы разработки увеличатся в разы? Кроме того, надо учитывать, что наша зависимость от западных ИТ не ограничивается собственно программными продуктами, подготовка ИТ-специалистов пока настроена на выпуск тех, кто применяет западное ПО, но никак не тех, кто понимает, как такое ПО работает и как можно создать конкурентоспособный продукт.

Павел Ершов,
президент Parallels на развивающихся рынках:
В вопросе разработки «национального» программного обеспечения есть два подхода: можно либо поручить его реализацию отечественной софтверной компании, у которой уже есть аналогичные коммерческие решения и разработки в области, интересующей наше государство, либо начать писать продукт с использованием так называемого свободно распространяемого ПО, другими словами, софта с открытым кодом. Parallels в этом выборе — за второй вариант. Даже несмотря на то что в компании есть свои проприетарные продукты виртуализации, мы считаем, что вариант с Open Source поможет потратить меньше времени и усилий на разработку.
Причин этому несколько:
— При создании отечественных продуктов можно будет использовать все ресурсы сообщества разработчиков с открытым кодом. Эти ресурсы не стоит недооценивать. Например, в сообщество разработчиков Linux входит несколько тысяч программистов по всему миру. В итоге это позволит разделить трудозатраты по разработке и поддержке ПО между всеми участниками сообщества.
— Прямой и быстрый доступ к исходному коду (в отличие от закрытого кода коммерческих продуктов) упрощает процедуру сертификации — неизбежную, если тендер проводит государственная структура.
— Существующие наработки можно использовать, чтобы быстрее выйти на российский рынок с готовым продуктом. К тому же Linux-сообщество отличает крайне высокая требовательность к качеству кода, который попадает в основное ядро. Неидеальные решения попросту отклоняются. Это гарантирует, что в СПО можно использовать отшлифованные, протестированные наработки с доказанным качеством.
— В Linux-сообщество входят и крупные международные компании-контрибьюторы (Google, IBM, Facebook и многие другие), развивающие там собственные проекты, добавляющие важные и актуальные для рынка возможности и функциональность, которыми также можно воспользоваться.
На самом деле этого подхода, по всей видимости, придерживаются и в Минкомсвязи. У троих из пяти победителей решения основаны на ПО с открытым кодом: у Jolla (разработка мобильных ОС) это операционная система на базе Linux; клиентские и серверные операционные системы будут создаваться на основе разработок «Альт-Линукс» (дистрибутив ОС Linux).
Теперь о том, что может помешать в этом процессе. Существуют мнения о том, что, работая над собственным национальным проектом на базе открытого кода, необходимо надежно его изолировать. От тех же международных контрибьюторов из других стран, вообще от какого бы то внимания «со стороны». На практике это предлагается реализовать в виде создания отдельной и закрытой ветки кода в Linux. Однако мы считаем это мнение глубоко ошибочным в данном случае и при данных масштабах проектов.
Почему? Во-первых, это существенно увеличит затраты на их разработку, что противоречит целям Минсвязи, ведь данное министерство должно возмещать стоимость работ конкретного числа разработчиков, работающих над проектом. Во-вторых, этим мы искусственно ограничиваем себя в количестве разработчиков, которые смогут участвовать в жизни проекта, а также лишаем себя опыта других рынков, когда исходный код из ядра Linux нашего «национального» продукта может быть доработан какой-то другой компанией или разработчиком для улучшения собственного бизнеса.
В итоге мы своими руками можем сильно замедлить процесс развития своего программного продукта. Обособление лишает нас и перспектив на мировом рынке, где можно и нужно вести экспансию, особенно в странах БРИКС. Ведь цель проекта — все-таки не просто собственно импортозамещение ради импортозамещения, но и развитие российской ИТ-отрасли, а этого без проникновения на зарубежные рынки сделать нельзя.
Зачем делиться результатами с остальным миром, спросите вы? Вариант работы с ПО с открытым кодом подразумевает использование существующих наработок других участников проекта. При этом если мы не «делимся» результатами работы, а именно — не загружаем созданный нами код в основную ветку ядра Linux (upstream), то несем большие трудозатраты на контроль обратной совместимости при выходе новых версий операционной системы Linux. Не исключен и вариант, когда возникнет ситуация дублирования функциональности, которая будет разработана и добавлена в upstream другими участниками сообщества.
Если же нажитое непосильным трудом будет отдано в основное ядро, а стало быть, доступно всем бесплатно, как в таком случае получить возможность дальнейшей успешной коммерциализации созданного в итоге продукта? Оказывается, рынок знает немало примеров и возможностей дальнейшего коммерческого продвижения решений на основе Open Source. Один из вариантов — оставить само решение свободно распространяемым, но при этом продавать его дополнительную, расширенную функциональность, второй вариант — сделать платными услуги технической поддержки.
Так поступают многие ведущие компании, разрабатывающие открытое ПО, — RedHat, Mirantis, Canonical и другие, а недавно и компания Docker объявила, что для компаний ее техподдержка станет платной. В Parallels тоже есть успешные примеры.
Подводя итог вышесказанному, хотелось бы предостеречь от одной-единственной ошибки: не нужно «закрывать» открытую разработку для российского проекта. Базовые принципы СПО-разработок — открытость кода, совместная работа сообщества — за много лет успели себя оправдать, и не стоит от них отказываться, если мы хотим эффективно реализовать собственное «нацио­нальное» программное обеспечение.

