Стоим на 40-м месте

БОСС-политика | Президентские/Правительственные программы
Текст | Сергей ПЕТРОВ

Рейтинг России в Doing Business как минимум не улучшился. Некоторые говорят о том, что она в условиях кризиса сдает позиции.

Доцент Института бизнеса и делового администрирования РАНХиГС Эмиль Мартиросян, считает, что не совсем корректно говорить о сдаче позиций в индексе Doing Business. Это многофакторный индекс, характеризующий свободу и простоту ведения коммерческой деятельности в той или иной стране. На сегодняшний день индекс корректируется в отношении России с учетом действия временных ограничений по ведению коммерческой активности со странами Запада. «На мой взгляд, Россия сейчас не теряет позиции в рейтинге. Ее позиция лишь скорректирована за счет преимущественно «околобизнесовых» факторов. Во многом индекс будет определять место России, учитывая подъем малого и среднего бизнеса и роста его доли в ВВП страны. По моему глубокому убеждению, эта цифра должна быть не меньше, чем 25–30%».

Независимый эксперт Вадим Черданцев говорит, что, с одной стороны, заняв 40-е место в рейтинге Doing Business, Правительство РФ, а точнее, Минэкономразвития России как ответственный орган власти формально достигло целевого показателя (KPI), установленного на этот год. Точное попадание в цель. Поставленные руководством страны задачи исполняются.

«Что смущает? — рассуждает Черданцев. — Продвижение России совпадает с изменением методологии. Так было в прошлом году, это повторилось 25 октября 2016 года. Техническая победа, а не победа нокаутом не такая эффектная? Возможно». С учетом того, что Всемирный банк в этом году зафиксировал в нашей стране одну малозначительную реформу, реализованную региональными властями в Санкт-Петербурге, можно сказать: реформаторских достижений на федеральном уровне не обнаружено.

Справочно: в 2014 году Всемирный банк зафиксировал две реформы, в 2015-м — пять реформ, а в этом году — одну реформу. Всего, начиная с 2004 года, Россия реализовала реформ больше, чем любая друга страна в Европе и Центральной Азии, — 30 реформ.

Плохо или хорошо, что в России отмечена одна реформа? Трагедии в этом, а также в техническом перемещении России вверх-вниз (36-е или 40-е место) нет, зато есть симптомы нарушения целостности реформаторского процесса.

«Вот это страшно, — отмечает эксперт, — особенно с учетом того, что недавно нам сказали: лишь от успешности реализации реформ зависит, бедное или достойное будущее будет у российских детей. Стагнацию экономики в ближайшие 20 лет способны остановить только реформы, говорят Минэкономразвития России и некоторые институты развития».

Риск №1: реформаторский процесс — это сложный бизнес-процесс, который прерывать неразумно, так как нарушаются деловые связи и теряются команды. Волнообразный процесс реформ (то густо, то пусто), фиксируемый Всемирным банком, указывает на то, что системы нет.

Риск № 2: особенностью реформ являются длительные сроки их реализации. Чтобы Всемирный банк засчитал конкретную реформу, нужно, чтобы положительный ее эффект ощутили общество и бизнес. Из практики на это требуется 2–3 года.

То есть, чтобы Россия продвинулась в рейтинге Doing Business в следующем году, изменения в законодательстве должны были произойти в 2014–2015 годах. Бурного прорыва на этом направлении ожидать не стоит. Можно узнать мнение бизнеса: что позитивного в государственном регулировании случилось за последние несколько лет.

Риск №3: антиреформы. Доклад Всемирного банка показывает, что страна способна отступить назад. Практика последних лет показывает: есть силы, которые останавливают прогресс.