Кристофер РУДОЛЬФ:отельер — это человек с очень ненормированным рабочим днем

80Рубрика | Отдых

Текст | Юрий КУЗЬМИН

Фото | Из архива Grand Hotel du Lac

Генеральный директор отеля Grand Hotel du Lac (Веве, Швейцария) дал интервью нашему журналу.

— Господин Рудольф, известно, что вы окончили Лозаннскую высшую школу ­отельеров (Ecoletelière deLausanne), а это значит, вы сразу избрали для себя такую специальность Но все-таки расскажите немного о том, как вы пришли к мысли стать отельером. Были ли какие-нибудь семейные причины, которые подтолкнули вас к этому шагу?

— Полагаю, что мечта стать отельером появилась у меня еще в раннем детстве: мои самые счастливые воспоминания были связаны с редкими каникулами, которые мы проводили с семьей в одном отеле в Свазиленде. Гулять по этому отелю было все равно, что проводить время в Диснейленде, — мне нравилось бегать по длинным коридорам и находить укромные уголки. Кроме того, существовал минимальный набор возможностей по уходу за собой, который мы получали прямо у себя в номере: набор кусочков мыла, ряд флакончиков шампуня и некоторое внимание со стороны обслуживающего персонала. Были еще бассейн, игры, детский клуб. Какое-то нескончаемое веселье, и я, конечно, не хотел возвращаться домой.

Потом, когда я подрос, отец решил ограничить мои карманные расходы и сказал, что если я хочу тратить деньги, то я сначала должен их заработать. Поэтому в 14 лет я нашел себе работу по выходным в одном местном ресторане.

Через какое-то время, когда я размышлял о выборе будущей профессии, мне представилась возможность открыть для себя отель как место, где можно делать карьеру. После того как я поработал неделю в качестве практики в отеле SunCity в Бопутатсване (тогда один из бантустанов ЮАР), меня пригласил в свой кабинет генеральный директор отеля и поинтересовался, как мне понравился такой опыт работы. Он спросил, какие у меня были планы, если бы я выбрал для себя профессию ­отельера. Я ответил, что хотел бы поступить в Лозаннскую высшую школу отельеров. В ответ он сказал, чтобы я и думать об этом забыл, так как туда очень трудно поступить из-за строгого отбора, и что только горстка избранных имеет возможность учиться там. Мне лучше, говорил он, поступать в Школу отельеров в Йоханнесбурге. Но тем самым он только раззадорил меня, и я сказал себе: «Я докажу и ему, и себе, что смогу это сделать».

 

— Несмотря на то что швейцарские вузы, специализирующиеся на отельном деле, считаются лучшими в мире, многие их выпускники после окончания не работают по специальности. В чем причина, на ваш взгляд?

— Отельер — это человек с очень ненормированным рабочим днем. Наш рабочий день не начинается в 9.00 и не заканчивается в 17.00. Обычно, когда другие развлекаются, мы работаем — и в выходные, и в Рождество, и на Новый год. Даже просто физически трудно по многу часов непрерывно находиться на ногах, встречая гостей, решая проблемы персонала или просто проверяя состояние помещений отеля. В начале своей карьеры отельер зарабатывает меньше, чем выпускник, выбирающий другую отрасль деятельности. Проходя обучение в школе отельного бизнеса, он изучает множество предметов, в числе которых выездное обслуживание, ведение хозяйства, техническое сопровождение и проектирование, финансы, управление персоналом, продажи и маркетинг, связи с общественностью, психология.

Самое важное, что там обучают дипломатичности, умению оказывать услуги, решать сразу несколько задач, сохранять работоспособность «под давлением».

Этим навыкам не учат в обычных университетах, хотя в обществе, где услуги составляют основу большей части бизнеса, такая квалификация очень востребована.

Плюсы, которые дает наем выпускников школ отельного бизнеса, осознают многие компании, в числе которых банки и другие финансовые организации, фирмы, занимающиеся питанием авиапассажиров, компании — производители пищевых продуктов и вин, а также устроители выставок и других мероприятий.

— Вы гражданин двух стран — Швейцарии и ЮАР. Что Южная Африка означает для вас?

