Босс №04 2015 г.

Что же будет с Родиной и с нами?

18Рубрика | Сюжет месяца / Деловой климат

Текст | Иван ОСЯНИН, к.э.н.

Нефтяной рынок в 2015 году.

Конец прошлого года отмечен очевидными проблемами в экономике. Сообщения о падении курса рубля и антирекордах нефтяных котировок напоминали сводки с театра военных действий, цены в магазинах на импортные товары менялись по нескольку раз в неделю, а население в приступе ажиотажа тратило сбережения, стремясь купить очередной телевизор или холодильник, пока есть такая возможность. Весной паника улеглась, рубль вслед за нефтью приостановил свое падение.

Однако экономика России в период повышенной волатильности нефтяного рынка в очередной раз воочию показала всю меру своей зависимости от нефтегазовой конъюнктуры.

 

Слова остались словами

Слова чиновников о высокой доле зависимости российского бюджета от нефтегазовых доходов и необходимости ее снизить уже набили оскомину, тем более что даже периодичность этих заявлений давно ясна: заявления появляются ежегодно аккурат к моменту верстки бюджета.

 

Динамика цен на нефть марки Urals

2

Действительно, 50% доходов, формируемых из нефтегазовых источников, — это очень большая цифра, показывающая огромные риски от недостаточной диверсификации бюджетных поступлений. Однако при том впечатляющем росте котировок нефти марки Urals на 300%, которые мы наблюдали в 2004–2008 годах (см. рис. 1), и увеличении добычи нефти на 60% за тот же период (см. рис. 2) рост доли нефтегазового сектора в бюджетных доходах с 30 до 50% (см. рис. 3) выглядит вполне естественным.

3  

1

Действительно, в большинстве секторов экономики так и не появилось достаточного количества конкурентоспособных отечественных производителей. Это очевидно, но и говорить о том, что кроме нефтегазового сектора за тучные годы не росло ничего, необъективно. Кстати, и составляющая нефтегазового сектора в ВВП не так уж велика. По сведениям за 2014 год, доля этих отраслей, по официальным данным, не превышала 20%.

 

Бюджет пришлось делить надвое

Не беря во внимание всю дискуссионность вопроса о том, можно ли было в принципе подойти к обвалу нефти в 2014 году с иными показателями бюджетной зависимости от нефтегазового сектора, несмотря на то что рост добычи нефти за последние два-три года на 1–2% в год не давал ощутимого вклада в показатель экономического роста, все же не следует забывать: бюджет на 2015 год был сверстан в первоначальном варианте исходя из предпосылки среднегодовой цены на нефть марки Urals в $100 за баррель. Лишь в марте Минфин представил новый проект, в котором признано очевидное: среднегодовая цена на нефть составит $50 за баррель.

При этом, по оценке Минфина, снижение среднегодовой цены на нефть до $50 за баррель лишит бюджет около 2,8 трлн рублей, или 15% всех бюджетных поступлений. Дефицит планируется финансировать из Резервного фонда, остаток которого на конец года будет находиться всего лишь на уровне 1,7 трлн рублей. В 2017 году при подорожании нефти до $70 за баррель Резервный фонд можно снова пополнить, посчитал Минфин: на 111 млрд до 0,6 трлн рублей, но, во-первых, снижение цен на нефть до этого срока может быть более глубоким, во-вторых, в текущих экономических реалиях давать любые прогнозы на 2017 год — дело ненадежное.

Одним словом, бюджет ждут непростые времена. Резервы, скорее всего, станут традиционно беречь, а, учитывая роль государственных заказов в экономике РФ, как это ударит и без того по символическому экономическому росту, догадаться нетрудно.

 

У рубля нефтяная зависимость

Неприятным для российского потребителя последствием снижения цены на нефть является ослабление национальной валюты. Поскольку на нефтегазовый сектор приходится около двух третей экспорта, снижение курсовой стоимости нефти приводит к недостатку валюты в стране, к повышению спроса на валюту со стороны корпораций, которым необходимо гасить внешние долги. Сложно спрогнозировать, как снижается курс рубля при падении цены на нефть на определенную величину, однако до недавних пор в этих целях неплохо работала так называемая формула Немцова.

