Босс №07 2015 г.

Четырежды президент и его преемники

Рубрика | Сюжет месяца/Вокруг России
Текст | Тимур ХУРСАНДОВ

После прошедших 29 марта досрочных президентских выборов победивший на них Ислам Каримов торжественно начал четвертую президентскую легислатуру, но параллельно стартовал кастинг его преемников.

Казалось бы, такое событие в ключевой стране региона должно привлекать пристальное внимание, однако интереса ни у кого оно не вызвало. И дело не только в том, что интриги никакой не было.
Просто, похоже, всех больше волнует не то, что есть сейчас, а то, что будет после Ислама Каримова. Но пока предсказать развитие событий не может даже самый компетентный специалист по Узбекистану. И поэтому, видимо, и в Москве, и в Пекине, и в западных столицах решили просто досмотреть «неинтересное кино», после которого начнется главный «блокбастер».

Один за всех
Ислам Каримов — один из главных политических долгожителей стран бывшего СССР. Республикой он руководит с 1989 года — тогда еще в должности первого секретаря ЦК Компартии Узбекистана. А с 1991 года он бессменный президент страны.
Нынешние выборы стали для него четвертыми, несмотря на то что по законодательству высший пост в стране занимать больше двух раз подряд нельзя. Это досадное недоразумение было обойдено так же, как и в аналогичных случаях в других постсоветских странах, — путем внесения поправок в Конституцию. Перед третьим президентским сроком Каримова срок полномочий главы государства увеличили до семи лет (затем снова уменьшили до пяти), что, по мнению сторонников президента, позволяет не брать во внимание его предыдущие пребывания в должности.
И на этот раз шансов быть не переизбранным у Каримова не было — набрал он чуть больше 90%. При этом все необходимые формальности, конечно же, оказались соблюдены. У президента, которого выдвинула Либерально-демократическая партия Узбекистана, нашлось целых три «соперника» — по одному от каждой из оставшихся трех парламентских политических сил.
От Народно-демократической партии баллотировался Хотамжон Кетмонов, от Социал-демократический партии «Адолат» — Наримон Усманов, от правой «Миллий тикланиш» — Акмаль Саидов. Примечательно, что ни один из них за всю предвыборную кампанию не решился сделать хотя бы легчайший выпад против Каримова, что, конечно, многое говорит о «реальности» политической борьбы.
Впрочем, возражений это почти ни у кого не вызвало. Только ОБСЕ вяло указала, что выдвижение Каримова, по сути, незаконно, потому что в Конституции Узбекистана четко прописана норма об ограничении «в виде двух последовательных сроков президентства», но это прошло фоновым шумом. А поздравили нового старого президента практически все — от Владимира Путина до Барака Обамы. И опять-таки без особого энтузиазма.

Дефицит преемственности
Такая осторожность вполне объяснима. У Москвы, например, есть привычная тактика, называемая на российском дипломатическом языке приверженностью стабильности. В переводе на общедоступный это означает: оставить все, как есть, от греха подальше, даже если лидер той или иной страны нам не очень-то нравится. Как ни странно, иногда это срабатывает.
На этот раз будет сложнее. Годы Ка­ри­мо­ва все-таки уже преклонные, а фигуры, которая могла бы обеспечить так любимую в РФ преемственность, даже не просматривается.
Однако определенность в отношениях с Ташкентом не помешала бы. Узбекистан — ключевая страна региона, самая большая по численности населения среднеазиатская республика. Кроме того, он единственный имеет общую границу со всеми странами Средней Азии, в которых, кстати говоря, проживают более или менее крупные узбекские диаспоры.
В конце концов Узбекистан играет не последнюю роль в борьбе с угрозой распространения агрессивного исламизма. Так что серьезным игрокам на международной арене не может быть безразличным, кто главный в Ташкенте.

Госбезопасность и другие
В качестве фаворита в преемники Ка­ри­мо­ва называют одного из самых влиятельных людей Узбекистана, шефа Службы национальной безопасности страны Рустама Иноятова. Он — долгожитель в узбекском руководстве. Возглавив СНБ еще в 1995 году, сумел «пересидеть» многих во власти, со временем лишь укрепляя свои позиции. На сегодняшний день, по некоторым сведениям, ему напрямую подконтрольны не только практически все силовые ведомства страны, но и СМИ, ключевые коммерческие предприятия и банки.
О степени уверенности Иноятова в себе и его влиятельности можно судить, в частности, по тому, что он совсем не испугался пойти против дочери самого президента — Гульнары Каримовой. С ней, по одной из версий, глава СНБ не поделил сферы влияния в крупном бизнесе, после чего к президенту очень своевременно поступил компромат на Гульнару, и та попала в долгую опалу.
Помешать Иноятову стать главой республики могут как конкуренты, так и собственное нежелание. Шеф Службы безопасности лишь немногим моложе Каримова — ему уже 71 год. Кроме того, по слухам, Иноятов серьезно болен — он страдает тяжелой формой диабета. Да и вообще нужно ли ему президентское кресло — большой вопрос. За долгие годы Иноятов, наверное, свыкся с ролью серого кардинала и вполне способен играть ее и дальше.
Если это так, то глава СНБ может поддержать в послекаримовской борьбе за власть двух претендентов. Первый — нынешний премьер-министр, лидер самаркандского клана Шавкат Мирзиеев. Поговаривают, что в свое время именно Иноятов способствовал продвижению малоизвестного руководителя одного из районов узбекской столицы. Благодаря этой протекции Мирзиеев стал одним из любимчиков Каримова, хокимом (главой администрации) сначала Джизакской, а затем Самаркандской области и, наконец, председателем правительства.
Кстати, Иноятов и Мирзиеев считаются политиками пророссийскими. Последний имеет с российским бизнесом даже родственные связи — его племянница была женой погибшего несколько лет назад племянника одного из богатейших людей РФ Алишера Усманова.
Прозападное крыло представлено еще одним завсегдатаем в списках возможных преемников Каримова — первым вице-премьером Узбекистана, выходцем из ташкентского клана Рустамом Азимовым. Он пришел во власть не через силовые или политические структуры, а через финансовые. В начале 90-х возглавлял один из коммерческих банков, приглянулся Каримову и выбился в руководители Национального банка страны, затем в министры финансов, экономики, инвестиций и торговли, в заместители главы правительства. Его называют автором «узбекской модели экономики», что бы эта загадочная формулировка ни значила.

По туркменскому варианту?
Так кого же поддержать? Несомненно, контакты сохраняются и с Иноятовым, и с Мирзиеевым, и с Азимовым. Но определенно поставить на кого-то из них в Москве и других столицах обоснованно не решаются.
Во-первых, у власти все-таки пока еще Каримов. За последние годы его «хоронили» уже не единожды, и ни разу эти прогнозы не сбылись. И пока он «на троне», все нынешние преемники могут легко потерять свое влияние: опыт по полной зачистке политического поля от конкурентов и потенциальных опасностей для себя, своей семьи и приближенных у Каримова — как мало у кого.
Во-вторых, как показывает ситуация в соседней Туркмении, даже в условиях четко обозначенного преемника элиты вполне способны прийти к согласию о том, кто возглавит страну. Так что оснований утверждать, что после Каримова Узбекистан ждут распри, политические дрязги и нестабильность, помноженные на активизацию исламистов, наверное, нет. Как-нибудь договорятся.