Коррупция по плану

Текст | Николай ФЕДОРОВ, Евгения ШЕВЧУК

Президент Дмитрий Медведев большое внимание уделяет антикоррупционной политике.

В середине марта президент Дмитрий Медведев выдвинул Национальный план борьбы с коррупцией на 2012—2013 годы. Документ для нашего журнала комментирует председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов:

— Позиция, которая была подтверждена нами, Transparency International, Торгово-промышленной палатой, партиями «Справедливая Россия», ЛДПР, КПРФ, — нужно ратифицировать статью 20 Конвенции ООН против коррупции. Статья 20 — это определение незаконного обогащения, то есть разница между официальными доходами и настоящими расходами и имуществом.

История с ратификацией началась в 2006 году, когда Россия ратифицировала Конвенцию ООН, но не соответствующий пункт — потому что, с точки зрения Государственно-правового управления президента России, статья 20 содержит в себе антиконституционные нормы.

Мы спорили, что в уголовном законодательстве РФ есть похожая по диспозиции норма — норма незаконного предпринимательства, где уголовное дело возбуждается по признакам уголовно наказуемого деяния. В нашей стране достаточно признаков того, что многие чиновники живут не по средствам.

Плюс этой статьи в том, что на ее основании можно арестовывать и возвращать активы из-за рубежа. А где наши чиновники держат основные свои активы? Существует очень мощное лобби, которое не дает ратифицировать статью 20.

Настоящие предложения, которые внес президент, делают какой-то шаг вперед, но не такой эффективный, каким было бы введение понятия незаконного обогащения, поскольку в принципе эти предложения направлены на внутреннее потребление в России, а не на коррупционные активы.

В самом плане заложены положения, которые могут быть истолкованы только в пользу коррупционера. Во-первых, если у чиновника обнаружен «странный» актив, он может быть уволен или актив может быть конфискован. Это форма написана прямо под коррупционные схемы — увольняйся, но активы трогать никто не будет.

Во-вторых, очень сложная процедура. В рамках уголовного дела процедура понятна, а какой она будет в данном случае, мне не понятно.

Президент пытался обсуждать вопросы, касающиеся статьи 20 Конвенции ООН, но бюрократы-бизнесмены — они самые сильные на сегодняшний день в России, они пролоббировали такой вариант.