Владимир ШТЕФАН: для возрождения промышленности нужно опираться на профессионалов

БОСС-профессия | ОПК
Текст | Дмитрий АЛЕКСАНДРОВ
Фото | Евгений ДУДИН

АО «Воронежский НИИ “Вега”» — один из ведущих российских разработчиков систем радиосвязи для нужд Вооруженных сил, ФСБ и ФСО. Институт предлагает военному и гражданскому секторам целый ряд инновационных разработок международного уровня: от радиоуправляемых роботов до систем радиосвязи для освоения Арктики.

Генеральный директор акционерного общества профессор Владимир Штефан рассказал нашему журналу о планах развития предприятия и проблемах развития высокотехнологичного сектора российской экономики.

— Владимир Иванович, в 2016 году у предприятия был 60-летний юбилей. Каковы ваши главные достижения, особенно в пореформенные годы?

— Я считаю, что одно из главных достижений — возвращение веры в наше предприятие со стороны заказчиков. Было и падение интереса к нам, и падение объемов, сомнения, что мы можем создавать новую конкурентную продукцию.

— К тому же еще и на старом оборудовании.

— Да. Благодаря тому, что в нас верило правительство, тому, что оно вложило средства в наше перевооружение, произошел скачок в развитии предприятия.

А второй фактор — это кадры. Мы сумели воссоздать работоспособный коллектив.

Третий же фактор — то, что мы развили не только традиционные направления института, но и новые. Это наукоемкие направления, которые в советское время были разработаны в теоретическом плане: им не нашлось практического применения. Мы создали на основе этих направлений инновационные системы радиосвязи, передовые в мире. Они разработаны с учетом появления новых требований в Министерстве обороны. С появлением новых требований в Министерстве обороны, в силовых структурах решение задач по применению высокоскоростных, широкополосных и при этом энергоскрытных и защищенных сигналов — совершенно новое направление.

Рост производства на предприятии за последние годы составил 3,8%.

— То есть вы перевыполнили план удвоения ВВП?

— Получается, что так.

— Мы знаем, что объем заказа Вооруженных сил на системы связи сокращается.

— Для нас это, конечно, не слишком позитивное событие. Оборонный заказ — важнейший стимул для развития высокотехнологичных отраслей. Хотя мы понимаем, что Вооруженные силы на базовом уровне обеспечены системами связи. Есть потребность в более нишевых системах, которую мы и обеспечиваем. При этом не уменьшается заказ ФСБ и ФСО.

Мы привыкли к тому, что рост оборонного заказа — для нас гарантированные деньги. Но, если мы будем производить лишь то, что нам заказывают, как же быть с развитием по-настоящему новых направлений? Важен простор для свободного творчества, для предложения тех или иных разработок разным заказчикам. Ведь Россия славилась тем, что мы блоху можем подковать.

Если подводить промежуточный итог сирийской операции наших Вооруженных сил, то мы всему миру показали, что многое умеем. И в части новых ракет, и в части систем радиосвязи и систем наведения. И в части робототехники. Роботы пока, наверное, менее красивые, чем у американцев, зато по функциональности им не уступают.

— Системы радиосвязи точно не хуже, чем у американцев.

— Мы используем самые совершенные методы как передачи сигнала, так и кодирования, шифрования. Путина в отличие от Меркель не подслушивают.

— Ваша работа?

— В том числе и наша.

Одно из важнейших направлений для нашего института — радиоуправляемые роботы. Занимаемся роботами самого широкого профиля: антитеррористическими, роботами военного применения, роботами для атомной промышленности. А также БПЛА. По сути дела, это ведь летающие роботы.

Институт выпускает радиооборудование, позволяющее управлять БПЛА в горной и лесистой местности. Наши системы позволяют с помощью БПЛА управлять войсками по защищенным каналам.

На поле боя, где используются различные средства связи и подавления радиосигнала, качество связи, помехозащищенность имеют определяющее значение. Тем же роботом нужно управлять так, чтобы противник не мог перехватить управление.

Интересные наработки есть по знаменитой «Армате». Мы делаем канал управления и канал передачи видеоинформации. Это позволяет управлять танком без экипажа. Летом на полигоне будем тестировать наши системы с учетом использования вертолетов, танков, солдат, проверять, как они взаимодействуют с вертолетами, пехотными и ракетно-артиллерийскими подразделениями.

При этом против нас будут использоваться средства радиоэлектронной борьбы — связь не должна ухудшаться.

— А как справиться с РЭБ противника?

— С помощью широкополосного цифрового сигнала. Узкополосный сигнал 25 КГц противник легко подавит. Полосу 500 МГц подавить довольно трудно — нужна очень большая мощность средств радиоподавления. С учетом того, что наш сигнал скрыт под белым шумом, его подавить нереально.

Широкополосный сигнал — это разведзащищенность и большая скорость передачи информации. Узкополосным сигналом невозможно передавать большие объемы информации с большой скоростью. А объемы и скорость — это сегодня принципиально важно для эффективного боевого управления. Боец должен иметь карты местности, чтобы знать, где он находится, изображение с приборов ночного видения. А объемы информации, в которых нуждается штаб, в сотни раз больше.

