Босс №09 2015 г.

Анатолий СОБОЛЕВ: нынешнее сложное время дает возможность проявиться настоящим лидерам

Рубрика | Босс-политика
Текст | Дмитрий АЛЕКСАНДРОВ
Фото | Александр ДАНИЛЮШИН

Председатель совета директоров Северо-Европейской строительной компании (Санкт-Петербург) Анатолий Соболев уверен, что для возрождения экономического лидерства страны в мире и победы в экономической войне Запада против России необходимы экстраординарные шаги в политике и экономике. Курс на радикальные преобразования в политической и экономической системах должен сформироваться в ходе нового выборного цикла, в который вступает страна. 

— Анатолий Анатольевич, первый вопрос к вам — в преддверии единого дня голосования. Было довольно много скандалов, связанных с участием тех или иных партий в региональных выборах, которые использовались политобъединениями для позиционирования, демонстрации своего «лица». Как вы оцениваете существующую палитру политических партий? 

— Наши партии — в основном клубы по интересам. Партией в период кризиса должна быть вся страна: нам нужна «партия-страна». Необходима единая политическая сила, которая объединит всех людей. А какие-то группы, настроенные антироссийски, пусть будут за бортом этой «партии-страны». 

— Не получится ли в результате образования «партии-страны» новая КПСС? 

— Думаю, что не надо пугаться тени исторических аналогий — в данном случае весьма спорных. Сейчас другая эпоха, и второй КПСС не возникнет. Тем более что ничего плохого в КПСС как инструменте консолидации не было. Если этот инструмент работает, если он полезен, почему бы его не использовать? 

— Прообраз такой партии — Общерос­сийский народный фронт?  

— В каком-то смысле. ОНФ — общественный проект, не партия, возможно, на его основе можно будет создать такую «партию-для-всех». Но пока ОНФ — это, скорее, объединение широкого круга сторонников партии «Единая Россия» и лидера страны Владимира Владимировича Путина, не входящих в другие партии, парламентские и непарламентские. 

Много партий нам в нынешней ситуации не нужно, потому что партии — это разногласия. Чем больше разногласий, тем больше противоречий; чем больше противоречий, тем больше приходится тратить времени и денег.  

— Приходится «делиться» с ними поста­ми в правительстве, в губернаторском корпусе…  

— Вот именно. И согласование различных политических позиций переводится с политического уровня на управленческий, что совершенно неприемлемо. Многопартийность нам сегодня вредна. И многопартийность формальная, когда много партийных вывесок, и многопартийность реальная, когда получается, что страну везет тройка из лебедя, рака и щуки: либералов, социалистов и ура-патриотов. У них примерно поровну портфелей в органах власти, и каждая из этих групп старается двигать страну в свою сторону. 

Россия сейчас находится не в той ситуации, что может себе позволить роскошь многопартийной коллегиальности в управлении. Мы оказались в довольно недружественном окружении с западной стороны, ведется санкционная война. Кроме того, наступил острый кризис той модели экономики, которая существовала до сих пор: дальше развиваться по сырьевой модели, надеясь, что постепенно, шаг за шагом у нас опять «вырастет» обрабатывающая промышленность, наша страна больше не в силах. Пора активно действовать в экономической сфере — и действовать также жестко, решительно (!)

— А как же быть с важностью альтерна­тивных мнений? 

— Не нужно путать альтернативные мнения с альтернативной политикой. Мнения, конечно, необходимо собирать и анализировать. Но последним словом должна быть позиция первого лица, после которой не должно быть никаких «мнений» о том, как реализовывать политику.

Такое правило существует в компаниях — например, в нашей компании. Я всегда, перед тем как принять решение или обозначить позицию, настоятельно прошу высказать несколько мнений. Но решение принимаю только я как первое лицо компании — и ответственность за него несу только я.

Так же должно быть и в государстве — нужно больше доверия, больше полномочий президенту страны. Не должно быть никаких неофициальных «политбюро», учета интересов формальных и неформальных групп. При выходе из кризиса наиболее эффективны жестко управляемые системы. 

— Государство должно управлять как компания? 

