Босс №10 2014 г.

Запасы удержат цены

13Рубрика | Взгляд на экономику

Текст | Николай КОНДРАШОВ

Из-за структуры расходов обычного российского домохозяйства, в которой значительную часть составляют траты на продукты питания, продовольственная инфляция в отечественных условиях едва ли не важнее общей.

Если смотреть предысторию, то видно, что уже в апреле темп роста продовольственной инфляции год к году достиг 9%. И он повысился до 9,8% к июню, составил 9,7% в июле и резко вырос в августе — до 10,3%. Из этого следует, что значительная часть этой цифры — 10,3% — обусловлена вовсе не санкциями, а теми факторами, которые действовали ранее.

Во-первых, это не слишком удачное окончание прошлого года. Сентябрь выдался очень дождливым, из-за чего возникли проблемы со сбором урожая плодоовощной продукции. Поэтому, несмотря на хороший урожай, цены на эту продукцию росли достаточно сильно. Учитывая недостаток оборудованных хранилищ, к весне этого года запасы отечественных овощей значительно сократились, и рост цен стал еще более существенным.

Не менее важный фактор — цены на молочную продукцию, которые повышались еще с лета прошлого года. По состоянию на июль рост цен год к году составил 19,5%. Наши цены на молочку очень сильно зависят от цен на мировом рынке — на сухое молоко, сливочное масло и так далее. Так вот, цены на молоко в мире росли на протяжении прошлого года и весной этого достигли исторического максимума. В сочетании с нашей девальвацией в рублевом выражении цены выросли еще сильнее, чем на мировом рынке в долларах. Кроме того, на цены повлияли российские запреты на импорт молочной продукции из разных стран — Литвы, Украины и других.

Сопоставив все факторы, можно оценить эффект именно продовольственных антисанкций в августе в 0,6 пп. продуктовой или 0,2–0,3 пп. совокупной годовой инфляции. Пока это не так много, и понятно почему. Санкции были введены 6 августа. Та цифра, которую я привел, рассчитана на основе месячных данных за август, а Росстат их приводит по разным товарным группам на 21–25-е число. Соответственно, моя оценка фактически распространяется лишь на полмесяца, причем на первые полмесяца, когда еще есть готовые запасы подсанкционной продукции.

Сейчас у нас высокий сезон производства многих продовольственных товаров — тех же яблок и овощей, — и мы пока выпавший из-за санкций импорт компенсируем своими силами. Но поздней осенью своя продукция будет заканчиваться, и придется гораздо тяжелее.

Лидером роста среди продуктов в августе была курятина, цены на которую поднимались на 1% в неделю. Это слишком много.

Причин тому несколько. Во-первых, курятина — дешевый заменитель свинины. Из-за санкций мы лишились 20% потребляемой свинины, соответственно, на курятину резко возрос спрос. Во-вторых, 8% импорта птицы приходится на запрещенный импорт. Это не очень много, но и не мало. Так или иначе в совокупности с сильной девальвацией, которую мы наблюдаем, рынок оказался очень чувствителен к уходу этих поставок.

Власти предпринимают ряд мер для смягчения эффекта от продовольственных антисанкций. Они утверждают, что, к примеру, введение социально значимых групп товаров поможет обуздать цены. Но я лишь в некоторой степени разделяю их оптимизм.

И мировой, и российский опыт показывает, что какие-либо попытки контроля за рынком приводят к дефициту товаров.

Для таких ситуаций, как дефицит товара, нет никакой панацеи. Это нормальный рыночный процесс. Мы сами себе резко сократили предложение, соответственно, цены растут. Как правило, попытки государства контролировать цены — это популизм. Экономику не перехитришь.

По продовольственной инфляции мой прогноз на год — 10,6%, по совокупной — 7,9%. Дело в том, что сейчас повышение накопленных за 12 месяцев темпов роста по продовольствию выйдет не таким большим. Да, введенные санкции будут ему способствовать, но против него выступит эффект базы: из-за того, что осенью-зимой прошлого года продовольственная инфляция росла достаточно быстрыми темпами, в конце этого года рост год к году станет не столь заметным. К тому же мировые цены на молоко и на большинство сельскохозяйственных продуктов в последние месяцы снижались, хотя наша девальвация и перебивает данный эффект. Б

 

 

Кондрашов Николай, ведущий эксперт института «Центр развития» НИУ ВШЭ.

Родился в 1989 году в Туле. Начал работать в НИУ ВШЭ в 2009 году. В 2010 году окончил факультет бизнес-информатики НИУ ВШЭ.
Профессиональные интересы — макроэкономика, инфляция, разработка качественных экономических индикаторов, оптимизация и автоматизация вычислительных процессов.

Соавтор ряда научных публикаций — например, «Фискальное стимулирование российской экономики и бюджетная устойчивость», «Зависимость российской инфляции от динамики мировых цен на рынке продовольствия и нефти».