Охотничий инстинкт

Рубрика | Страница редактора

Текст | Александр ПОЛЯНСКИЙ

Случившаяся в конце ноября перепалка между Следственным комитетом России и МВД по поводу права комментировать дело «Оборонсервиса», судя по всему, приоткрывает завесу над подоплекой антикоррупционной кампании последних месяцев.

Напомню, 20 ноября пресс-служба СК опубликовала  заявление о недопустимости «неуместного пиара» со стороны МВД: мол, единственным официальным источником информации по делу является СК РФ. Пресс-служба МВД в тот же день выступила с беспрецедентно резкой отповедью: она заявила, что у сотрудников как оперативных, так и информационных служб полиции достаточно высокий уровень профессионализма, чтобы самостоятельно принимать решения о публикации информации. «В помощи пиар-структур других ведомств мы не нуждаемся. В рамках принципа открытости работы полиции для общества эта работа (публикация информации по делу «Оборонсервиса». — Авт.) будет продолжена».

Жесткость полемики, конечно, — симптом борьбы между двумя ведомствами по поводу следственных органов МВД. Относительно недавно Следственный комитет пролоббировал проект решения Совета безопасности России о передаче полицейского следствия в СК. МВД с этим, естественно, несогласно.

Но причина, видимо, не только в этом. Прослеживается желание правоохранительных органов — СК, МВД, ФСБ и Генеральной прокуратуры — максимально проявить себя в нынешней антикоррупционной кампании. Тем более, количество дел в рамках нее продолжает множиться.

В первую очередь позиционирование необходимо главе Следственного комитета Александру Бастрыкину, положение которого выглядит неустойчиво. Относительно недавний случай: «компромат» СК на Геннадия Гудкова, на основании которого политик был лишен депутатского мандата, по признанию самого Следственного комитета, фактически, не нашел подтверждения.

Претензии к Бастрыкину наверняка предъявляло руководство Думы — Сергей Нарышкин, насколько известно, и при рассмотрении «дела Гудкова» сомневался в обоснованности данных СК. Подтолкнуть Бастрыкина не прочь и «друзья»-силовики — прежде всего, генеральный прокурор Юрий Чайка и министр внутренних дел Владимир Колокольцев.

Логика подсказывает, что ноябрьский «крестовый поход» против коррупционеров — ход, придуманный именно Александром Ивановичем. Ход сильный: он позволил направить энергию правоохранительных ведомств на «охоту», причем с расширяющимся ареалом вместо «грызни». И заодно позиционировать председателя Следственного комитета как вдохновителя и организатора антикоррупционной кампании, тем самым обеспечив ему статус, исключающий любые служебные претензии.

Отсюда и стремление пресечь любые устремления коллег-силовиков выглядеть святее папы Римского…