— В нынешних условиях да. У нас есть президент, и его слово должно стать законом. 

— Но существует риск принятия невер­ного решения. 

— Жизнь покажет, какие решения верные, а какие — нет. И не забывайте о рисках непринятия решений, когда необходима определенность, или несвоевременного принятия решений. Во многих случаях это не менее опасно, чем принятие неточного решения или даже ошибочного. В антикризисном управлении не действует правило — семь раз отмерь, один раз отрежь. 

При преодолении кризиса темп движения вперед важнее, чем филигранность решений (что, конечно, не означает, что не следует заботиться об их качестве). 

Сегодня наша экономика требует радикальных изменений, новых заводов, новых площадей для выращивания сельско-хозяйственной продукции. Всего, что необходимо для самообеспечения страны, а не для экспорта. 

У нас в стране масса нерешенных проблем. Очень плохо с транспортными коммуникациями, с социальными условиями. 

Во многих регионах доля газифицированных сел и небольших городов еще весьма далека от 100%. Есть острый недостаток в продукции, что особенно заметно в условиях санкций и антисанкций. Это и машиностроительная продукция, и продукция химической промышленности, и продовольствие. Но ведь задел для производства всех этих видов продукции в стране имеется. 

За счет решения внутренних проблем, за счет внутреннего спроса мы сможем поднять нашу экономику, не оглядываясь на доллар и евро, рассматривая поставки на экспорт — в Европу или Азию — как бонус, а не как жизненную необходимость. 

Главным в экономической политике должен стать акцент на самообеспечение. Именно решая проблему самообеспечения большинства товарных групп, мы сможем вернуться к экономическому росту. 

Для того чтобы решать эту проблему, нужно подготовить план развития на ближайшие годы, определиться с ресурсами для его реализации… Например, «Единая Россия» предлагает выработать концепцию использования земель сельскохозяйственного назначения или перевода их в иные категории. С каких позиций это стоит делать? 

Следует определить, какой объем земель сельхозназначения нам необходим на ближайшие десятилетия для реализации плана развития сельского хозяйства страны — с учетом и импортозамещения, и развития его как еще одной ключевой экспортной отрасли. А все остальное отдать под стройку. 

Требуются планы развития и сельского хозяйства, и промышленности. Вообще, на мой взгляд, нужно вспомнить положительный опыт плановой экономики, разумеется, трансформировав его к рыночным условиям.

Есть потребность в импортозамещении, в создании российской продукции в машиностроении, металлургии, химии?

В сельском хозяйстве и продовольственной сфере? Давайте создавать такие производства. Тем более что санкции и контрсанкции обеспечивают для этой продукции гарантированный рынок сбыта внутри страны, а по многим направлениям —

например, по АПК, авиации, кораблям — есть и большие экспортные перспективы.

Предположим, нужно 50 машиностроительных заводов, которые будут выпускать необходимые нашей экономике виды импортозамещающего оборудования в оптимальных условиях с точки зрения коммуникаций и территориального расположения.

Для их создания требуется концентрация ресурсов, сосредоточенных в руках государства.

Сегодня десятки тысяч людей сидят почти без работы. Вижу это на примере Северо-Западного региона, который нельзя назвать отстающим. Открытой безработицы вроде бы нет (хотя в небольших населенных пунктах, в моногородах есть и она), но у многих сограждан отсутствует стабильный доход, они не могут рассчитаться по кредитам.

Именно под эгидой государства, государственных концернов должны создаваться новые рабочие места — с гарантированной на годы вперед и средней по рынку, допустим, 40–45 тысяч рублей индексируемой с учетом инфляции заработной платой. 

— Речь идет об общественных работах? 

— Нет, о коммерческом производстве, но под эгидой государства, так как государству теперь доверяют больше, чем юридическому лицу. Например, возведение жилищных объектов в рамках государственных строительных проектов; подготовка к значимым спортивным событиям в рамках крупных строительных программ, то же самое с дорогами и сельским хозяйством. 

Это обеспечит миллионам людей в России гарантированные занятость и доходы на ближайшие как минимум пять — десять лет (!). 

Нормализуется уровень жизни людей, возрастет социальная стабильность, снизятся просрочки и неплатежи банкам. 