— Плюс еще вы обеспечиваете закрытую мобильную связь для силовых структур и высших руководителей государства?

— Да. Мы в интересах ФСО создаем новую систему связи, способную использовать не только закрытые каналы, но и каналы сотовых операторов: сети общего пользования 3G и 4G. Система сама выбирает из них оптимальный по качеству связи. При этом обеспечивает полную защиту передаваемой информации.

Когда звонит абонент, он просто поднимает трубку, а система сама определяет, по какому каналу будет связь. Это большой шаг вперед в обеспечении доступности качественной связи.

— Насколько нам известно, вы активно работаете в рамках Арктического проекта?

— С учетом требования развития Арктики мы занимаемся ретрансляцией радиорелейных каналов связи в диапазоне от 300 МГц до 8 ГГц. Радиорелейные системы связи традиционно работают в узких каналах связи. В наших же решениях большая ширина канала ретрансляции. Это работа с основой самого высокочастотного сигнала.

Мы этот сигнал представляем так, как это требуется для тех или иных задач, работаем со структурой сигнала, улучшаем ее. Делаем сигнал более помехозащищенным.

Информационное покрытие Арктической зоны — непростая задача. Как известно, льды двигаются, ледники подтаивают. Сегодня Правительство России и Академия наук делают акцент на использовании воздушных судов — приоритет отдается дирижаблям.

Наша цель — оборудование дирижаблей радиосистемами, ведение связи с помощью дирижаблей. Это летательный аппарат, который может перевозить и грузы, и людей, может связываться с другими дирижаблями и с землей.

По Арктическому побережью создаются станции доступа, чтобы дирижабль мог связываться с землей и дальше по высокоскоростному «волокну» с любой точкой нашей страны.

— Дирижабли будут использоваться как ретрансляторы?

— Совершенно верно. С их помощью будет осуществляться связь с нефтяными платформами, судами и другими подвижными объектами. Сложность этого направления в том, что дирижаблестроение в нашей стране и в мире — направление, которое долгие годы не развивалось, его надо возрождать.

— Что необходимо для поддержки предприятия?

— Очень важно, чтобы прибыль, которую мы зарабатываем, оставалась на предприятии и вкладывалась в ОКРы и НИРы. Еще один принципиальный вопрос: предприятие должно иметь возможность самостоятельно определять свои планы развития.

— А что требуется для использования инновационного потенциала ОПК?

— На предприятиях ОПК есть определенные наработки, заделы, которые они должны получить возможность реализовать. Они должны иметь как минимум средства, достаточные, чтобы довести разработку до экспериментального образца. Чтобы можно было понять: стóит ли дальше инвестировать в то или иное направление разработки?

Обычно два года идет НИР и два года — ОКР. Как правило, после первых двух лет можно сказать, будет ли гарантированный выход или нет.

Большая проблема — обучение и кадры. Во многом потеряно высшее техническое и профессионально-техническое образование.

Дети эпохи ЕГЭ отучились мыслить логически. Страна в связи с ломкой советской продуманной системы подготовки инженера очень много потеряла.

Кроме того, сегодня главной фигурой в промышленности становится фигура менеджера. Я недавно был на одном из предприятий ОПК. Там поменяли директора — убрали инженера старой, как говорили, формации и поставили менеджера, взятого извне. Он даже не ориентируется в номенклатуре продукции предприятия, не говоря о том, что не понимает смысл технических решений.

С чем связано это доминирование менеджеров? С тем, что возвращается позвоночное право, от которого удалось избавиться в 70–80-е годы. Главный тот, у кого есть возможность решить вопрос у вышестоящего начальника.

В советские десятилетия существовали отраслевые министерства, но для каждого директора предприятия был доступен союзный министр. Имелось всего три уровня: директор — начальник главка — министр.

Какая ситуация сейчас? Глава концерна, глава субхолдинга, глава госкорпорации «Ростех», директор департамента министерства, министр. То есть вместо трех уровней управления — пять!

Раньше министр лично участвовал в отраслевых научно-технических советах. Наш институт входил в состав Минпромсвязи СССР, и министр Эрлен Кирикович Первышин, профессионал высочайшей пробы, регулярно проводил такие советы. Сегодня ничего не проводится. А профессионалов очень мало.

Когда профессионалы уйдут совсем и будут одни менеджеры, с чем мы останемся? Для возрождения промышленности нужно опираться на профессионалов.

— Менеджеры необходимы как инструмент, а не как надстройка над разработчиками?

— Вот именно. Хотя получается иначе. Если я могу зайти к Ивану Ивановичу и решить вопрос, то почему я не самый главный на этом предприятии? Я же решаю. А то, что я ничего не понимаю в сфере, в которой принимаю решение, так это не важно.

— Что надо, для того чтобы рост в нашей стране обеспечивался за счет высокотехнологичных отраслей, а не сырьевых?

— Теперь в стране уже есть понимание, что, если мы продаем лишь нефть и газ, рейтинг нашей страны будет падать. Есть политическая воля к тому, чтобы изменить ситуацию. Как только пошло импортозамещение, рейтинг стабилизировался. Вы знаете, что Moody’s поднял рейтинг России.

