Понять грузинский

20-22Рубрика | Сюжет месяца / Вокруг России

Текст | Тимур ХУРСАНДОВ

17 ноября в Тбилиси состоялась инаугурация нового президента страны. В ближайшие пять лет им будет экс-министр образования и вице-премьер, представитель правящей коалиции «Грузинская мечта» Георгий Маргвелашвили.

Уход с поста президента Грузии Михаила Саакашвили — событие без преувеличения знаковое. Достаточно сказать, что до него за всю новейшую историю страны ни один глава грузинского государства не покидал это кресло в результате мирной передачи власти по итогам выборов, по истечении срока полномочий или добровольно до этого. Более того, с завершением президентства Саакашвили закончилась целая эпоха и на постсоветском пространстве в целом — эпоха лидеров, приведенных к власти волной так называемых цветных революций.

Саакашвили, надо отдать ему должное, продержался дольше всех. Он — единственный из «цветника», кто сумел пробыть на своем посту два почти полных срока и умудрился не быть свергнутым. Его коллегам-«революционерам» — бывшим украинскому и киргизскому лидерам Виктору Ющенко и Курманбеку Бакиеву — повезло куда как меньше.

 

Новая власть

После Саакашвили другой будет вся политическая система Грузии. Меняется не просто глава государства, страна практически переходит к новой форме правления — президентская республика уступает место парламентской, в которой первую скрипку будет играть председатель правительства. И это, между прочим, одно из достижений Саакашвили, хотя за последние годы из-за постоянных конфликтов между правящей коалицией во главе с премьер-министром Бидзиной Иванишвили и президентом могло сложиться ощущение, что именно «Грузинская мечта», пытаясь насолить главе государства, и стала инициатором сокращения его полномочий.

Однако, как ни парадоксально сейчас это выглядит, все несколько лет назад затеял сам президент. Его противники, кстати, тогда подозревали, что делается это вовсе не из демократических побуждений, что Саакашвили переписывает Конституцию под себя, что благодаря этому он сможет, перейдя на премьерскую должность, править страной неограниченный срок, время от времени лишь меняя отслуживших президентов из своего «Единого национального движения». Действительно ли у него были такие коварные планы или нет, уже неважно — не получилось.

Кстати, возможно, именно чтобы избежать ошибки Саакашвили и уйти от обвинений в попытке узурпации власти, о своей скорой отставке объявил и главный оппонент бывшего президента — премьер Иванишвили. Он и преемника себе уже подобрал — вместо него главой правительства станет министр внутренних дел Ираклий Гарибашвили. Ход, судя по всему, не более чем показной — мало кто сомневается, что, во всяком случае, в ближайшем будущем Иванишвили по-прежнему будет определять политику страны по ключевым направлениям, какую бы должность он формально ни занимал.

В то же время не исключено, что Маргвелашвили и Гарибашвили могут удивить. Ведь, хотя сейчас в это уже трудно поверить, в начале 2000-х и Владимира Путина многие считали технической переходной фигурой. Возможно, и его грузинские коллеги, которых сейчас мало кто воспринимает как самостоятельных политических фигур, скоро «оперятся».

 

Рассчитывать, но не просчитаться

Как бы то ни было, не секрет, что в Москве с интересом присматриваются к новому руководству Грузии, которая на несколько лет почти полностью выпала из российской орбиты. Интерес этот обоюден, некоторое сближение, видимо, обязательно будет, но тут важно избежать ошибок, которые Россия уже допустила в отношениях с другими постсоветскими странами, в первую очередь с Украиной.

Какие ожидания в свое время возлагались на Виктора Януковича, как многие в Москве радовались, что наконец-то одержана победа над «оранжевыми» и к власти пришел «пророссийский» человек… И каково было разочарование, когда совсем скоро выяснилось, что договариваться с новым украинским президентом едва ли не сложнее, чем с западниками Виктором Ющенко и Юлией Тимошенко.