Банки начнут выдавать кредиты, появится спрос на ипотечное кредитование, поднимется жилищное строительство — семьи получат возможность переезжать из арендных квартир в собственные… Оборот денежных средств будет крутиться внутри страны, насыщая экономику и гарантируя стабильность. 

Создание таких крупных экономических проектов под эгидой государства позволит решить и проблему самообеспечения страны, и проблему стабильных доходов граждан. Люди будут довольны, семьи — благополучны, улучшится демографическая ситуация. 

Выйдет гораздо дешевле, чем платить пособие по безработице, решать острые социальные и криминальные проблемы, которые возникают из-за скрытой и явной безработицы. Особенно это важно для депрессивных регионов. Люди будут работать в производственной сфере, изготавливать промышленную и сельско-хозяйственную продукцию, строить здания и дороги. Граждане получат возможность учиться новым рабочим профессиям. Технические специалисты в будущем станут востребованы и необходимы, получая достойную заработную плату.  

— Как вы оцениваете меры поддержки бизнеса, в частности налоговые канику­лы для начинающих предпринимателей?

— Категорически против. Предположим, предприятие недавно образовалось и три года не платит налогов. Как только наступает четвертый год, оно разоряется, потому что не в состоянии выдержать резкое увеличение затрат. Человек, который поднимал 5 кг, не сможет сразу поднять 20 кг. Они тут же закроются.

Представьте: компания три года не платит налоги, не ведет налоговый учет. У нее в учете кавардак. При первой же проверке ей выпишут штраф, несовместимый с продолжением деятельности. 

— Но, может быть, каникулы дадут тем или иным инновационным предприятиям возможность подняться, развиться? 

— Те, кто в состоянии подняться, поднимется и так — благодаря своей воле и умению преодолевать препятствия. Уверяю вас, в «каникулярную» сферу изначально пойдут те, кто стремится к легкому заработку: в нормальный бизнес не превратится ни одна из таких компаний.

Ведь что такое послабление? Фактически оно означает, что сегодня я даю вам рубль, а завтра я вам его не дам. Однако вы уже привыкли расходовать средства определенным образом и в новой ситуации просто не выживете.

В «каникулярный» период ничто не стимулирует предпринимателя вкладывать рубль в развитие предприятия, а не, например, в покупку «мерседеса». Единицы, энтузиасты потратят его на развитие.

Остальные — на личные нужды. И какая от этого польза стране? 

Сама по себе ситуация налоговых послаблений, на мой взгляд, бессмысленна. Нам не нужны абы какие бизнесы, миллионы предпринимателей — требуются сильные предприниматели и компании. Сильные — значит умеющие преодолевать препятствия, ответственные.

Предприниматель обязан понимать, что, начиная заниматься бизнесом, он уже должен государству и обществу в хорошем смысле этого слова.

Допустим, есть 10 человек. Из них двое готовы нести ответственность за свое дело и за своих сотрудников, а остальные нет.

Тех, кто готов нести ответственность, никогда не бывает много — это довольно редкий дар. И совершенно не нужно, чтобы бизнесом занимались те, кто этим даром не обладает.

Зачем мы будем создавать условия для остальных восьми? Чтобы они разорялись? Чтобы страдали люди, которых угораздило с ними связаться? Нормального бизнеса они не построят. А для тех, кто в состоянии его построить, налоги — не препятствие. Вы ведь знаете, что в Европе, например, еще более высокое налоговое бремя, и ничего, компании исправно платят налоги и не просто выживают, но и развиваются.

Для бизнеса очень важна тренированность в преодолении препятствий, в том числе высоких затратных барьеров для вхождения на рынок. Я жил на Дальнем Востоке недалеко от поселка Быкова. Там был водопад, по которому каждый год «взбирался» лосось — самые крупные и сильные особи его преодолевали: огромные рыбины по три килограмма! Этот водопад взорвали, спрямили реку — и теперь там водятся лососи не более полутора килограмм…

Другой пример — из спорта, легкой атлетики, которой я когда-то занимался. Кто из молодых бегунов имеет шансы на серебряную медаль? Тот, кто дышит в спину лидеру… Нужно преодолевать себя и бежать за лидером — тогда второе место обеспечено. А со временем ты научишься обходить лидера и сам станешь чемпионом.