— Я родился в Швейцарии и часто перемещался между двумя этими странами. Я жил в ЮАР во времена апартеида, и мое счастье, что был белым человеком. Но мать после развода с моим отцом вышла замуж за черного, и поэтому я оказался в конфликте с секретной службой, которая два раза меня допрашивала, а, когда мама забирала меня из школы, за нашей машиной часто следовал полицейский автомобиль.

В итоге моя мать вынуждена была покинуть страну, а я еще какое-то время жил там. Мне по молодости лет непонятно было, почему маме пришлось уехать и зачем вообще нужно такое разделение между людьми.

Я приспособился жить в отсутствии правосудия и научился обходить правила.

Африка — это континент, где вам ничего не поднесут на блюдечке, и вы вынуждены полагаться только на свои собственные представления и инициативу. Если вам необходимо, чтобы что-то было сделано, вы должны постараться сделать это сами.

— Известно, что вы любите путешествовать. Что это хобби дает вам в профессиональной и обычной жизни?

— Мне представляется, что поездка туда, где вы еще не бывали, обогащает ваши ощущения. В любой стране развивалась своя собственная культура — кухня, архитектура, другие искусства. Каждый раз, когда я приезжаю в новую для себя страну, как будто открываю целый новый мир. Уезжая из такой страны, каждый раз увожу с собой новые идеи, которые позволили бы мне улучшить работу моего отеля, чтобы наши гости тоже получали новые впечатления.

— У вас есть еще такие хобби, как виноградарство и садоводство. Остается ли у вас время после работы, чтобы заниматься этим?

 

— Виноградная лоза — это дар Господа. Практически нет другого растения, которое выживало бы в таких же тяжелых условиях и которое было бы столь жизненно важным для человека.

 

Мне с малых лет всегда нравилось находиться в саду. Я помню, как мой отец срывал малину с куста и давал мне ее попробовать или подводил к розовому кусту, и я вдыхал густой аромат распустившихся красных цветов. Находиться в гармонии с природой — ни с чем не сравнимое чувство. И сад для меня — это возможность расслабиться и источник вдохновения.

 

— Ваша мать Кристина — известный художник. У вас есть интерес к живописи и к искусству вообще? Вы как-то взаимодействуете с матерью в этих делах?

 

— Для меня искусство — воплощение души. Это возможность выражать красоту изобразительными средствами, оживлять чувства или же ощущать чье-то прошлое на подсознательном уровне. Мои любимые художники — те, кто в своем искусстве сочетает манеру Матисса, которая позволяет создавать прекрасное на основе упрощенных форм и цветов, и искусство Ван Гога, в чьей живописи все обманчиво спокойно на поверхности, а где-то в глубине бушуют страсти. В музыке на меня огромное впечатление производят Стравинский и его «Весна священная» — самый «бурный» балет, который я когда-либо видел. Что касается моей матери, мы, как правило, не сильно вовлечены в дела друг друга.

— Ваш брат по матери Табо Сефолоша — всемирно известный баскетболист, первый игрок из Швейцарии, приглашенный в НБА. А вы сами дружите со спортом? Как вам удается поддерживать форму при такой интенсивной работе?

— Я очень горжусь тем, что мой брат воплотил мечту своей жизни, причем на такой высокой планке. Наша мать всегда учила нас, что жить надо со страстью, а свое дело надо делать не только головой, но и сердцем. Я сам, правда, не очень хороший спортсмен. Предпочитаю командные виды спорта и сквош. Но работа в отеле, где услуги должны быть доведены до совершенства, сама по себе предполагает большие физические нагрузки.

— В вашей профессиональной биографии до GrandHotelduLac были и другие отели — Adlon в Берлине и CiraganPalace в Cтамбуле, причем оба входят в группу Kempinski. Расскажите немного о работе в этих отелях. Как вы попали туда и как получилось, что оба отеля, где вы работали, — Kempinski?

— Это была огромная удача и честь получить приглашение в CiraganPalace. Именно там я и стал работником группы Kempinski. Они искали молодого менеджера службы питания и напитков, который привнес бы новые, свежие идеи в работу отеля. Моим руководителем был Ришар Байяр, который до этого являлся управляющим в Гранд-отеле «Европа» в Санкт-Петербурге. Он являлся моим «воспитателем» и научил меня многим хитростям в отельном деле, да и просто поверил в меня. Мы открыли «Икорный бар» и вместе с шеф-поваром из Санкт-Петербурга Андреем Зиминым ввели в меню бефстроганов. Когда я проработал там три года, руководство Kempinski решило поменять менеджмент в отеле Adlon, и мне предложили перейти туда в качестве помощника генерального директора по ресторанам.

