Справедливый выбор

GudkovРубрика | Сюжет месяца / В России 

Текст | Дмитрий АЛЕКСАНДРОВ

Одним из ключевых событий марта стало исключение двух лидеров партии «Справедливая Россия» из ее рядов. Эксперты считают, что таким образом «СР» сделала выбор в пользу прокремлевской модели дальнейшего развития.

Двое выбрали партию

13 марта бюро Президиума «Справедливой России» исключило из партии экс-депутата Госдумы Геннадия Гудкова (осенью лишенного полномочий думским большинством по обвинению в параллельном занятии бизнесом) и депутата Госдумы Дмитрия Гудкова. За неисполнение партийного ультиматума конца января.

23 января бюро Президиума «СР» предложило членам партии Геннадию Гудкову, Дмитрию Гудкову, депутату Думы Илье Пономареву, а также астраханскому политику, депутату Думы прошлого созыва Олегу Шеину в течение месяца выбрать между участием в Координационном совете оппозиции (это относилось к Гудковым и Олегу Шеину) и руководстве Левого фронта (что касалось Пономарева и Шеина) и членством в «СР».

Причина такого решения, как поясняли члены бюро, — опасения конфликта интересов между «СР» и этими структурами. С их точки зрения, КСО организует праймериз «единого оппозиционного кандидата» на нескольких региональных кампаниях, не приглашая при этом «СР», а ЛФ заявил о необходимости создания новой левой партии.

Илья Пономарев сразу после этого сказал, что выбирает «СР» и отказывается от работы в Левом фронте, хотя и пояснил в своем блоге: «Мне эта угроза (конфликта интересов. — Авт.) представляется несколько надуманной; не хочу отвечать за КСО, но ЛФ точно против создания новых партий, он последовательно выступает за объединение всех левых сил в единую организацию, и в этом позиция фронта идентична позиции «СР» и лично Миронова (Сергей Миронов — лидер «Справедливой России». — Авт.). Тем не менее эмоциональный фон после марша 13 января дал о себе знать, и бюро приняло такое решение. Я считаю себя обязанным исполнять решение партии. Мне никто не запрещает участвовать в работе Левого фронта, понятие членства в нем отсутствует, а руководящие органы вполне могут обойтись и без меня. Я считаю, что мандат в Госдуме вручен не лично мне по каким-то исключительным личным качествам, и избиратели голосовали за ­команду в целом — за партию «Справедливая Россия» и ее представителей в парламенте. Если обстоятельства сложатся таким образом, что моя позиция начнет противоречить программным документам партии, то я не буду уподобляться Митрофанову и Ко, называть себя членом фракции, а голосовать против ее решений — я сдам мандат и останусь честным человеком. Но пока я ощущаю себя одним из немногих депутатов, кто озвучивает голос разума, и буду бороться за свои взгляды до конца. Думаю, коллегам стоит поступить так же — в Думе голос Гудкова будет звучать куда как громче и весомее, чем у входа в нее».

Олег Шеин также выбрал партию — он вышел из Координационного совета оппозиции и из руководства Левого фронта. Вот как он пояснил свою позицию в личном блоге уже 24 января:

«1. Лично я очевидных внешних предпосылок для принятия решения о выходе членов «СР» из КСО не вижу (не считая, конечно, ситуации с «законом Димы Яковлева», где позиция части моих товарищей по «СР» иная, чем у КСО или у меня).

2. Вместе с тем партия не существует в безвоздушном пространстве и должна учитывать внешние факторы. Достаточно вспомнить историю с партией ­«РОДИНА», которую в марте 2006 года сняли с выборов в восьми регионах из девяти, фактически уничтожив.

3. Есть и другая причина. КСО, очевидно, развивается в направлении принятия миссии политической организации. Это формирует противоречие. Например, идут региональные выборы. «СР» через праймериз выдвигает одного кандидата, а КСО через праймериз — другого. Между ними возможны и нужны соглашения о взаимодействии, но за кого должен агитировать член «СР», входящий в КСО?

4. Самое главное. «СР» для меня не просто зонтичная парламентская партия. Программа «СР» в части трудовых и жилищных прав написана мной. Товарищи по «СР» всегда (без исключений) поддерживали мои действия — будь то кампания против платной рыбалки, блокирование едросовского закона о штрафах с жителей домов за протекающие крыши, поправки в Трудовой кодекс о праве на забастовки. Это моя партия. По взглядам.