Андрей Конусов,
генеральный директор компании «Аванпост»:
Сегодня об импортозамещении говорят самые высокопоставленные министры и чиновники, принят так называемый закон «Об импортозамещении ПО» — идет явный сигнал компаниям, что в этом векторе нужно активно работать. Если этот курс продолжится, то мы получим реальное изменение рынка информационной безопасности. И российские компании займут лидирующие позиции по всем ключевым направлениям.
К сожалению, сейчас отсутствует в открытом доступе перечень технологий и ИТ-систем, которые актуальны для государства с точки зрения импорто­замещения. Будем надеяться, что данный вопрос решится в ближайшее время. Кроме того, российским вендорам необходимо гарантировать определенный объем закупки государством каждой из включенных в перечень систем и сроки проведения тендеров на выбор этих систем. При этом будет лучше, если государство не станет самостоятельно организовывать и непосредственно финансировать разработку систем. Иначе контракты на подобные работы получат крупные и давно аффилированные с определенными госструктурами компании. Но главное, пока система подготовки ИТ-кадров в отрасли не изменится, особых прорывов ждать не приходится. Надо усовершенствовать системы фундаментальных исследований в сфере информационных технологий и снова развивать отрасль микроэлектроники.

Павел Растопшин,
старший вице-президент по корпоративным продажам MAYKOR:
В сфере информационных технологий тема импортозамещения, пожалуй, одна из наиболее горячих. Почти год ИТ-компании и эксперты активно обсуждали так называемый закон о запрете иностранного ПО. И вот в начале июля президент подписал документ, вносящий изменения в федеральные законы «Об информации…» и «О контрактной системе в сфере закупок…», которые вступят в силу с 1 января 2016 года. Ограничения на приобретение и использование ПО иностранных разработчиков коснутся в первую очередь госзаказчиков. У коммерческих предприятий свободы при принятии решений больше. Рост спроса на отечественные разработки будет стимулировать ИТ-рынок России переходить от модели «купи-продай» к модели «создай-продай». Однако для успешной реализации политики импортозамещения в ИТ необходимо также озаботиться вопросом подготовки квалифицированных кадров и удержания их в стране. Тогда можно надеяться, что лет через 5–10 отечественный софт сможет занять примерно треть рынка ПО в России. Чтобы отвоевать половину, потребуется еще столько же времени. Очевидно, что спешка не будет способствовать формированию независимой и конкурентоспособной отечественной ИТ-индустрии.
Передовые российские ИТ-компании начали работать в области импортозамещения еще до пика популярности этой темы — пересматривали свой продуктовый портфель, расширяли сотрудничество с российскими разработчиками, формировали свои продукты и решения. И сегодня им есть что предложить российскому рынку.

