Босс №10 2014 г.

Лишний портфель

16Рубрика | Сюжет месяца / В России

Текст | Дмитрий Александров

За несколько дней до десятилетия своего существования, 8 сентября указом президента было ликвидировано Министерство регионального развития.

Восьмого сентября президент Вла­ди­мир Путин встретился с председателем правительства Дмитрием Мед­ве­де­вым. Повестка встречи — предложение премьера о ликвидации трех «оборонных» служб, функции которых были переданы напрямую Минобороны, а также событие, в общем-то, сенсационное — ликвидация Министерства регионального развития.

 

Министр без денег

Это министерство появилось 13 сентября 2004 года — в значительной степени как синекура для бывшего губернатора Санкт-Петербурга Владимира Яковлева, который первоначально, в обмен на досрочную отставку с поста губернатора, получил в правительстве Михаила Касьянова специально под него созданную должность вице-премьера по строительству и ЖКХ, курирующего одноименный госкомитет. Позднее приз был уменьшен: в кабинете Михаила Фрадкова под Яковлева на базе Госкомитета по строительству и ЖКХ возникло Министерство регионального развития.

Главными направлениями деятельности этого министерства стали вопросы территориального планирования в масштабах регионов, градостроительной политики, развития строительной индустрии и ЖКХ, развития районов Крайнего Севера. А также вопросы развития муниципалитетов, национальная политика, развитие казачества, приграничное международное сотрудничество регионов, входившие когда-то в ведение Министерства по делам Федерации, национальной и миграционной политики (первоначально — Министерство по делам Федерации и национальностей), ликвидированного в 2001 году. При этом Минрегион Яковлева не имел почти никаких финансовых полномочий.

 

Пост для Козака

Перспектива стать влиятельным ведомством у Минрегиона появилась с приходом на пост министра в сентябре 2007 года (когда главой правительства стал Виктор Зубков) Дмитрия Козака — «демиурга» российской региональной и муниципальной политики на протяжении первых двух президентских легислатур Владимира Путина, президентской легислатуры Дмитрия Медведева. Остается таковым он и сейчас — при третьей легислатуре Путина. Козак занимался идеологией региональной и муниципальной политики, подготовкой всего корпуса базового законодательства по региональным и муниципальным вопросам, а также руководством практической реализацией этой политики — в самых разных качествах: заместителя и первого заместителя руководителя Администрации президента, руководителя аппарата Правительства РФ, полпреда президента в Южном федеральном округе (в который ранее входил Северный Кавказ).

И действительно, министерство при Ко­за­ке получило довольно серьезные финансовые полномочия — стало распорядителем Инвестиционного фонда РФ, координатором социально-экономического развития регионов вместо Министерства экономического развития и торговли — МЭРТ (это министерство в правительстве Зубкова, как известно, лишилось значительной части полномочий и было переименовано в Министерство экономического развития — МЭР).

Но кресло министра регионального раз­ви­тия для Козака оказалось временным прибежищем. Осенью 2008 года, при фор­мировании второго правительства Вла­ди­ми­ра Путина, Дмитрий Ни­ко­лае­вич становится вице-премьером, курирующим региональную политику, политику в области спорта и подготовку к ряду ивентов национального значения (саммит АТЭС во Владивостоке, Универсиада в Казани, Олимпиада в Сочи и др.). А главой Минрегиона по инициативе другого вице-премьера и руководителя аппарата нового правительства Путина — Сергея Собянина — назначается Виктор Ба­саргин.

 

«Технический» министр

До получения министерского портфеля Басаргин занимал (с 2001 года) довольно скромную должность одного из заместителей полпреда президента в УрФО (где с ним и познакомился Собянин, который перед избранием губернатором Тюменской области в 2001 году некоторое время был первым заместителем полпреда президента в УрФО), а еще раньше — чиновником органов управления госимуществом Свердловской области.

Понятно, что при таком аппаратном весе Басаргин мог стать только «техническим» министром — все политические вопросы, касающиеся региональной политики по линии Правительства РФ, решали Собянин и Козак.

Однако при нем министерство взялось за «арктическую» тему — стало координатором госполитики в области освоения Арктики. Увеличились и финансовые полномочия, что, правда, закончилось громким коррупционным скандалом.

Один из заместителей министра регионального развития Роман Панов был арестован по делу о хищениях при подготовке к саммиту АТЭС, которую он курировал по линии Минрегиона. Событие относится к 2012 году, когда Басаргин не без протекции (по некоторым оценкам) того же Собянина — в это время уже мэра Москвы и члена Совета безопасности России — пересел в кресло губернатора Пермского края, освобожденное Олегом Чиркуновым (Чиркунов подал в отставку во многом из-за конфликта с Администрацией президента и в конце концов даже эмигрировал из России во Францию.)

Любопытно, что Панов был арестован незадолго до перехода в администрацию Пермского края — планировалось его назначение на должность одного из вице-губернаторов. Реноме Басаргина в результате этой истории испорчено, однако пока он остается губернатором, но, скорее всего, в 2015 году его судьба решится: сделает ли Кремль на него ставку и предложит на новый срок или предпочтет выдвинуть другую фигуру.

