Кремль идет на Кавказ

8Рубрика | Отрасли

Текст | Николай АНИЩЕНКО

Масштабная спецоперация по задержанию федеральными силовиками мэра Махачкалы, левашинского даргинца Саида Амирова, казавшегося одним из самых непотопляемых лидеров на Кавказе, еще недавно представлялась чем-то из области невероятного.

Очевидно, что Кремль таким образом дает местным элитам некий намек. Какой — размышляет политолог, член научного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко. «Кремль посылает сигнал о том, что все-таки интересуется Кавказом и отпускать его в совсем свободное плавание за счет федерального бюджета не собирается. Что отслеживается та ситуация, которая имеет место в Дагестане. И что то, в чем часто обвиняют Москву — что она там все отдает на откуп местным элитам, — не совсем справедливо, — говорит эксперт. — Если с точки зрения федерального центра возникает какая-то угроза, то он будет вмешиваться или просто выражать недовольство, в том числе политиками такого уровня».

Малашенко утверждает: Саид Амиров давно известен тем, что в Дагестане «делает все, что хочет, что временами у него власти в руках больше, чем у президента». «Когда выясняется, что мэр города совершенно бесконтролен… Лужкова-то «придавили», а тут — Махачкала! Я считаю, что количество [недовольства в Кремле] перешло в качество. Сам-то он видел себя полновластным хозяином (я не говорю про законы, их там как бы никто не соблюдает). Кроме того, у него были свои проблемы в отношениях с дагестанской диаспорой, он не всегда хотел делиться. В общем, это очень непростой человек, и терпение Москвы лопнуло. Я думаю, какая-то часть местных элит к этому отнеслась с пониманием».

На вопрос о том, не кажется ли ему, что арест Амирова — это часть идущего на Кавказе передела сфер влияния, которая выплеснулась наружу, эксперт отвечает: «Передел сфер влияния без московского фактора невозможен. Ну не аварская элита же вертолет прислала в Махачкалу и перекрыла район, правильно? Это федералы. Так что все это было согласовано с Москвой… То есть это Москва и делала, простите», — поправляется он.

По мнению Малашенко, Кремль считает нынешнего врио президента Дагестана Рамазана Абдулатипова, который занял свой пост в январе этого года, человеком, способным на большее, чем его предшественники. «У него опыт и федеральной, и местной политики. Будучи сам кавказцем — аварцем, — он еще и принадлежит к федеральной элите. Вот на этом стыке он может очень хорошо сработать».

Предшественник Абдулатипова, Ма­го­мед­салам Магомедов, по словам Ма­ла­шен­ко, «был более вялым». «Он доктор философских наук, был более вовлечен в местные дела и больше от них зависел. Хотя как человек он очень неглупый, порядочный. Для той ситуации, которая сейчас в Дагестане, Рамазан [Абдулатипов], конечно, привлекательнее с точки зрения Москвы».

Представитель Московского центра Карнеги говорит, что меры, которые предпримет новый дагестанский лидер после истории с Амировым, пока сформулировать трудно. «Он между Сциллой и Харибдой. Если станет ясно, что он к этому вообще не причастен, то в Дагестане возникнет мнение: федералы действуют помимо него, а на него плюют. Если выяснится, что он — один из участников этого мероприятия, то у него появятся дополнительные враги, ему тоже будет несладко, — рассуждает эксперт. — Поэтому сейчас нужны и жесткость, и гибкость».

«Абдулатипов все-таки был послом (России в Таджикистане. — Прим. «БОССа»), был замглавы Комитета РФ по делам национальностей. Он доктор, профессор, причем настоящий, а не купленный. Будет выкручиваться», — считает Малашенко.