Эффект посадки

12Рубрика | Взгляд на власть

Текст | Ольга МЕФОДЬЕВА

Что стоит за антикоррупционными расследованиями последнего времени?

Объединять нынешние антикоррупционные расследования в рамках какой-то единой целенаправленной кампании с едиными инициаторами, на мой взгляд, неверно. Возьмем, к примеру, дела в отношении саммита АТЭС и ГЛОНАСС. Причины расследований в этих случаях лежат на поверхности: это важные государственные проекты, они активно муссируются СМИ и социальными сетями (уже давно обсуждаются все эти потемкинские деревни, построенные во Владивостоке, баснословно дорогие объекты инфраструктуры). В конце концов, антикоррупционную риторику в общем и эти ситуации с АТЭС и ГЛОНАСС в частности активно используют идеологи протестного движения. В данном случае публичный кампанейский аспект, призванный показать настрой власти по борьбе с коррупцией и неэффективным расходованием средств, действительно имеет место.

Другой источник и первоначальный импульс, судя по всему, имело расследование в отношении руководства Минобороны и «Оборонсервиса». То, что в оборонной отрасли, в гособоронзаказе существуют проблемы эффективности и нецелевого расходования средств, было ясно давно. Более того, к этой проблеме привлекал внимание Дмитрий Медведев еще в 2011 году. Однако ясно, что толчком к расследованиям, в ходе которых в таком неприглядном режиме был выставлен министр обороны Сердюков, впоследствии лишившийся своего поста, послужила внутриэлитная борьба. Целью такого рода инициатив являются как дискредитация определенного слоя аппаратных игроков, так и конкретные должностные смещения и перемещения.

Помимо очевидных результатов инициированного расследования, неформального разоблачения щепетильных отношений между сотрудниками и смещения Анатолия Сердюкова пока трудно обозначать, какие еще последствия будет иметь этот скандал. Уже сейчас дело начинает тормозить и буксовать. Можно предположить, что дальше ход расследования будет существенно искажаться и сделать однозначные выводы, наблюдая за ним через СМИ, не получится.

Стоит отметить, что, как правило, исход внутриаппаратных противостояний выражается не в заметных и общепонятных решениях, а в переменах на уровне руководителей департаментов и перераспределения финансовых потоков. Ведь департамент — это своего рода костяк министерства, такой бюрократический механизм, позволяющий тормозить или, наоборот, активизировать исполнение чьих-либо решений. Что касается финансовых потоков, то тут надо пристально анализировать предстоящие постановления и распоряжения правительства.

Что касается саммита АТЭС и ГЛОНАСС, это могло бы быть хорошим сигналом исполнителям других масштабных госпроектов: Олимпиады в Сочи или чемпионата мира по футболу. Но при одном условии: расследование реально и не нацелено на поиск формальных козлов отпущения.

Для чиновников и деятелей, задействованных в крупных госпроектах, убедительным сигналом будет только то, что в случае нарушения наказание неотвратимо для всех уровней бюрократический линейки. Отдельные посадки будут иметь публичный политический эффект, а у бюрократии появится мнение, что в случае чего можно будет успешно спрятаться за спину кого-то выше- или нижестоящего.

 

 

Мефодьева Ольга — эксперт-аналитик Центра политических технологий. В 2009 году окончила факультет прикладной политологии НИУ ВШЭ.

С мая 2008 по март 2011 года политический обозре­ватель «Политком.Ру» и ана­литик Центра политических технологий.

С марта 2011 года руководитель департамента PR-проектов, эксперт-аналитик Центра политических технологий.

Основные направления работы: политический анализ, политическое консультирование и технологии, руководство социологическими исследованиями, составление коммуникационных стратегий.

Сфера профессиональных интересов: взаимодействие государства и бизнеса, система функционального представительства интересов бизнеса, политические риски инвестирования, политическая система России, институты развития.