Минус двойка

13Рубрика | Взгляд на экономику

Текст | Игорь НИКОЛАЕВ

Российская экономика до острой фазы украинского кризиса была на пути из стагнации в рецессию. После известных событий к набору наших бед добавились международные санкции, прямые и косвенные. В этих условиях статистическое ведомство начинает лукавить.

На официальной презентации итогов 2013 года от Росстата, которая прошла в начале апреля, рост ВВП преподнесен весьма и весьма своеобразно: 2013 год дается по отношению к 2009 году, а динамика за 2010, 2011, 2012 год — накопленным итогом. Все года вплоть до 2013-го даны по отношению к 2009-му. Получается красивая лесенка вверх — и 14,1% прироста в 2013-м.

Но мы-то понимаем, что 2009-й — это кризисный год, а если дать за четыре года год к году, то лесенка будет, наоборот, вниз. Вроде не наврали, но слукавили.

Так что не удивила меня новость о том, как Росстат пересмотрел поквартальные итоги 2013-го. Годовой показатель роста остался на прежнем уровне, однако динамика в корне поменялась: если раньше речь шла о замедлении экономики с первого к четвертому кварталу, то сейчас Росстат говорит о росте 0,8% в первом квартале и 2% — в четвертом. За счет этого существенно улучшились те цифры, которые будут по первому кварталу 2014-го (к такому же периоду 2013-го). Они уже к нулю стремились, а тут выйдет почти один процент.

Все эти действия вряд ли позволят избежать признания технической рецессии, ведь коль скоро в прошлом году экономика поквартально росла, то в следующих кварталах этого года она должна расти еще более впечатляющими темпами, чтобы не был зафиксирован спад, что вряд ли удастся обеспечить. Таким образом, рихтуя статистику, Росстат действует по принципу «главное — сейчас улучшить, а потом разберемся».

Теперь давайте обратимся к поводам для оптимизма, которые нам преподносит Минэкономразвития. Там говорят о существенном росте чистого экспорта. По итогам января положительное сальдо составило в годовом выражении $20,3 млрд. Но на фоне колоссальных цифр оттока капитала — по первому кварталу порядка $70 млрд — это не столь значимо.

Кроме того, необходимо анализировать причины, почему так происходит. В самое последнее время у нас существенно возрос экспорт газа. Очевидно, что наши контрагенты в преддверии, мягко говоря, тяжелых времен старались выбрать бóльшие объемы. Даже Украина, как известно, закупала значительно больше: понимала, что повысят цену, — так и сделали. Поэтому колоссальным образом выросли закупки газа буквально в марте. Потом будет снижение, обвал наших газовых поставок. Следовательно, рост чистого экспорта — конъюнктурный момент; он достаточно быстро сойдет на нет.

Зато небезызвестный геополитический конфликт уже спровоцировал более активный уход Европы от энергозависимости от России. Да, по газу на это потребуется не менее пяти лет. По нефти все может произойти гораздо быстрее. Это так называемые неформальные санкции, которых не видно невооруженным глазом.

Могут или не могут санкции нанести ущерб экономическому росту? Давайте посмотрим на опыт Ирана. Там санкции, как известно, были введены в 2011–2012 годах, для того чтобы Иран отказался от своих ядерных амбиций. И вот вам данные МВФ по экономике страны: 2011 год — еще рост ВВП на 3%, 2012 год — падение на 1,9%, 2013 год — продолжение падения, оценочно МВФ дает 1,5%. Кстати, Иран здесь подходящая кандидатура для сравнения. Это страна, экономика которой критично зависит от экспорта энергоносителей.

По отношению к Ирану, конечно, применялись более жесткие санкции: там просто запретили импорт. Импорт российской нефти, я думаю, никто не станет запрещать. Начнут просто перераспределять, замещать ее поставки другими.

Такого же рода неформальные санкции — снижение международных рейтингов. Понятно, что это удорожает новые заимствования и обслуживание текущих, охлаждает пыл инвесторов. На экономике это сказывается стопроцентно отрицательно.

В итоге мы планируем в текущем году минус 1,5–2% ВВП, и, какова тут доля санкций, неясно.

Меры правительства по минимизации последствий санкций — активизация работ по импортозамещению, новые программы развития авиапрома и ВПК, — может быть, и помогли бы, будь у нас институционально развитая экономика с высоким уровнем конкуренции. Мы все равно бы почувствовали санкции, но не так остро. Однако наша экономика, к сожалению, не слишком здорова. Б

 

 

НИКОЛАЕВ Игорь Алексеевич, партнер аудиторско-консалтинговой компании ФБК, директор департамента стратегического анализа этой компании, доктор экономических наук, профессор.

В 1984 году окончил экономический факультет МГУ, где после защиты кандидатской диссертации работал научным сотрудником на кафедре экономики промышленности.

С 1990 года — начальник отдела Госкомитета РФ по науке и высшей школе.

С 1992 года — начальник отдела, позднее заместитель начальника управления Миннауки РФ.

С 1997 года — советник аппарата Правительства РФ, с 1998 года — заместитель руководителя департамента экономики МПС России.

С 2000 года работает в компании ФБК.

Профессор Высшей школы экономики.