Если ее модернизировать под новую версию бюджета, выйдут такие цифры: в свежем проекте бюджета заложено $50 за баррель нефти при курсе доллара 61,5 руб­лей/$. Перемножив эти цифры, получим 3075 рублей за баррель нефти, которые необходимы для исполнения бюджета. Значит, при падении цены на нефть до $40 за баррель (такой вариант, кстати говоря, в своей корпоративной стратегии рассматривает «Роснефть») для достижения бюджетных показателей курс рубля должен быть около 76 рублей/$, и велика вероятность, что он будет регулироваться ЦБ примерно таким образом.

 

Цена на нефть нестабильна

А между тем данные по ситуации на мировых рынках нефти не внушают оптимизма. Резкое падение в 2014 году спровоцировано во многом действиями Саудовской Аравии, которая, как считают многие эксперты, пыталась сбить цены, чтобы сократить возможности США по активному внедрению сланцевой добычи нефти и сохранить свою долю на рынке. Это с одной стороны. С другой, США имеет достаточно возможностей поддерживать своих производителей даже в условиях низких цен на нефть, а низкие котировки вполне отвечают ее целям «наказания» России, экономика которой и без таких шоков показывала стагнацию.

 

Данные по мощностям по хранению нефти, млн баррелей

4

Определенный вклад, хоть и трудноизмеримый, внесла исламская группировка ИГИЛ, неконтролируемо продающая нефть по низким ценам ради закупок оружия и строительства своего халифата. Кроме того, на сегодня мировая экономика растет слабыми темпами, что ведет к снижению спроса на «черное золото» практически всеми государствами.

Запасы нефти в США и Европе находятся на самых высоких уровнях за последние 80 лет. Возникает довольно экзотичная проблема нехватки емкостей для ее хранения. Из-за этого цены на нефть способны упасть еще сильнее — нефтедобытчики могут продавать нефть с вынужденными скидками тем контрагентам, у которых все еще есть достаточное количество хранилищ. Ежесуточная добыча нефти превышает ее потребление примерно на 1,5 млн баррелей.

Однако в марте произошли некоторые события, которые в силах стабилизировать цены. Министр нефти Саудовской Аравии Али аль-Наими заявил, что, по его мнению, спрос и предложение на рынке нефти должны достичь баланса в недалеком будущем. К тому же так и не было достигнуто соглашение по Иранской ядерной программе, что дает основания полагать: в ближайшее время санкции с Ирана не снимут, и возможности этого игрока на мировом рынке не увеличатся.

 

Нет топлива для роста

Ситуация на нефтяном рынке для РФ плоха еще и тем, что для достижения сбалансированности и роста экономики при текущей модели экономического устройства нашей стране необходима не просто стабильная цена на уровне $40 за баррель, или $50 за баррель, или даже $100 за баррель, а перманентный и устойчивый ее рост.

Резкий рост цен на нефть в 2009–2011 годах (79%) привел к росту ВВП на 12%, в 2011 году рост цен на нефть в 40% дал 4,24% ВВП, относительная стабильность на уровнях $100 за баррель в 2013 году обернулась ростом в символические 1,3%. Между тем нормальный уровень роста экономики такой страны, как Россия, должен быть на уровне 5–6%, для того чтобы население хотя бы не чувствовало ухудшения уровня жизни, а если приоритетом становятся задачи модернизации, этот показатель должен составлять 7–14%.

К сожалению, к источникам ресурсов для такого роста по всем существующим на сегодняшний день прогнозам никак нельзя отнести рынок нефтяного экспорта. В свете последних бюджетных поправок вряд ли найдется место для реализации январского антикризисного плана правительства, который, впрочем, даже при его исполнении трудно назвать планом развития — конкретных мер по поддержке института частной собственности, ослаблению избыточного административного контроля бизнеса, развитию конкуренции и независимого суда в документе не предлагалось. Б