Бизнес — это преодоление препятствий. Налоговые каникулы, разнообразные льготы ослабляют бизнес, не идут ему на пользу. В налогах нет ничего страшного — под каждую систему можно приспособиться. 

Сильный бизнес полезнее для нашей страны, в том числе и потому, что в состоянии давать больше налогов. А больше налогов — это больше возможностей для программ развития и социальных программ территорий и страны в целом.

Единственное послабление, которое я считал бы правильным, — возмещение заводам затрат на закупку нового оборудования. Допустим, предприятие закупает оборудование на миллиард рублей. И получает право на возмещение всей суммы со стороны государства — после проверки документов, оценки того, какой эффект оборудование окажет на выпуск продукции и решение стратегических экономических задач. Так, на вложенный миллиард рублей можно заработать и получить выгоду в десять миллиардов.

Но это не налоговое послабление, не возмещение НДС, которое не более чем схема для уклонения от уплаты налогов, а, по сути, кредит — безвозвратный и беспроцентный. 

— Проверки бизнеса также неправиль­но ограничивать? 

— Да. Проверки важны для дисциплины предприятия, безопасности его работы и его продукции. Однако при этом проверки должны быть не столько формой наказания, создания проблем для предприятия, сколько формой профилактики, консультирования компаний. Именно такой должна быть установка проверяющих — и государству предстоит серьезная реформа фискальных структур, для того чтобы они не просто штрафовали, но в большей степени содействовали бизнесу и тем самым способствовали развитию материального производства.

Я как человек, добившийся определенного уровня в бизнесе, сейчас думаю о создании общественного клуба по содействию коллегам-предпринимателям. Пришел я к этой идее вот как.

После моего недавнего интервью газете «Деловой Петербург» мне на электронную почту пришло письмо от одного молодого предпринимателя, который захотел со мной встретиться. Мы встретились, и он рассказал обычную для начинающих бизнесменов историю. Они с совладельцем курируют бизнес в равных долях: 50 на 50, и совладелец тянет компанию вниз, не дает ей развития. Мой совет был такой: берите на себя управление компанией и накапливайте ресурсы для выкупа доли совладельца. Потому что лучше быть в долгах, но руководить развивающимся бизнесом, чем не иметь долгов, но работать в стагнирующем.

Это очень перспективная идея, когда более опытные коллеги могут выступать менторами, подсказывать менее опытным предпринимателям какие-то ходы, подсказывать им экспертов, к которым они могут обратиться, — юристов, экономистов, маркетологов… Наверное, такие клубы могли бы быть созданы в разных регионах страны.

Важная их задача — заражать успехом. Успех заразителен: у одного получилось выйти на оборот 100 млн в год, и другой стремится к тому же. А если не будет примера для подражания, не будет и причин восходить на новые вершины.

При этом каждый предприниматель должен опираться на собственные сильные стороны, идти своим путем. Меня часто спрашивают: как я отношусь к конкурентам? И очень удивляются, когда я говорю, что у нашей компании нет конкурентов: мы ни на кого не похожи и ни с кем впрямую не соперничаем.

Универсальный рецепт успешного бизнеса: кардинально отличаться от других, делать так, как не умеет никто больше.

Ведь все люди разные: кто-то умнее других, кто-то хитрее, кто-то сильнее. Точно так же и предпринимателям не следует использовать общие для всех подходы, а нужно опираться на свои сильные стороны. 

— Есть компании, которые достигают успеха за счет административного ресур­са… 

— Это вопросы к государственным управляющим — как добиться того, чтобы не было компаний, использующих коррупционный фактор для доминирования на рынке. Если они честно выполняют свою работу, то есть работают на решение государственных задач, если есть четкие правила деятельности компаний, такой проблемы не возникнет. Разумеется, полностью проблему коррупции это не снимет, но четкие цели, контроль эффективности в том числе и госкорпораций, которые сегодня зачастую находятся вне этого контроля, позволят снизить ее до «фонового» уровня. До нуля снизить ее нельзя, поскольку человек, как известно, слаб, и всегда найдутся те из чиновников, кто имеет личную заинтересованность, и те представители бизнеса, которые готовы эту личную заинтересованность удовлетворить, получив привилегированное положение для своей компании.