Вот и в Грузии рассчитывать на многое вряд ли стоит, чтобы потом лишний раз не расстраиваться. Да, из российско-грузинских отношений теперь исчезнет личностный негатив. Известно, что в Москве имели зуб персонально против Саакашвили, отказывались иметь дело именно с ним и не раз прозрачно намекали, что после его отставки все может измениться. Конечно, новое руководство Грузии не может не сыграть на этом и наверняка будет всячески стремиться улучшить отношения с Россией, в первую очередь экономические. Естественно, и политическая составляющая станет уже не такой мрачной и взаимно враждебной.

Возникнут подвижки, наиболее вероятная из которых — восстановление дипломатических отношений, отмена виз, что уже немало. Так, может, и не стоит пока планировать большее, заглядывать слишком далеко, сгоряча заявлять, что вот теперь-то два братских народа немедленно будут во всем действовать в унисон?

Нет, понятно, что вместе пить саперави и затем хором распевать «Подмосковные вечера» — это всегда пожалуйста. Но вот надеяться, например, что Иванишвили, Маргвелашвили или Гарибашвили завтра осознают «ошибки» предыдущих властей, благородно объявят о признании независимости Абхазии и Южной Осетии или, например, придя, как блудные сыновья, под крыло России, отрекутся от «агрессивного блока НАТО» и Евросоюза заодно, просто глупо.

Скорее, наоборот: от Сухуми и Цхин­вали никто отказываться не будет, а курс на евроатлантическую интеграцию будет продолжен, и, возможно, даже по этому пути пойдут интенсивнее.

Другое дело, это все будет намного менее публично, нежели при Саакашвили, и без акцента на том, что это в пику России.

 

Разобраться с дилеммой

Как представляется, шумиха новым грузинским властям совсем ни к чему ни на одном из направлений, в том числе и во внутренней политике. Маргвелашвили и Гарибашвили принимают страну не в самый легкий период. Конечно, сравнить с тем, что получил Саакашвили после Эдуарда Шеварднадзе, это нельзя, но все же тоже не подарок.

Предыдущий президент успел сделать действительно много, этого у него не отнимешь. Как бы к нему ни относиться, Саакашвили сумел обеспечить жителям страны элементарный минимум, от которого за годы после развала Советского Союза многие грузины уже отвыкли, — свет и тепло в домах, которых раньше не было месяцами, порядок на улицах.

Реформа МВД вообще стала визитной карточкой его администрации. В стране, где, как и в других республиках бывшего СССР, правоохранительные органы считали одной из своих первых обязанностей «брать на лапу», вдруг появилась новая полиция, формирующаяся по конкурсу, высокооплачиваемая, пользующаяся каким-никаким доверием в обществе.

Правда, ближе к концу срока полномочий Саакашвили все активнее поползли слухи, что МВД при нем превратилось в настоящий репрессивный аппарат по борьбе с неугодными, но сколько в этом правды и сколько элемента политической борьбы, желания скомпрометировать президента, сейчас сказать трудно.

Проводились и экономические реформы, и социальные, причем довольно жесткие и без вариантов либеральные. Результат был, но была и логичная обратная сторона — увеличение разрыва между богатыми и бедными, ощутимое повышение уровня безработицы.

Эту социально-экономическую ди­лем­му, доставшуюся в наследство от Саакашвили, и предстоит решать новым президенту и правительству. От них в первую очередь ждут именно этого, а не большой дружбы с Россией или вступления в НАТО. Ведь новые власти, по всеобщему мнению, технические, поэтому и требовать от них будут решения вопросов технических, социальных, экономических.

Если не сваливаться в популизм, то задача не из легких, а значит, это шанс для сторонников Саакашвили. Им сейчас достаточно просто наблюдать за действиями оппонентов, подлавливать их на ошибках, а в том, что они будут, сомневаться не приходится.

Ну, пожалуй, некоторый ребрендинг «Единому национальному движению» не повредит, один из вариантов — несколько дистанцироваться от своего бывшего лидера с его скандальным имиджем, неразрывной связью в глазах международной общественности с войной в Южной Осетии.

Но это уже частности. Время, возможно, работает на «ЕНД», и в 2016 году, на следующих парламентских выборах, не исключен реванш.