В этом году будет отмечаться 155-летие со дня рождения Столыпина. Он говорил: «Дайте 20 лет России, чтобы не было ни внутренних, ни внешних потрясений, и вы Россию не узнаете». Думаю, как раз такое время в России и наступило. Не стóит задумываться, кто правит Америкой — Трамп или не Трамп. Следует развивать свою страну.

— 20 лет без потрясений, с этим у нас как-то не слишком хорошо получается.

— Однако у нас давно не происходило таких потрясений, как в 90-е. Кризисы — да, но это же не революция 1917 года, столетие которой мы готовимся отмечать. К тому же кризисы — полезное явление. Если не будет кризисов, не будет последующих скачков. Вспомните про волны Кондратьева — выдающийся русский экономист писал об этом еще в начале прошлого века. Мы сейчас находимся на шестом этапе — это нанотехнологии и информационные технологии, что были предсказаны в начале прошлого века.

— Как вы оцениваете состояние гражданского общества в нашей стране?

— Совсем недавно в отставку ушло пять губернаторов. При этом народ безмолвствовал. Его никто не спрашивал о том, как он относится к деяниям этих руководителей. Они ушли из-за низких параметров KPI, которые оценивает Администрация президента. Но всегда ли они позволяют оценивать деятельность регионального руководителя достаточно многогранно? Сомневаюсь. Думаю, самое главное — оценка со стороны гражданского общества. Важна она и при оценке законов.

Политика государства должна вестись с учетом интересов граждан, для повышения качества их жизни. И при ее формулировании не обойтись без гражданского общества.


История АО «ВНИИ “Вега”» началась без малого 60 лет назад с момента создания в Воронеже особого конструкторского бюро по разработке и производству радиосредств и систем связи специального назначения. Со временем бюро переросло в крупный НИИ, получивший название «Вега».

Сейчас основное направление деятельности предприятия — разработка средств подвижной радиосвязи, управления и сложных телекоммуникационных устройств для Министерства обороны РФ, ФСБ и ФСО.

В эксплуатации находятся средства связи и управления 5-го поколения, которые обеспечивают абонентов высшего звена управления государством радиотелефонной связью и передачу телекодовой информации.

В рамках Федеральной целевой программы «Развитие ЭКБ и радиоэлектроники в 2008–2015 гг.» на предприятии осуществляется техническое перевооружение в объеме 600 млн рублей. Система управления качеством на предприятии сертифицирована на соответствие ГОСТ ISO 9001 2011.

АО «ВНИИ “Вега”» с регистрационной записью №2458 входит в Федеральный реестр добросовестных поставщиков.

В 2012 году АО «ВНИИ “Вега”» признано победителем в конкурсе предприятий Воронежской области и названо «Лучшим промышленным предприятием». На XXI Церемонии общественного признания «Элита национальной экономики» АО «ВНИИ “Вега”» стало лауреатом премии и получило звание «Лучшая компания года–2012».


Штефан Владимир Иванович, генеральный директор АО «Воронежский НИИ “Вега”». Окончил Харьковский институт радиоэлектроники (1971 год) и Воронежскую государственную технологическую академию (2006 год). Прошел трудовой путь от инженера Управления проектномонтажных работ Министерства радиопромышленности СССР до заместителя генерального директора ОАО «Концерн “Созвездие”» и, наконец, генерального директора АО «ВНИИ “Вега”».

С приходом в 2009 году В.И. Штефана на пост руководителя предприятия в институте сразу наметились положительные тенденции. Благодаря своему профессионализму и большому опыту производственника и руководителя Владимир Иванович с коллективом единомышленников уже в 2010 году смог заложить крепкий фундамент для развития новых направлений в институте. Это технология передачи информации с использованием сверхширокополосных сигналов и технологии многолучевых антенных систем на основе активных и пассивных адаптивных цифровых фазированных антенных решеток (АЦФАР) в частотном диапазоне от 30 МГц до 8 ГГц. Кроме того, в институте ведутся работы по дальнейшему развитию технологии Software Defined Radio (SDR) при разработке приемопередающих устройств 6-го поколения и построение пакетных радиосетей на базе технологий IP с использованием протоколов ТСР/IР6 (IP4).

Для обеспечения устойчивости конкурентных преимуществ в занимаемом сегменте рынка, а также диверсификации и дифференциации продукции в институте разработаны и успешно реализуются Программа инновационного развития и Стратегия развития бизнеса.

Кандидат технических наук, доктор экономических наук, профессор. Кавалер медали ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени и знака «Почетный радист». Отмечен благодарностью президента РФ за заслуги в создании специальной техники. Июнь 2012 года явился еще одним знаковым месяцем в жизни: АО «ВНИИ “Вега”» вошло в число лучших предприятий страны «Лидеры новой России», а Владимир Иванович стал лауреатом специальной премии «Деловой стандарт», которая вручается в рамках программы. Этой награды В.И. Штефан удостоен за профессиональную деятельность и укрепление репутации отечественного бизнеса.