Алиевоведение

24Рубрика | Сюжет месяца / Вокруг России

Текст | Тимур Хурсандов

7 июня президент Азербайджана Ильхам Алиев был выдвинут кандидатом на очередной, уже третий, срок на пост главы государства. Выборы, которые пройдут в октябре этого года, таким образом, становятся простой формальностью, ведь потягаться с ним силами на данный момент в стране не может никто. И если так пойдет и дальше, то Алиев вполне может превзойти своего отца, в той или иной форме правившего Азербайджаном больше двадцати лет.

Выдвинула Ильхама Алиева его партия «Новый Азербайджан», переизбрав заодно своим председателем. А «замом» президента по партийной линии стала его жена Мехрибан Алиева.

С учетом того, что теперь в Кон­сти­ту­ции страны не существует нормы, запрещающей баллотироваться на пост главы государства более двух раз, Ильхам Алиев и его семья на обозримое будущее гарантировали себе неограниченную власть. Впрочем, удивляться здесь нечему: ситуация типична для восточных республик бывшего СССР. Тем более что в этом случае все предпосылки объективно есть.

Во-первых, экономика довольно стабильна — несколько лет подряд Азер­бай­джан был лидером среди стран СНГ по темпам роста. Успешно развивается добыча углеводородов, введены в строй экспортные нефтепровод Баку–Тбилиси–Джейхан и газопровод Баку–Тбилиси–Эрзурум, развивается и промышленное производство, включая машино- и автомобилестроение, высокие технологии, уровень бедности падает.

А, во-вторых, соперников на политическом поле у Алиевых абсолютно нет, оно зачищено полностью и основательно еще отцом нынешнего президента, в свое время, видимо, не зря послужившим в КГБ. Оппозиция в стране существует лишь формально.

Немногие голоса, осмеливающиеся спорить с президентом, исходят не от партий, которых на бумаге насчитывается более 30, а от СМИ, неправительственных организаций. Но и им, естественно, развернуться в полную силу никто не даст.

Сами же партии близки к тому, чтобы стать маргинальными. Достаточно сказать, что в парламенте объединенная оппозиция представлена не более чем десятью депутатами против 74 у пропрезидентского «Нового Азербайджана». Противникам Алиева не хватает не только мест в Национальном собрании, но и ярких лидеров.

Даже кандидатом в президенты они хотят выдвинуть не кого-то из видных местных оппозиционных деятелей, а кинодраматурга Рустама Ибрагимбекова, известного всем и каждому совсем не политической активностью, а сценариями к фильмам, в том числе — Никиты Михалкова.

Так что правящий режим чувствует себя очень расслабленно и ­позволяет себе такие эксцентричные шаги, как, например, создание в Академии наук Азербайджана целого отдела, который занимается изучением наследия Гейдара Алиева. Есть даже отдельная «научная» дисциплина, называющаяся скромно, но со вкусом — алиевоведение.

Проблема одна — Карабах

Логично было бы предположить, что такой авторитарный режим, да еще с отчетливыми нотками культа личности должен неизбежно вызывать неприятие и осуждение со стороны Запада с его стандартами демократии. Но, оказывается, бывают и исключения, и одно из них — Азербайджан.

Объясняется все очень просто: политика максимального благоприятствования зарубежным инвесторам, особенно в нефтегазовой сфере, перевешивает желание научить Баку жить демократично, и немногие критические публикации в западной прессе проходят почти незамеченными.

На этом безоблачном фоне у Алиева есть только одна большая мрачная туча — отношения с соседней Арменией. До сих пор одним из ключевых факторов как во внутренней, так и во внешней политике Азербайджана остается Нагорный Карабах.

Этот затянувшийся конфликт не удается решить уже многие годы, и просвета пока не видно. Страсти кипят нешуточные и выплескиваются как в жуткие инциденты вроде убийства азербайджанским офицером в Венгрии своего армянского коллеги, так и в шаги, о которых без улыбки не вспомнишь, вроде случая, когда Азербайджан объявил персоной нон грата всемирно известную оперную певицу Монтсеррат Кабалье только за то, что она осмелилась выступить в карабахском театре.

