Олег СТРОИНСКИЙ: качественное строительство несовместимо с экономией на проектировании

64-66Рубрика | Проектирование

Текст | Николай КОЧЕЛЯГИН

Фото | Александр ДАНИЛЮШИН, ООО «ИМПУЛЬС-ПРОЕКТ»

Генеральный директор проектной компании «ИМПУЛЬС-ПРОЕКТ» Олег Строинский пришел в гражданское проектирование из строительных органов Вооруженных сил. Строитель с 30-летним стажем, он вместе с сослуживцами три года назад создал проектную фирму, уже успевшую зарекомендовать себя с положительной стороны при проектировании объектов жилищно-гражданского и специального строительства.

В своей работе он сталкивается с той же проблемой, что и другие проектные организации, — недооценкой значимости заказчиками-застройщиками качественного комплексного проектирования.

— Олег Александрович, каковы ваш круг клиентов, ваша ниша на рынке?

— В нашем портфеле заказы от частных инвесторов занимают до 70%. Остальная часть — это государственные заказы различного уровня, начиная от муниципальных и заканчивая федеральными.

Мы охватываем достаточно широкий сектор в области проектирования: различные общественные и жилые здания, медицинские учреждения, а также объекты специального назначения для нужд Министерства обороны, Министерства внутренних дел и Министерства юстиции.

Также выполняем работы предпроектной стадии: обследование технического состояния зданий и сооружений, инженерно-геодезические и инженерно-геологические изыскания для строительства.

— Назовите один из наиболее важных, на ваш взгляд, объектов, над которым сейчас работает ваша организация?

— Сейчас мы занимаемся проектированием большого, 6-секционного монолитно-кирпичного жилого дома в новом микрорайоне Калуги.

— Это дом экономкласса?

— Да, сейчас это наиболее востребованная на рынке недвижимости категория жилья.

— Даже жилье экономкласса строится по специальным, нетиповым проектам?

— Существуют, конечно, и типовые решения, но грамотный заказчик, а в данном случае — администрация города Калуги, всегда хочет, чтобы его здания не выглядели серыми и однообразными, а выделялись своей индивидуальностью.

— У вас это не первый опыт проектирования крупного объекта жилищного строительства?

— Крупнейший наш проект в сфере жилищного строительства — городок для бывших военнослужащих в Калининграде. К сожалению, при его реализации возникли трудности во взаимоотношениях между заказчиком — Министерством обороны — и генподрядчиком-застройщиком, у которого мы работали на субподряде. В настоящее время проект приостановлен, но мы надеемся, что это временные трудности и работы будут продолжены.

Помимо проектирования объектов жилищного строительства, как я уже сказал, мы занимаемся проектированием учреждений соцкультбыта, медицинских и инженерных сооружений. Так, сейчас проектируем несколько многозальных кинотеатров в разных городах России для одного из крупнейших в нашей стране сетевых операторов кинотеатров. Заканчиваем проект торгового центра в Подмосковье. Работаем с крупной сетевой фитнес-компанией…

Несколько проектов мы реализуем в Калужской области. Областной центр будет вскоре отмечать юбилей и достойно к нему готовится. Наша компания участвует в конкурсе на разработку концепции реконструкции набережной реки Оки протяженностью около 5 км. Данное гидротехническое сооружение нам интересно прежде всего потому, что мы, будучи на службе в Вооруженных силах, долгое время специализировались на проектировании и строительстве объектов военно-морского базирования. Это очень серьезный и ответственный проект, и, если, Бог даст, нам удастся в нем поучаствовать, его реализацией можно будет по праву гордиться.

— Итак, работы хватает?

— Да, однако получить заказ непросто. Спрос на хорошие проектные организации, которые могут выдать качественный продукт, на рынке проектирования очень высок, но и конкуренция велика.

— Каким образом, на ваш взгляд, должна регулироваться проектная деятельность?

— Оптимальной формой регулирования проектной деятельности и строительства в целом было лицензирование, которым занимались специалисты уполномоченных государственных организаций. Переход к СРО проектных организаций, во всяком случае, в том виде, в котором сейчас реализован механизм саморегулируемых организаций, не улучшил, а ухудшил ситуацию.

