Кажется, нас амнистировать идут

Текст | Сергей АВАКЯН-РЖЕВСКИЙ

Не прошло и года с заявления Владимира Путина о налоговой амнистии, как в правительстве появился соответ­ствующий законопроект.

13 марта Министерство финансов внесло в Правительство РФ законопроект по налоговой амнистии. Это новый федеральный закон «Об упрощенном порядке декларирования доходов физическими лицами» и поправки в статьи 45 и 80 Налогового кодекса. Согласно документу с 1 июля 2006 года и до 30 октября 2007 года граждане могут задекларировать свои доходы, ранее сокрытые от налогообложения, уплатив 13-процентный налог. В пояснительной записке к законопроекту говорится, что он нужен для привлечения капитала в национальную экономику и создания доверительных отношений между властью и бизнесом благодаря легализации доходов граждан. Все вырученные средства, а именно 13-процентный налог с легализованной суммы, предполагается направить на пополнение региональных бюджетов.

Старая идея на новый лад

Идея амнистирования утекших за рубеж капиталов возникала еще у Ельцина, и не раз. Но тогда предложения разработать соответствующий законопроект либо терялись в стенах Минэкономики — предшественника МЭРТ, либо вообще оставались только на словах.Силу президентского поручения налоговая амнистия впервые обрела при Путине. В своем послании-2005 президент заявил, что необходимо разрешить гражданам декларировать в упрощенном порядке капиталы, накопленные ими в предыдущие годы. «Такой порядок должен сопровождаться только двумя условиями: уплатой 13-процентного подоходного налога и внесением соответствующих сумм на счета в российские банки», — подчеркнул при этом глава государства.

Целый год потребовался чиновникам на разработку и согласование законопроекта в Администрации президента. Его первоначальный вариант появился в правительстве еще в августе 2005 года, но был отправлен на доработку.

К 1 сентября 2005 года в Госдуму был внесен новый вариант законопроекта, написанный так же сухо и схематично, как об этом сказал президент. Гражданам предлагалось задекларировать свои средства, полученные до 1 января 2005 года, в срок с 1 января по 1 июля 2006 года и заплатить 13-процентный налог с переведенных в российские банки сумм.Однако информация о легализованных деньгах автоматически попадала в Росфинмониторинг, через который потенциального налогоплательщика могли привлечь к уголовной ответ­ственности за нарушение валютного или таможенного законодательств, так как под амнистию попадали лишь те, кто недоплатил подоходный налог.

В результате изучения законопроекта оказалось, что амнистия также не распространяется на средства, вложенные в недвижимость и ценные бумаги. К тому же под амнистию попадали только те субъекты, которые не заплатили подоходный налог.

Понятно, что такой законопроект не принес бы существенных результатов, поэтому правительство дало месяц на его доработку и согласование с Администрацией президента. В итоге же исправленный вариант появился в Госдуме только во второй половине марта. Срок действия амнистии был установлен с 1 июля 2006 года по 1 апреля 2007 года.Доработанный вариант налоговой амнистии был изменен до неузнаваемости. Теперь физическое лицо или предприниматель могут добровольно задекларировать свои доходы (в любой валюте), полученные до 1 января 2005 года, и заплатить с них 13-процентный налог. При этом из законопроекта исчезло требование президента об обязательном переводе накоплений в российские банки.

Более того, стало не нужно указывать, где и когда налогоплательщик приобрел декларируемую сумму. В новом законопроекте также говорится, что информация, содержащаяся в декларации, не может использоваться налоговыми органами при осуществлении контроля. Кроме того, амнистии подлежат имущество, ценные бумаги и другие виды собственности, приобретенные на средства, подлежащие амнистированию. Предполагается также внести изменения в статьи 45 и 80 Налогового кодекса. Одна из поправок — освобождение от уголовной ответственности тех, кто не доплатил налоги уже после вступления в силу закона по налоговой амнистии.

Либерально только на бумаге

Внешне законопроект и правда выглядит очень либеральным. Но тут возникает вопрос: а почему, собственно, налогоплательщики должны поверить государству и задекларировать свои сбережения? Наши чиновники не были бы нашими, если бы еще до начала налоговой амнистии не предупредили «теневиков», что после 1 апреля 2007 года планируется возродить налоговый контроль над крупными покупками. Нечто подобное у нас уже практиковалось несколько лет назад: органы, регистрирующие крупные сделки (например, покупку автомобиля или квартиры), должны были сообщать об этом налоговикам. Те сверяли полученные данные с собственной базой и если замечали превышение расхода над задекларированной суммой, приходили к человеку с соответствующими вопросами.

