Молдавские выборы и европейский выбор

24Рубрика | Сюжет месяца / Вокруг России

Текст | Тимур ХУРСАНДОВ

Молдавия в преддверии парламентских выборов, которые определят дальнейшую внешнеполитическую стратегию этой страны.

В Молдавии 30 ноября пройдут парламентские выборы, по мере приближения которых местные и зарубежные эксперты все чаще говорят об опасности повторения так называемого украинского сценария. Действительно, ситуации очень похожи: как и Киев, Кишинев только что подписал и оперативно ратифицировал соглашение об ассоциации с Евросоюзом. Москва, как и в случае с Украиной, крайне этим раздражена.

Недовольные есть и внутри страны, в наличии также сепаратистские настроения. Присутствует и опыт уличной демократии: предыдущие выборы в 2009 году закончились массовыми беспорядками и последовавшим за ними политическим кризисом.

Власти Молдавии, похоже, пытаются предотвратить подобное развитие событий, порой довольно экстравагантными методами. В начале октября ряд СМИ сообщил, что Конституционный суд вынес скандальный вердикт, по сути запрещающий существование в стране любых политических сил и организаций, которые выступают против укрепления отношений с Европейским союзом.

«Процесс европейской интеграции Республики Молдова не только соответствует конституционной идентичности Республики Молдова, но и любая противоположная ориентация является априори неконституционной», — говорится в документе.

Вскоре сам КС от этого решения открестился, однако история показательна: все чаще выборы на постсоветском пространстве сводятся к одному, хотя не всегда логичному и корректному вопросу: с Россией или с Западом? Решается эта дилемма обычно не в пользу Москвы, и, скорее всего, так будет и на этот раз.

 

Не нужен нам берег румынский

Надо отметить, что стремление Мол­да­вии «в Европу» началось еще до распада Советского Союза. Тогда, впрочем, это было движение не в сторону общеевропейских структур, а к Румынии. Именно это являлось лейтмотивом странного молдавского национализма. Националисты тут в отличие от других стран выступали не за независимость, не за самоидентичность, а за право называть себя румынами.

В 90-х и начале 2000-х годов подобные настроения стали чуть ли не государственной идеологией. Потом, в первые годы правления коммунистов во главе с тогдашним президентом Владимиром Ворониным, отношения Кишинева и Бу­ха­ре­ста резко испортились — новой политической модой явился пророссийский вектор. В последнее время, правда, все вернулось на круги своя, но былого энтузиазма в Кишиневе уже нет.

И это вполне объяснимо. Дело в том, что за более чем двадцать лет в Молдавии, естественно, сформировалась довольно устойчивая политическая элита, которая в случае объединения с Румынией осталась бы не у дел. Бухарест вряд ли захотел бы делиться реальными полномочиями — скажем, постом президента, премьер-министра или глав ключевых ведомств — с новоиспеченными румынами.

Кроме того, исчез и один из главных стимулов для «реинтеграции» с Румынией. Раньше одной из основных причин для получения румынского паспорта, который выдавался чуть ли не каждому желающему, и для тяготения к «метрополии» была возможность свободно въезжать в европейские страны. Для стран постсоветского пространства — аргумент просто железобетонный.

Правда, потом выяснилось, что путешествовать с румынскими документами в Европе можно, а вот работать — нет: ЕС уже много лет откладывает разрешение на свободное трудоустройство для граждан Румынии, справедливо опасаясь наплыва мигрантов из беднейшей страны союза. Молдаван, которым тоже нужны явно не туристические поездки в Евросоюз, это, естественно, не устраивает.

Так что теперь громкие заявления о «воссоединении разлученного народа» звучат в основном из Бухареста. Здесь в этой идее еще нисколько не разочаровались. Фаворит предвыборной президентской гонки, нынешний румынский премьер-министр Виктор Понта, например, заявляет, что Молдавия может стать частью Румынии уже через несколько лет. «Моя цель — сделать так, чтобы в столетнюю годовщину Великого объединения, в 2018 году, наш народ снова был един и мог гордиться тем, что мы румыны», — подчеркивает он. С ним по этому вопросу полностью согласен и действующий президент Траян Бэсеску. «Воссоединение двух государств должно стать третьим национальным проектом Румынии после вступления в НАТО и ЕС», — считает политик.