Я считаю, что представившаяся мне возможность поработать в этих двух знаменитых отелях — это мой счастливый билет.

— Более шести лет назад вы стали одним из самых молодых руководителей пятизвездочного отеля в такой славящейся своими отельными традициями стране, как Швейцария. Почему на такой ответственный пост выбрали вас, совсем молодого человека? И насколько сложно было вам первое время?

— Возможность возглавить GrandHotelduLac я получил в 32 года. Это был настоящий вызов — заново открыть исторический отель, который построен еще в 1868 году. Для разработки концепции внутренних пространств и отделки интерьеров был приглашен всемирно известный мастер по интерьерам Пьер-Ив Рошон. Моя задача состояла в том, чтобы набрать персонал и наладить управление текущей коммерческой деятельностью, с тем чтобы превратить GrandHotelduLac в пятизвездочный отель на 50 номеров и войти в ассоциацию

Relais & Châteaux1.

Мой подход состоял в следующем: чтобы открыть отель, надо сосредоточиться на найме ключевых сотрудников, которые готовы даже к переезду в наш город. Нам также пришлось убеждать местное население, что в отель стоит почаще заглядывать, и с этой целью мы устраивали на рыночной площади Веве театрализованные представления и раздавали цветы людям.

Успех пришел очень быстро, и на туристическом интернет-портале Tripadvisor наш отель был назван лучшим частным предприятием индустрии гостеприимства в регионе Монтрё-Веве в 2011–2012 годах.

— Вас считают одним из самых инновационных отельеров в Швейцарии. Пожалуйста, поделитесь своим взглядом на отельный бизнес c нашими читателями.

— Швейцарская индустрия гостеприимства имеет давние традиции приема гостей из-за рубежа, а в списке гостей нашего отеля постоянные посетители из России фигурируют еще с 1890 года.

Успех отельного дела основан на удачно располагающихся и хорошо спроектированных зданиях, а также особом акценте на окончательную отделку. Недвижимость должна служить долгое время, поэтому с самого начала следует делать вложения в качественные материалы и хороший дизайн, которые выдержат испытание временем. Гости настроены открывать для себя лучшие черты местной культуры, и они должны ощущаться в облике и интерьерах здания отеля.

Для работы в отелях необходимо немалое число способных молодых людей, которые могли бы пройти обучение в местных школах отельного бизнеса. И Швейцарская ассоциация отелей активно участвует в работе таких школ.

Наконец, политики и население должны осознавать тот потенциал, которым обладает туристический сектор для развития экономики страны в целом. Дружелюбные и улыбчивые местные жители создают у гостей ощущение, что им здесь рады, и тогда у деловых людей, посещающих нашу страну, естественно, возникает желание развивать совместный бизнес, и, как результат, растет экспорт.

— Несколько лет назад вы провели коренное обновление вашего отеля. Это ваша идея или же желание владельцев, и какая концепция была реализована в ходе этой реконструкции?

— Концепция обновления здания создавалась на основе видения владельцев. Моя роль заключалась в том, чтобы добиться соответствия уровня сервиса размерам их инвестиций.

Они хотели создать нечто похожее на замок на берегу озера, чтобы его гости ощущали душевность и уют. Сервис должен был стать качественным и своевременным, но ненавязчивым. Мы старались реализовать лозунг: «Здесь рождаются мечты».

— Вы работаете вместе с вашей женой Надеж, которая занимает пост директора по персоналу. Трудно ли близким родственникам работать вместе? Помогает ли это вам в вашей работе? Делитесь ли вы друг с другом мыслями по работе?

— Мы встретились с моей будущей женой еще в Школе отельеров и с тех пор работаем в отелях вместе, и у нас вошло в привычку обсуждать профессиональные вопросы.

Работать вместе — это для нас своего рода вызов: например, у работников должна быть уверенность, что, хотя мы и близкие родственники, они абсолютно свободно могут обсуждать с Надеж любые свои проблемы, и у них из-за этого не возникнет сложностей с работой.