«Контроль за крупными покупками граждан, осуществляемый во всех цивилизованных странах, просто необходим», — считает заместитель министра финансов РФ Сергей Шаталов. По его мнению, разработчики налоговой амнистии постарались создать максимально удобные условия для налого­плательщиков и по требованиям, и по длительности амнистии, что позволяет большинству налогоплательщиков «закрыть навсегда для себя период возможных налоговых нарушений и начать жить с чистого листа».Провести налоговую амнистию сегодня гораздо важнее, чем идти на принципы и ждать, когда у налого­плательщиков проснется совесть и они придут с повинной. Амнистия в первую очередь выгодна самому государству: это дополнительные финансовые сред­ства, которые поступят в регионы страны. По словам Шаталова, Минфин не занимался подсчетом предполагаемой суммы, которая будет легализована в ходе этой амнистии, поскольку вырученные средства пойдут не в федеральный, а в региональные бюджеты. Но если бы все укрытые средства вдруг легализовались, то сумма вышла бы не рядовая — по разным оценкам, она колеблется от $200 млрд до $600 млрд.

Успех не гарантированДалеко не всегда налоговая амнистия достигает успеха. Ярким примером ее полного провала можно считать опыт Грузии. После прихода к власти новый президент Михаил Саакашвили решил провести в стране амнистию, чтобы привлечь таким образом в бюджет до $4 млн. Налог с декларируемой суммы составлял всего 1%. Государство давало гарантии непривлечения владельцев этих счетов к уголовной ответственности. Однако за целый год только восемь налогоплательщиков согласились открыть государству свои сбережения, пополнив тем самым казну аж на $35 тыс. — таков уровень «доверия» к грузинскому государству.

Еще одним примером провала амнистии можно считать опыт Казахстана. Наряду с целым рядом гарантий и льгот государство решило вообще не взимать налога с легализованных средств. Но действие закона не распространялось на «случаи легализации денег, полученных в результате коррупционных правонарушений, преступлений против личности, мира и безопасности человечества, основ конституционного строя и безопасности государства, соб­ственности, интересов государственной службы, общественной безопасности и общественного порядка, здоровья населения и нравственности, а также денег, принадлежащих другим лицам или полученных в качестве кредитов».

Такая размытая формулировка стала причиной того, что в Казахстан вернулось всего около $480 млн. Это был явный провал амнистии. Об этом же сказал президент Нурсултан Назарбаев в своем ежегодном послании парламенту, говоря о необходимости проведения второго этапа налоговой амнистии. «Думаю, настало время по-настоящему взвешенно, ответственно рассмотреть проблему амнистии капиталов и имущества, выведенных из легального оборота», — заявил он. Но на этот раз бесплатной амнистии налогоплательщикам ждать не приходится. Президент Казахстана предлагает декларантам заплатить 10% от стоимости легализованных активов.Интересен пример налоговой амнистии Индии, где ставка налога была поднята до 30%, а в итоге задекларировано $8,2 млрд. Предполагается, что эта сумма могла быть гораздо больше, если бы в ходе амнистии налоговые органы не заявили, что проведут расследование по некоторым делам, вызвавшим у них сомнение. Эта новость сразу уменьшила число потенциальных налого­плательщиков. И даже после судебного запрета подобных расследований, число налогоплательщиков не увеличилось.

Одним из удачных примеров можно считать и итальянскую амнистию 2002 года. Гражданам предлагалось вернуть в страну деньги, заплатив всего 2,5%, и давались гарантии, что у государства не будет вопросов к происхождению этих средств. Сумма легализованных доходов составила 30 млрд евро.

Бельгийский сценарий

Главной задачей чиновников, разработавших налоговую амнистию для России, являлось недопущение ошибок зарубежных стран. И на первый взгляд может даже показаться, что у нас все учтено, все строго выверено. Вероятно, постарались научиться на ошибках других: нет размытых формулировок, как это было в Казахстане, даются серьезные гарантии, отсутствие которых негативно сказалось на индийской налоговой системе, проводятся первые попытки запугать тех, кто не хочет возвращать деньги по-хорошему.

В основе нашей налоговой амнистии лежит бельгийский закон «О единовременной освобождающей декларации» от 31 декабря 2003 года. По мнению руководителя Федерального агентства по управлению особыми экономическими зонами Юрия Жданова, «это самый совершенный на сегодняшний день закон о налоговой амнистии, и он представляет большой интерес для России».

Согласно бельгийскому закону амнистия не распространяется на суммы, капиталы и движимое имущество, имеющие сомнительный характер либо чьим источником были операции по отмыванию денег. Под бельгийскую амнистию также не попадают налогоплательщики, на момент подачи освобождающей декларации письменно предупрежденные о возбуждении процедуры расследования со стороны налоговой службы Бельгии. Также нельзя легализовать некоторые другие средства, налогообложение которых предусмотрено ранее принятыми специальными нормативными актами. Граждане имеют право подать декларацию двумя способами. Первый — заявить о наличии денег и заплатить с этой суммы 9-процентный налог. Второй — инвестировать деньги в экономику ЕС, при этом налог снижается до 6%.

Но учтен ли в нашей стране такой немаловажный фактор, как приятный инвестиционный климат, сорвавший грузинскую амнистию? Владимир Путин может сколько угодно призывать вернуть капиталы в Россию, чтобы заставить их «работать на нашу экономику, а не болтаться в офшорных зонах» или «лежать под матрацами», но если не будет усовершенствована налоговая система, то все попытки окажутся тщетны. При этом благоприятный инвестиционный климат способен и сам, без налоговой амнистии, вернуть все вывезенные сбережения обратно.