Владимир Пономарев,
заместитель генерального директора «МФИ Софт» (Нижний Новгород):
Курс на постепенное импортозамещение поможет российским компаниям укрепиться. В последнее время государство многое сделало в этом направлении. В частности, если говорить за ИТ-отрасль, то недавно приняты поправки к Закону «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». Ими были установлены правила формирования Реестра отечественного ПО, согласно которым преимущественное право при госзакупках получают продукты российских производителей.
Однако технологически ИТ-отрасль все-таки более широкое понятие, куда входит не только ПО, но и оборудование, и услуги, и сама сетевая инфраструктура. И вот с некоторыми направлениями, в частности с «железом», ситуация пока недостаточно позитивная для отечественных компаний. Ведущими поставщиками оборудования по-прежнему являются иностранные бренды, и достичь серьезного объема импортозамещения здесь на данный момент не представляется возможным. Быстро можно провести замещение лишь в тех отраслях, где есть отечественные аналоги, разработки, которые уже сейчас можно применить, адаптировать или создать на базе имеющихся технологий. Как правило, это нишевые программные и — гораздо реже — аппаратно-программные решения, использующие стандартное «железо» ведущих мировых производителей.

Михаил Филиппенко,
генеральный директор Fast Reports (Ростов-на-Дону):
В сфере программного обеспечения и ИТ, несомненно, возможно импортозамещение, но чем на более низкий уровень мы будем спускаться, тем больше времени, трудозатрат, финансов и инфраструктурных вложений понадобится.
Офисное программное обеспечение почти безболезненно меняется. Специализированное — чем более узкая специализация, тем хуже, однако решаемо достаточно быстро.
Системное программное обеспечение уже сложнее и потребует «перекраивания» какого-то офисного.
Как пример: большинство программного обеспечения «банк-клиент» для юридических лиц фа­кти­чески требует на клиентском рабочем месте установленной Windows.
То, на чем это программное обеспечение работает, — разработки есть, но те же компьютеры на базе «Эльбрус» стоят сейчас на порядок бóльших денег, нежели произведенные в Китае.
И, к сожалению, как показала практика «запрета европейских продуктов», запретительные меры не приводят к улучшению качества или увеличению количества отечественного, а начинают действовать классические рыночные механизмы. При превышении спроса над предложением взвинчиваются цены для стерилизации избыточного спроса. Вне конкуренции развитие конкурентоспособных продуктов невозможно. На мой взгляд, речь должна идти не об импортозамещении, а об экспортоориентированности. Участие в глобальном рынке заставит отечественную продукцию придерживаться мирового уровня, стандартов. Как результат — отечественный потребитель не будет ущемлен ни в качестве, ни в ценах.

Сергей Шестаков,
заместитель генерального директора по развитию бизнеса, компания «Прогноз» (Пермь):
«Прогноз» — российская компания, разработчик программного обеспечения, и мы считаем инициативу по импортозамещению в сфере разработки программного обеспечения исключительно важной для себя и для отрасли в целом.
Нужно признать, что существенная доля рынка принадлежит зарубежным технологиям. Для того чтобы их заменить на отечественные продукты, необходимы время и инвестиции. Безусловно, в первую очередь об импортозамещении ПО можно говорить тогда, когда зарубежным аналогам есть достойные российские конкуренты уже сегодня.
Если мы рассуждаем о разработке программного обеспечения, то, по оценкам аналитических агентств, доля российского ПО существенна в сегментах ERP и BI — 25–30%. Здесь российские компании-разработчики сегодня составляют серьезную конкуренцию западным. По нашим наблюдениям, российское ПО распространено в самых разных отраслях экономики, наиболее широко — в органах власти, банках, нефтегазовой и химической отраслях. Для этих заказчиков очень важно, что отечественные разработки максимально соответствуют законодательству РФ и учитывают российскую специфику, но в то же время легко перестраиваются на международные стандарты управления бизнес-процессами.
Профильным для нас является направление разработки ПО класса «бизнес-аналитика» (Business Intelligence, BI). Для импортозамещения систем бизнес-аналитики в России мы не видим никаких существенных препятствий.