Во-первых, переход к СРО серьезно увеличил финансовое бремя проектных организаций — членские взносы, платежи в компенсационный и страховой фонды и т.п. Затраты по сравнению со временем, когда существовало лицензирование, увеличились в разы.

Во-вторых, большая часть СРО — чисто финансовые организации, аккумулирующие большие деньги, руководство которых живет на членские взносы. Конечно, есть исключения, но большинство СРО не контролирует профессиональный уровень своих членов, не занимается методической работой. В этом смысле они не являются профессиональными институтами.

— Вы хотите сказать, что это особая форма бизнеса?

— Да. Не секрет, что допуски в ряде СРО можно просто купить.

Введенная коллективная материальная ответственность СРО за ошибки в работе ее членов расхолаживает недобросовестных членов. Действиями конкретной проектной организации нанесен ущерб, а потери возмещают все члены СРО за счет компенсационного фонда. Это неправильно, ведь мы, как одна из организаций — членов СРО, никак не можем ни повлиять, ни проконтролировать, кого принимают в члены нашей СРО, а несем совместную материальную ответственность.

На мой взгляд, каждая организация должна страховать свою ответственность через страховые компании, как это и принято во всем мире. В этом случае удастся создать правильную мотивацию для участников строительного рынка.

— Как относитесь к нормативному «творчеству» СРО, предусмотренному законодательством?

— Отрицательно. Саморегулируемые организации должны вести методическую работу, выходить в государственные органы с законодательными предложениями, но формирование нормативных актов необходимо осуществлять государству через свои уполномоченные специализированные организации. Иначе как, например, работать органам экспертизы проектов? Изучать нормативную базу каждой СРО, существующей в стране?

Я считаю, для строительной отрасли правильнее допуски СРО как форму разрешения для работы отменить и вернуться к государственному лицензированию.

Что же до СРО, то пусть останутся добровольные саморегулируемые организации. Тогда они не будут «сидеть на допусках», как сейчас, и заниматься их выдачей как формой бизнеса, а действительно станут развивать профессиональную сферу, вести методическую работу, обучать персонал, осуществлять консультативную и правовую помощь своим членам.

— Помимо лицензирования должно быть четкое соблюдение ГОСТов и СНиПов…

— Безусловно. В советское время в любом строительном вузе на первой же лекции по технологии строительного производства объясняли: «СНиПы и ГОСТы — это закон для строителя…». Эти слова я запомнил на всю жизнь и руководствуюсь ими в своей профессиональной деятельности.

На мой взгляд, проблема качества проектов связана не только со снижением квалификации проектировщиков, но и с состоянием экспертизы проектов. Требования к документации, которую надо сдавать на проверку, существенно упростились с точки зрения подробности проработки проектных решений. Например, для инженерных разделов проекта достаточно принципиальных схем этих систем.

Следующий пункт — квалификация экспертов. В крупных организациях она высокая. Наша фирма имеет опыт работы с Мосгосэкспертизой, ГАУ МО «Московская областная государственная экспертиза», Нижегородской госэкспертизой, Управлением государственной экспертизы проектов Калужской области — все это высокопрофессиональные организации. Их вопросы — всегда высокий уровень компетентности, что идет только на пользу качеству проекта.

При этом на строительном рынке разрешена негосударственная экспертиза проектов, что, мне кажется, повлияет на качество проектной документации в худшую сторону, так как создание подобных экспертиз дает возможность «протаскивания» через них некачественных проектов. Раньше экспертизу проекта надо было проходить по месту строительства.

Теперь для строительства, например, в Московской области вы можете предоставить положительное заключение от независимой экспертизы города Владивостока или Хабаровска, и вам должны выдать разрешение на строительство. И этим пользуются недобросовестные застройщики и проектировщики. Некоторые негосударственные экспертизы так «засветились», что на основании их положительных заключений разрешение на строительство в ряде регионов не выдают.

