Есть куда плыть

7Рубрика | Отрасли

Текст | Николай КОЧЕЛЯГИН

Как рыбная отрасль выживает в условиях санкций и антисанкций?

Исполнительный директор Рыбной ассоциации Алексей Аронов отмечает: «После введения западных санкций и российских антисанкций примерно на 50% упали объемы переработки». Поскольку санкциям подверглась норвежская семга, которая являлась основным сырьем переработчиков, начался рост цен на рыбу. Компании-переработчики возлагали надежды на чилийскую рыбу, однако она тоже подорожала на 50% из-за ажиотажного спроса уже в августе-сентябре. И тогда норвежскую семгу частично заменила продукция Фарерских островов. Потом появилась продукция из Белоруссии, а начиная с октября на рынок стала поставляться российская рыба — разводная семга, карельская форель. «Пока на рынке есть отечественная рыба, мы будем постепенно двигаться в сторону досанкционных объемов переработки», — уверен наш комментатор.

По его словам, лучше всего этот кризисный период переживают компании, в меньшей степени зависящие от импорта красной рыбы, имеющие диверсифицированный бизнес. Компании, занимающиеся обработкой только норвежской рыбы, страдают гораздо существеннее.

При этом необходимо понимать, что фактор санкций не самый главный для рыбной промышленности. Из-за санкций произошло кратковременное удорожание рыбы на 20–30%. Один-два месяца понадобилось, чтобы заново построить логистику, найти новых поставщиков.

Более существенным фактором роста цен стала девальвация рубля. В результате падения курса произошел рост цен на 40–50%, и ситуация остается непредсказуемой. Многие импортеры приостановили закупки с Фарерских островов и из Чили. Есть надежда, что до весны рост цен будет сдерживаться благодаря предложению российской рыбы.

Позитивным моментом в этой ситуации является то, что продукция, которая изготовлена из отечественной рыбы, такой, как кета и горбуша, наконец заняла место, какое она и должна занимать на наших полках.

«Мы можем и дальше двигаться по пути импортозамещения, — считает Аронов. — Дело в том, что спрос на российскую дальневосточную рыбу есть, но нет соответствующего предложения. Дальневосточники производят рыбу, которая требует дополнительной переработки, ее нельзя сразу поставлять в торговые сети. Необходимо организовать более глубокую переработку, чтобы в центральную часть России приходила уже готовая продукция».

Как известно, в центральной части Рос­сии мы потребляем атлантическую сельдь, а тихоокеанская вообще не представлена на рынке. Поскольку сейчас атлантическая сельдь с Фарерских островов и из Исландии подорожала, наша тихоокеанская сельдь получила шанс оказаться на российском рынке.

Под санкции попало около 600 тыс. тонн продукции, и ее, конечно, сложно заменить. Объем отечественного вылова на Тихом океане составляет около 200 тыс. тонн, но хотя бы этот объем нужно перенаправить в центральные регионы. Б