 

Политическая неудача

В 2012 году в правительстве Дмитрия Медведева министерство вновь обретает сильного министра — Олега Говоруна, соратника легендарного Владислава Суркова, многолетнего куратора внутренней политики в Администрации президента, который после не очень удачного выступления партии власти на выборах в Думу в декабре 2011 года был понижен до одного из вице-премьеров (позднее стал одновременно руководителем аппарата правительства). Говорун ранее возглавлял Управление президента Российской Федерации по внутренней политике и выступил инициатором реформы Минрегиона: в министерстве появился институт заместителей министра по семи (на тот момент) федеральным округам.

Их задача состояла в координации социально-экономического развития в субъектах Федерации, входивших в эти округа. Вопросы же строительства и ЖКХ были переданы Федеральному агентству по строительству и ЖКХ, подчиненному Минрегиону.

Однако спустя всего несколько месяцев Говорун уходит в отставку — после выговора со стороны президента, объявленного за упущения, касающиеся вопросов строительства и ЖКХ. (Еще через несколько месяцев ушел в отставку и Сурков, что означало провал проекта формирования влиятельного центра внутренней политики в правительстве.)

 

Ближе к строительству

По инициативе Дмитрия Медведева министром назначается Игорь Слюняев, за несколько месяцев до этого отнюдь не с почетом покинувший пост губернатора Костромской области. Понятно, что министр с таким политическим и аппаратным рейтингом не мог рассчитывать не только на усиление влияния, но даже на сохранение того, что было.

Тем не менее первым шагом Слюняева стало подчинение Федерального агентства по строительству и ЖКХ (из-за конфликта с ним в отставку ушел влиятельный руководитель Росстроя, бывший петербургский банкир Владимир Коган), а также постепенная интеграция его в структуру министерства.

А закончилось все восстановлением «независимости» строительно-коммунального ведомства, да еще в статусе министерства: 1 ноября 2013 года указом президента создано Министерство строительства и ЖКХ России, которое возглавил Михаил Мень, незадолго до этого покинувший пост губернатора Ивановской области.

Большие блоки вопросов ушли из Мин­ре­гиона и с образованием Ми­ни­стер­ства по развитию Дальнего Востока (создано 21 мая 2012 года), Министерства по делам Крыма (создано 31 марта 2014 года), Министерства по делам Северного Кавказа (создано 12 мая 2014 года).

Но, видимо, фатальным для министерства, возглавляемого Слюняевым, стало отсутствие общего языка с куратором региональной политики Дмитрием Козаком. Судя по всему, именно Козак выступил с инициативой ликвидировать ведомство, передав его полномочия другим министерствам, дабы остаться единственным ответственным за региональную политику в кабмине.

 

Карта раздела

Самый крупный «фрагмент» Мин­ре­гио­на получило Министерство экономического развития: оно вернуло себе утраченные в 2007 году полномочия в сфере социально-экономического развития регионов плюс стало ответственным за развитие районов Крайнего Севера и освоение Арктики. Финансовые полномочия Минрегиона отошли к Минфину.

Национальная политика перешла в ведение Министерства культуры; регулирование территориального устройства, разделение полномочий по предметам совместного ведения Федерации и субъектов Федерации, а также вопросы развития казачества — в Минюст. Вопросы нормативного регулирования в сфере градостроительного зонирования отошли Мин­строю.

 

Вторая попытка

Таким образом, попытка создания ведомства по региональной политике в правительстве завершилась неудачей. Вторая, заметим, попытка: «региональное» министерство существовало в 90-е — начале 2000-х годов.

Первое такое ведомство было сформировано в 1994 году под руководством влиятельной фигуры первой половины 90-х Сергея Шахрая. (Ранее существовавший под руководством Шахрая Госкомитет по делам Федерации и национальностей был объединен с Госкомитетом по социально-экономическому развитию Севера.) Но вскоре Шахрая на посту министра сменил Николай Егоров, экс-губернатор Крас­но­дар­ского края. Напомним, что Его­ров являлся одним из главных инициаторов первой чеченской войны, то есть влияние «регионального» министра на внутриполитические вопросы было весьма велико.

Однако со временем оно стало снижаться, пост министра все более и более приобретал характер синекуры для занимавших его. И уже в правительстве Касьянова министерство было ликвидировано — взамен введен статус министра без портфеля по национальным вопросам. В правительстве же Фрадкова оно неожиданно возродилось — как в большей мере строительное ведомство.

Неудачи попыток создания министерств по региональной политике закономерны. Фактически за внутреннюю и региональную политику в стране отвечает внутриполитический блок Администрации президента. Необходимости в параллельном центре региональной политики по большому счету нет. И деятельность «регионального» министерства, таким образом, приводит к противоборству со Старой площадью, которое разрешается чаще всего не в пользу этого правительственного института. Б