— Отсюда снижение качества проектирования, на которое жалуются многие заказчики?

— Да. Это как в спорте: если уровень требований низок, то и результатов ждать неоткуда.

Негативно сказывается на качестве проектирования склонность заказчиков экономить на проектных работах и в финансовом, и во временном аспектах. Многие из них не понимают, что хорошо проработанный проект позволит сэкономить гораздо больше средств, чем затраты на проектирование, даже за счет того, что не даст повода подрядчику пересматривать стоимость своих работ из-за якобы не учтенных объемов, переделок и т.п.

Многие заказчики очень долго «запрягают», а потом хотят сделать проект сверхбыстро. Раньше существовали нормативные сроки проектирования. Возможно, они были излишне большими, но процесс проектирования, особенно нетиповых зданий, требует своего времени. Это как с рождением ребенка: недоношенные дети имеют проблемы со здоровьем. Установить базовые сроки проектирования необходимо, и они должны быть закреплены в нормативных документах.

Я считаю, в основе качества и безопасности строительства лежат три кита — лицензирование, жесткое соблюдение ГОСТов и СНиПов, профессиональная экспертиза проектов. Обеспечим эти три элемента — решим проблему качества и безопасности строительства, не обеспечим — значит, будут внеплановые капремонты, а то и аварийные ситуации.

— Каковы основные характеристики профессиональной проектной организации?

— В ней обязателен полный набор специалистов по основным разделам проектной документации. Причем специалисты должны быть штатными, с опытом работы.

— Насколько важно использование современных автоматизированных систем проектирования (АСП)?

— Без АСП сегодня сложно представить себе работу проектной организации, так как они существенно повышают производительность труда проектировщика, но я бы их не переоценивал. АСП — инструмент, которым надо грамотно управлять, и он не заменит знания и опыт специалиста. У меня работает специалист с колоссальным стажем работы, который в силу возраста вообще не умеет пользоваться компьютером, но у них в голове такие знания, которые никакая АСП не заменит!

К сожалению, их колоссальный багаж знаний зачастую некому передать. Мы сталкиваемся с серьезным кадровым голодом — он как начался в 90-е годы, так до сих пор выправить ситуацию и не удается.

— В чем особенности вашей компании?

— Основной наш костяк — выходцы из строительного комплекса Вооруженных сил, люди грамотные, дисциплинированные, трудолюбивые. Большинство покинуло систему Министерства обороны в период избавления министерства от несвойственных ему функций.

Мы в первую очередь профессионалы-строители и только во вторую бизнесмены, коммерсанты. Самое главное для нас — процесс профессиональной реализации.

Разумеется, мы предпринимательская структура. Но заниматься чем-то кроме проектирования, например торговлей, наверное, не смогли бы. И счастливы, что востребованы на рынке по нашей специальности. 

 

 

ООО «ИМПУЛЬС-ПРОЕКТ» было основано в 2010 году при участии специалистов строительного комплекса, ведущих проектных институтов и научно-исследовательского института Министерства обороны. Несмотря на относительно небольшой срок деятельности, ООО «ИМПУЛЬС-ПРОЕКТ» имеет большой практический опыт по обследованию и проектированию объектов гражданского и специального строительства во многих регионах России.

Основные направления деятельности организации:

— строительное проектирование;

— проектирование инженерных сетей и систем;

— разработка специальных разделов проектов;

— выполнение работ по обследованию существующих зданий и сооружений;

— инженерно-геодезические и инженерно-геологические изыскания для строительства.

 

 

Строинский Олег Александрович родился в городе Семёнов Нижегородской области.

Окончив школу в 1983 году, поступил в Ленинградское высшее военное инженерное строительное училище им. генерала армии Комаровского на факультет строительства и эксплуатации военно-морских баз. Окончил училище в 1988 году.

С 1988 по 2007 год работал в органах управления капитального строительства Военно-морского флота России и Министерства обороны РФ.

Заслуженный строитель РФ.

С 2010 года возглавляет компанию «ИМПУЛЬС-ПРОЕКТ».