5. В Астраханской области, и особенно в Астрахани, сложилась уже целая традиция голосования за «Справедливую Россию». Мы здесь не вполне партия — скорее, союз общественных организаций (союз жителей, профсоюз «Защита», профсоюз мелких предпринимателей и т.д.). И зачем нам все это разрушать?

6. В решении бюро Президиума «СР» не сказано о невозможности сотрудничества с КСО. Это сотрудничество не только возможно, но и будет продолжаться. Например, по части формирования УИК (я не про Астрахань). Это взаимоважно и имеет общественное значение. Активисты непарламентской оппозиции входят в УИК, чтобы не воровали голоса ни «СР», ни КПРФ, ни «ПАРНАС». Чтобы власть выбиралась честно. Я буду рад, если смогу быть полезен товарищам по непарламентской оппозиции в части социальных действий. Больше того, если будут разрешены блоки, мы в Астраханском крае будем настроены на формирование широкой коалиции и с КПРФ, и с теми, кто сегодня вне парламента. Нисколько не сомневаюсь, что руководство «СР» не выступит против такого решения.

7. Так что работать будем все равно вместе. В каком формате? В том же, в каком с КСО работает 80 тысяч человек, голосовавших за КСО, и еще большее число людей, симпатизирующих борьбе против произвола, воровства и мракобесия в нашей стране».

Двоих «ушли»

Двое других из четверки, названной бюро Президиума партии, — Геннадий и Дмитрий Гудковы, отказались выходить из КСО. И 13 марта бюро Президиума партии «Справедливая Россия» исключило Гудковых из партии «за действия, наносящие вред политическим интересам и имиджу организации».

Дмитрий Гудков заявил, что «Справедливая Россия», договорившись с Кремлем, отрезала себе путь на улицу, к гражданам». «Единственная для нее возможность в таком состоянии — влиться в «Народный фронт», — рассказал политик во время онлайн-конференции в АиФ.ru.

«Возможно, это кажется наивным, но я знаю, что многие в партии поддерживают нас и хотят вернуть, отменить все решения и сделать из «Справедливой России» такую партию, которая могла бы объединить политиков нового поколения, привлечь ярких лидеров и получить хороший процент, который позволил бы решать вопросы в Думе», — считает Дмитрий Гудков.

Геннадий же Гудков сильно удивлен, что он и его сын были исключены не только из руководящих органов, но и из партии как таковой. Гудков-старший заявил о намерении апеллировать к съезду «Справедливой России», а если на съезде решение об исключении не будет отменено, создавать собственную партию социал-демократического типа, пригласив туда своих сторонников из «Справедливой России».

Он подчеркнул, что собирается построить свою партию совсем по другим принципам. «Мы будем брать других людей, которые готовы идти до конца, бороться, а не договариваться с властью, получать какие-то дивиденды в обмен на предательство интересов избирателей», — заявил он.

Политик уверен, что в таком виде, как сейчас, «Справедливая Россия» пройти в следующий состав Госдумы не сможет.

Приз за лояльность

Причина столь резких действий со стороны «СР» лежит на поверхности. Предметом внимания руководящих органов партии стали четыре политика, выступавшие одновременно лидерами протестных действий конца 2011–2012 годов. То есть, с одной стороны, партия привлекла к ответственности политиков, которые участвовали в организации митингов (и, кстати, за счет подобной демонстрации партийной позиции дали лидеру партии Сергею Миронову изрядную долю голосов протестного электората на президентских выборах 2012 года), с другой — привлекла их по некоторому формальному основанию: состояли в руководящих органах «непартийных» организаций, что, безусловно, форма сохранения лица для партийного руководства. Хотя очевидно: оно действовало в данном случае «по команде». Пик протестной активности миновал несколько месяцев назад, и возмущаться параллельной деятельностью своих политиков логично было раньше.

В протестных акциях также участвовали и другие политики «СР», в частности депутат Думы Сергей Петров. К ним предъявляются претензии другими способами: его, владельца группы компаний «Рольф», недавно обвинили в незаконном занятии бизнесом параллельно с депутатской деятельностью.

Все эти события знаменуют политику дифференциации системных и несистемных политических сил. При этом системные политические структуры и политики получают бонусы. Во-первых, это содействие на грядущих выборах за счет административного ресурса, во-вторых, посты в исполнительной власти. Получила такой пост и «Справедливая Россия» — депутат Государственной думы от этой партии Константин Ильковский назначен указом президента России и.о. губернатора Забайкальского края и стал приоритетным кандидатом для избрания на этот пост.

Таким образом, «СР», решив проблему со своими радикальными активистами, вступила в клуб причастных к власти.