В Молдавии ныне реагируют более чем прохладно, причем как власти, так и просто население: по последним опросам, интеграцию с Румынией поддерживает не больше четверти молдаван. Тем более что им сейчас не нужны румынские документы. С апреля этого года они при наличии биометрических паспортов могут ездить в страны Евросоюза без виз.

 

В Европу своим ходом

Некоторое охлаждение между Ки­ши­не­вом и Бухарестом, однако, вовсе не изменило европейского курса Молдавии в целом. Даже наоборот. Теперь молдавские власти намерены «прорубить» свою, отдельную дверь в Европу. Причем не откладывая в долгий ящик. После подписания соглашения об ассоциации стороны сразу начали обсуждение «дорожной карты», по которой до 2017 года Молдавия должна получить статус кандидата на вступление в Евросоюз.

Как представляется, для Кишинева это станет максимумом: продвинуться дальше и присоединиться к ЕС в качестве полноправного члена будет крайне сложно, если вообще реально: у Европы уже есть печальный опыт включения в союз слабых восточноевропейских экономик, и еще один «больной человек» ей наверняка не нужен.

Кроме того, и нынешний этап отношений Кишинева и Брюсселя воспринимается в Молдавии совсем неоднозначно. По данным исследований, более тесную интеграцию с ЕС, читай — ухудшение отношений с Россией, поддерживает менее половины населения. Примерно столько же выступает за активизацию сотрудничества с Таможенным союзом. А некоторые регионы, например Гагаузия, вообще грозят превратиться в новое Приднестровье, если однобокий курс на ЕС не будет свернут.

Понять такие настроения можно. Со­гла­ше­ние об ассоциации с Евросоюзом уже аукнулось Молдавии. Летом Россия ввела запрет на ввоз молдавских фруктов, приостановила импорт плодоовощной продукции, ввела таможенные пошлины на поставки вина, пива, зерновых, сахара, овощей. А с 27 октября вступил в силу запрет на ввоз на территорию Российской Федерации мяса из Молдавии.

Меры для молдавской экономики довольно болезненные, ведь значительная часть экспорта страны, в первую очередь агропромышленная продукция, идет на российский рынок. По оценкам Европейского банка реконструкции и развития, запреты и ограничения со стороны РФ могут привести к сокращению ВВП Молдавии на 0,9%.

А Россия экономическим давлением ограничиваться не собирается. В Москве намекнули, что, если Кишинев будет слишком ретиво стремиться в западные союзы и блоки, РФ может пересмотреть свою позицию о непризнании Приднестровья.

«Когда начинали процесс «5+2», все согласились с тем, что если Молдова теряет свой суверенитет и поглощается другой страной или если Молдова меняет свой военно-политический статус на блоковый с нейтрального, то приднестровцы имеют полное право принять решение о своем будущем самостоятельно, и мы будем эту базовую позицию, с которой все согласились, с которой все началось, отстаивать», — заявил, в частности, глава российского МИДа Сергей Лавров.

В Кишиневе, однако, пока не сдаются. Крупнейшие правящие Либерально-демократическая и Демократическая партии по-прежнему считают, что евроинтеграция — все-таки правильный выбор, даже если Россия с этим не согласна. А будут потери, ЕС поможет.

 

Выбор союза

Но уверенности, что это мнение разделяют граждане, нет. И в преддверии выборов в правящем альянсе наблюдается некоторая нервозность. Отсюда, видимо, и попытки в судебном порядке исключить из предвыборной гонки партии, «не поддерживающие курс на евроинтеграцию», и решение открыть в России, где проживает около миллиона молдаван (порядка 35% молдавских избирателей), всего пять избирательных участков, хотя в Италии, например, проголосовать можно будет в 25 пунктах, а граждан Молдавии там всего 200 тысяч.

Молдавские партии левого толка, разумеется, заявляют о нечестной игре и об ограничениях прав избирателей, которых всячески подталкивают сделать «правильный выбор». Причем они готовы вывести своих сторонников на акции протеста, если, например, не дадут нормально проголосовать молдаванам в России. Либерал-демократы в долгу не остаются и угрожают массовыми демонстрациями, если выяснится, что выигрывают «антиевропейские партии». Так что выбор будет сделать непросто, ведь проиграть можно в любом случае. Б