При этом не исключено, что ситуация вскоре может измениться в не самую благоприятную для Баку сторону. Речь идет о позиции Москвы по данному вопросу.
Российские власти всегда предпочитали держать нейтралитет по нагорно-карабахскому конфликту, не поддерживая открыто ни Азербайджан, ни Армению. Но за последние года два азербайджанцы начали использовать по отношению к РФ тактику мелкого фола.

Холодная дружба

Не сказать, чтобы сейчас в двусторонних отношениях что-то изменилось кардинально. Разногласия между Москвой и Баку, что неудивительно для любых стран, возникали и раньше. Однако в отличие от ситуации, например с Украиной, с которой каждый чих с любой стороны сразу обретает солидный политический и медийный размах, проблемы с Азербайджаном в Москве предпочитали не афишировать. И Баку, естественно, это вполне устраивало.

Но затем хорошую мину при относительно плохой игре делать перестали, причем именно с подачи азербайджанской стороны. Сначала в государственных и проправительственных СМИ Азербайджана начали появляться явно антироссийские материалы, а произойди такое в других странах, это уже было бы расценено чуть ли не как объявление войны.

Затем очередной и, надо признать, довольно крупной и увесистой «ласточкой» стал пересмотр условий для аренды Россией радиолокационной станции в Габале. РФ арендовала эту РЛС, позволяющую контролировать ракетные пуски в без преувеличения половине мира — от Африки и Турции до Австралии, по десятилетнему контракту, подписанному в 2002 году. И когда пришел срок договор обновлять, Баку вдруг решил повысить стоимость аренды с примерно $7 млн до $300 млн в год. В Москве, конечно, понимали, что больше платить, наверное, придется, но чтобы в 43 раза…

В общем, можно сказать, что азербайджанская сторона выставила заведомо неприемлемые условия, и с РЛС в Габале России пришлось расстаться.

С военной точки зрения удар был не то чтобы критическим, особенно с учетом ввода в строй радара «Воронеж» под Армавиром, фактически ответственного за тот же регион, что и габалинская станция. Да и Армения сразу предложила свою территорию для строительства новой российской РЛС. Но с политической стороны дела этот ход Баку в Москве не поняли.

Нет, на уровне политеса пока все осталось по-прежнему: при встречах друг другу улыбаются, обнимают, заверяют в искренней дружбе. Но на практике уже сделан ряд шагов в различных сферах. Во-первых, Россия внезапно отказалась продавать Азербайджану боевые истребители и штурмовики. Во-вторых, на военной базе в Армении, главном региональном сопернике Баку, появились российские ракетные комплексы «Искандер-М». И, наконец, не забыли про экономику: Россия перестала прокачивать через свою территорию азербайджанскую нефть.

Формально было объявлено, что прекращение транзита связано с его убыточностью, и это правда. Так как Азербайджан не загружал трубопровод, идущий до Новороссийска, и наполовину, российская сторона, по некоторым оценкам, ежегодно теряла на его эксплуатации до 50 миллионов долларов. Но вопрос о том, почему решение было принято именно сейчас, остается открытым — работали ведь в убыток с 1996 ­года, и ничего.

Курс — на Запад

Скорее всего, это только начало «развода», хотя, по большому счету, союза никогда и не было. Азербайджан — одна из немногих бывших советских республик, которая при всей тесноте связей с РФ не входит в орбиту Москвы. Даже мятежный Тбилиси, якобы полностью ориентированный на Запад, все-таки тяготеет к России. Но не Баку.

Азербайджанское руководство твердо придерживается однажды выбранной линии на стратегическое партнерство прежде всего с Турцией и через нее уже с Европой и США.

И поэтому экономическая независимость, которая у Азербайджана есть благодаря каспийской нефти, плюс довольно стабильная политическая ситуация в стране делают из нее трудного, хотя по восточным традициям и не показывающего этого собеседника для России.