На мой взгляд, в развитии экономики в нашей стране важны три пункта: какие условия требуются, чтобы компании были успешными; какие долгосрочные государственные программы необходимы для решения экономических и социальных проблем страны; как отобрать компании или создать государственные структуры, которые будут привлечены в эти программы, и проконтролировать их эффективность. Сегодня нужно сконцентрироваться на этих проблемах.

А коррупция — это симптом их нерешенности. И фронт работы для правоохранительных органов. Привлекать к решению проблемы коррупции общественность, граждан бессмысленно и вредно — решить ее общественность не сможет, а нестабильность в стране создаст и доверие к политическому руководству подорвет.

И чаще нужно рассказывать населению о положительных примерах, а не только о том, что очередного чиновника поймали на взятке. Негативная информация порождает недоверие к государственной системе управления. Я говорю не о формировании собственного информационного поля, а о формировании культуры подачи информации. Нужно быть честными с людьми, тогда и общество ответит взаимностью.

— Программа самообеспечения невоз­можна без инициативных людей на местах, которые будут формулировать проекты и предлагать их государству. Ведь создание программы развития страны на бли­жайшие десятилетия — интерактивный процесс… 

— Совершенно верно. Очень важно, чтобы инициатива на местах поощрялась на самом высоком уровне. Она не должна быть наказуема, как, к сожалению, бывает сейчас. Нужно поддерживать тех, кто умеет успешно развивать и выстраивать систему управления, перенимать опыт, брать за основу успешную модель управления и переносить на решение других задач.

Если человек работает на общее дело, следует понимать, что его знания, опыт, видение ситуации на его уровне идут на пользу этому общему делу. Объединение усилий инициативных людей на разных уровнях управления дает синергический эффект для всей государственной системы.

Не менее важно учитывать мнение населения, а для этого руководители должны быть доступны для граждан.

Еще раз подчеркну: не должно быть политической конкуренции — нужна консолидация усилий. На высоких должностях должны быть лучшие люди, оптимальные для данных должностей, не имеющие конкурентов по набору компетенций, которыми они обладают, потому что подобным набором в такой степени больше не обладает никто. 

— Последний вопрос: какие изменения, на ваш взгляд, принесут сентябрьские выборы? 

— Сентябрьские выборы весьма важны, для того чтобы кого-то из государственных деятелей отправить на давно заслуженный отдых, а на их место назначить новых людей, незашоренных. Очень хорошо, что выборы проходят именно сейчас, когда сгустился экономический кризис. Такое сложное время, время испытаний показывает, кто есть кто, дает проявиться настоящим лидерам. Б

 


 СОБОЛЕВ Анатолий Анатольевич

Родился в 1981 году в г. Долинске Сахалинской области.

В 2003 году окончил Институт ускоренного обучения руководящих сотрудников Санкт-Петербурга (специальность «Экономика и управление на предприятии транспорта», квалификация «экономист-менеджер»).

В 2011 году завершил обучение по программе «Деятельность по строительству зданий и сооружений 1-го и 2-го уровня ответственности» Московской академии рынка труда и информационных технологий, в том же году — обучение по программе «Осуществление деятельности генерального заказчика и генерального застройщика» Международной академии менеджмента, маркетинга, инжиниринга.

В 2012 году окончил Северо-Западную академию государственной службы при президенте РФ (специальность «Муниципальное и государственное управление»).

Основные вехи карьеры: С 2003 года — заместитель главного инженера «МТП ГРУЗИНО», затем главный инженер предприятия.

В 2009 году приглашен на должность исполнительного директора одной из строительных компаний Санкт-Петербурга.

С 2010 ведет собственные строительные проекты.

С 2011 года — президент Северо-европейской строительной компании (СеСК) и Северо-европейского строительного холдинга.

С 2014 года — председатель совета директоров Северо-европейской строительной компании.