Артур Мирзоян,
заместитель генерального директора компании «Специальные системы и технологии»:
Импортозамещение для группы компаний «Специальные системы и технологии» (ГК «ССТ») — постоянная среда существования и развития. В начале 90-х годов прошлого века мы первыми в Рос­сии начали выпускать нагревательные кабели. С каждым годом осваивали новые технологии, выходили на новые рынки сбыта и фактически создавали российский рынок систем электро­обогрева. И в сегменте ритейл-продуктов, и в сегменте индустриальных решений мы конкурируем исключительно с зарубежными производителями. Сегодня ГК «ССТ» экспортирует системы электрообогрева в 44 страны мира. Важным этапом для нас стал выход на китайский рынок, который кардинально отличается от российского и европейского.
Для того чтобы заместить в России импортную продукцию, отечественным промышленным предприятиям нужно выпускать продукты, которые превосходят зарубежные аналоги и по цене, и по качеству. Причем российская продукция должна быть конкурентоспособной и на зарубежных рынках.

Рустэм Хайретдинов,
CEO компании Appercut Security:
В информационной безопасности на российском рынке традиционно сильны отечественные решения. Такая ситуация сложилась отчасти ввиду закрытости рынка (средства, сертифицированные по высокому классу защиты), отчасти ввиду специфики русского языка (DLP-системы), а иногда — и просто сильных продуктов (антивирусы). Есть сегменты, где российские решения присутствуют, но не доминируют: IDM, antiDDoS, WAF, SIEM, antiAPT, application security и другие, хотя в этих сегментах имеется несколько конкурентоспособных российских решений.
Есть сегменты, где российских решений практически нет, — высокопроизводительные межсетевые экраны, UTM. Соответственно, наличествует категория, где импортозамещение в государственных и приравненных к ним организациях можно провести без потерь для защищенности, просто отказавшись от импортных продуктов. Есть сегменты, где это надо делать с осторожностью и постепенно, но настойчиво. И имеются те сегменты, где отказ от импортной продукции приведет либо к понижению уровня защищенности, либо к понижению производительности систем.
Поэтому подход к импортозамещению в ИБ должен быть дифференцирован в зависимости от того, какую долю российского рынка занимают иностранные продукты. Единственная помощь, которая нужна от государства в сегментах, где есть сильные отечественные игроки, — это распределение на конкурсной основе государственных заказов среди российских решений. Там же, где своих игроков нет или они сильно отстают от иностранных конкурентов, было бы полезно финансирование НИР и НИОКР по созданию таких решений.

Василина Чуваева,
руководитель отдела компании Wellink:
Еще в 2014 году после выступления В.В. Путина на ПМЭФ с инициативой по выработке стратегии в области импортозамещения мы открыли обсуждение этой темы в LinkedIN. Свои комментарии специалисты оставляют до сих пор, что показывает живой интерес к теме.
По результатам опроса можно сделать следующий вывод. Эксперты считают, что процесс импортозамещения необходимо было запускать 10–15 лет назад. Продукты, которые могут стать аналогами мировых лидеров, не появятся в одночасье. Реально хорошие продукты будут нужны и за пределами России. Поэтому сразу следует брать курс на экспортно ориентированные решения. То есть создать условия не только внутри страны, но и способствовать улучшению ситуации с продажей нашей продукции за пределы России. Даже в работе с Казахстаном и Белоруссией в условиях Таможенного союза существует проблема поставки российских продуктов. Это нужно не столько для привлечения средств, сколько для разработки продуктов мирового уровня. Все процессы нашего государства ориентированы на закупку, а не на продажу.
В июне 2015 года В.В. Путин подписал разработанный Минкомсвязи Федеральный закон о создании единого реестра российского программного обеспечения, а также одобрил поправки в закон, которые запрещают закупку государством иностранных программных продуктов и заказ услуг с их применением в тех случаях, если существует хотя бы один российский аналог.
Следующим шагом, считаем, следует выработать тактику и стратегию развития отечественной ИТ-отрасли. Определить концепцию ее развития. Тогда мы добьемся хороших результатов!

Аркадий Тагиев,
генеральный директор НТЦ ИТ «РОСА»:
Президент России Владимир Путин одобрил поправки в закон, которые запрещают закупку государством иностранных программных продуктов и заказ услуг с их применением в тех случаях, если существует хотя бы один российский аналог. Документ вступит в силу 1 января 2016 года. Изменения вносятся в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и статью 14 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».
Российские компании все чаще приобретают отечественное программное обеспечение, создавая проблемы Microsoft и Oracle, которые рискуют потерять значительную долю российского рынка.
Как пишет Bloomberg, политика «цифрового суверенитета», провозглашенная российским президентом Владимиром Путиным после принятия рядом западных стран санкций против Москвы, начинает приносить первые плоды — программное обеспечение приобретается у местных производителей.
Подчеркивается, что особенно быстро на призыв президента отреагировали банки и энергетические компании. В частности, компания «Сбербанк страхование жизни» еще в феврале перешла на разработанный в России дистрибутив операционной системы Linux под названием ROSA Linux. А «Газпром нефть» в конце прошлого года завершила тестирование ПО собственной разработки для анализа геологических данных GeoMate, которое заменит собой ряд программ, ранее покупавшихся на Западе, в том числе у американского конгломерата Emerson.

Михаил Препелицкий,
руководитель компании ONETRAK:
Еще в июне 2014 года Минпромторг приступил к разработке плана по содействию импортозамещению в сфере промышленности. Выяснилось, что наиболее перспективной с этой точки зрения является электронная промышленность. Пред­по­ла­га­лось, что в долгосрочной перспективе снижение импортной зависимости возможно за счет инноваций и стимулирования инвестиций в отечественные технические отрасли и в создание новых производств. Есть мнение, что в течение следующих четырех-пяти лет в целом импортозависимость снизится с 70–90% до 50–60%.
По данным IDC, в 2013 году объем поставок ИТ-оборудования в Россию составлял $21,7 млрд. За прошлый год расходы российских компаний в ИТ-сегменте были равны $3,5 млрд в год. 90% из них досталось иностранным производителям.
В апреле 2015 года Минкомсвязи утвердило план импортозамещения программного обеспечения. Ведомство запросило на развитие российского софта $18 млрд рублей. При этом авторы проектов должны базироваться в России и предлагать последние отечественные разработки операционных систем, мобильных платформ и гаджетов.
Для поддержки импортозамещения в России уже создан специальный фонд, который будет вмещать $50–60 млн в год. По мнению министра промышленности и торговли Дениса Мантурова, объем заимствований совпадает с суммами, которыми оперируют зарубежные конкуренты. В 2014 году на счет фонда поступило около 20 млрд рублей. На 2015–2017 гг. зарезервировано около 13,5 млн рублей. Этот шаг оценивают двояко: несмотря на предполагаемый эффект, работа фонда напрямую зависит от колебаний курса валют и роста индустрии.
Однако сама идея импортозамещения и развитие России в этом направлении — правильный подход. Ведь лучший способ побороть санкции и ограничения — это самостоятельно создать то, что необходимо, для граждан своей страны.

Сергей Буш,
президент Российской ассоциации свободного программного обеспечения (РАСПО):
Сейчас мы отчетливо видим, что есть запрос бизнеса (в самых разных отраслях — от банковской до медицинской) на импортозамещение программного обеспечения. Но ответить на этот запрос смогут не «отечественные» аналоги проприе­тарного ПО, а решения на основе свободного программного обеспечения (СПО) от российских сервис-провайдеров, интеграторов и разработчиков. Адаптированные под требования импортозамещения и задачи бизнеса современные открытые технологии способны:
– Обеспечить немедленные, а не отложенные реакции на задачи бизнеса со стороны департаментов цифровых технологий.
– Подстраиваться под задачи маркетинга, продаж, рисков, кадров, финансовых и операционных подразделений компаний, а не ограничивать их функциональными и экономическими рамками проприетарного ПО.
– Минимизировать затраты на IT-ин­фра­струк­ту­ру в компании за счет бесплатных лицензий.
– Гарантировать надежность и управляемые риски всех IT-процессов в компании за счет диверсифицированной поддержки не только со стороны контрактного партнера по внедрению и сопровождению, но и со стороны многочисленного СПО-сообщества по всему миру.
А благодаря РАСПО впервые у СПО-сообщества как «коллективного вендора» появится в России официальное представительство, способное гарантировать представителям бизнеса результаты работы, а также обеспечивать профессиональную поддержку и консалтинг.

 

Комментарии к электронной версии публикации

Николай Рыжов, вице-президент по работе со стратегическими заказчиками компании «Открытые Технологии», руководитель Комитета АПКИТ по развитию и локализации информационных технологий

Повышение активности в импортозамещении спровоцировано сегодня опасением неких «потенциальных  санкций», ограничивающих доступ России к современным ИT-технологиям. И основанные усилия ИТ-сообщества направлены именно на снижение рисков данных санкций. В то же время в крупных российских компаниях (в том числе, с госучастием) отсутствуют целевые бюджеты, направленные на изучение возможностей и формирование программ перехода с иностранных ИT-решений на российские. Причина в том, что объективной потребности в этом нет, а есть пока лишь угрозы санкций, с которыми можно бороться по-разному: «серыми» поставками, созданием «большого ЗИПа», «нелегитимным» использованием привычного иностранного ПО и проч.

Термин «импортозамещение» часто путают с другим —  «снижением импортозависимости» (последний более корректен, на наш взгляд). В результате «импортозамещающими» считаются и продукты китайского производства, и так называемое  «ПО с отрытым кодом» (что не  является  «российским», но, безусловно, способствует диверсификации поставщиков и снижению импортозависимости от ведущих иностранных компаний). Существующие же в России ИT-решения и компоненты систем в основном затрагивают уровень «систем на плате» из импортных комплектующих (пока  далеко не всех); уровень «изделий» (изготовление корпусов, монтаж, настройка серверов, коммутационного оборудования, СХД,  АРМ-пользователей, периферийных устройств и прочее); системное ПО (в основном, базирующееся на «ПО  с открытым кодом, но есть и исключения); прикладное ПО; «аппаратно-программные комплексы» на основе вышеперечисленного. Иногда они создаются только из иностранных компонент, но «АПК, как законченное изделие» считается произведенным в России.

Если же говорить о «замкнутом цикле» производства в России, то сегодня видны следующие «проблемные области»:

  • Разработка и производство современной  элементной базы  (даже немногие разработанные в России современные СБИС  вынуждено производятся на Тайване).
  • Разработка  базовых компонент, необходимых для разработки ПО —  среды  разработки, компиляторов,  ОС и проч. (есть некоторые частные исключения).
  • Технологическое оборудование  и расходные материалы для производств.  

В то же время  есть примеры российских компаний, проводящих  разработки с разной степенью локализации в России. Среди них МЦСТ, РИКОР, Prallels,  Raidix, 1С, Касперский  и другие.  

В краткосрочной перспективе, на наш взгляд, максимально глубокое импортозамещение ИT целесообразно в военно-промышленном комплексе, «системах специального назначения»  и других регулируемых государством областях. И обеспечение этого процесса — роль государства. А для традиционных ИT крупных компаний целесообразно снижение импортозависимости от иностранных компаний «разными методами», в том числе партнёрством со всеми иностранными производителями, заинтересованными в локализации своих продуктов в России. Что же касается долгосрочной перспективы, то тут необходимо исполнение комплексной, принятой ИТ-бизнес-сообществом и государством программы изменений в образовании, уровне разработок, применяемых технологиях, культуре производства.

 

Дмитрий Тузов, сооснователь и директор по продуктам RooX Solutions
Вопрос, на который нужно ответить прежде всего – что такое отечественное программное обеспечение. Сегодня глобализация достигла того уровня, особенно в ИТ-cфере, когда разработчики всего мира совместно пишут код для одного продукта, который в какой-то момент становится формально американским или формально российским. И не совсем ясно, как в условиях такого глубокого международного сотрудничества понять, что импортозамещать, а что нет.

Государство выступает за привилегии российским технологиям и ПО, но что мы получим в итоге? Компании, которым не с кем конкурировать, и их слабые продукты, не отвечающие международным стандартам качества. Здесь и сейчас российской ИТ-сфере необходимо заняться экспортом – это сложнее, дольше и дороже, но в нынешних реалиях просто необходимо.