Респектабельный просветитель


Текст | Анастасия САЛОМЕЕВА


Большинство вошедших в историю России издателей воспринимали свое дело как идеологическую миссию. Но у Маврикия Осиповича Вольфа, прозванного современниками первым русским книжным миллионером, таких амбиций и в помине не было. Зато он любил книги, обладал отменным вкусом, коммерческим талантом, безукоризненным знанием своей читательской аудитории и ее переменчивых настроений. Так уроженец Варшавы, нашедший свою вторую родину в Санкт-Петербурге, создал образцовую интеллектуальную бизнес-империю, в которую входили уважаемое издательство, лучшие книжные магазины в стране, типография и шрифтоотливное производство.

Издатель, которого впоследствии один из его авторов, писатель Николай Семенович Лесков, точно, хоть и не без иронии назвал «единственным царем русской книги», армия которого «разбросана от Якутска до Варшавы, от Риги до Ташкента», появился на свет в ноябре 1825 года в Варшаве. Поначалу ничто не предвещало, что будущее юного Мауриция Болеслава Вольфа будет связано с книжным бизнесом, скорее, как вероятно надеялись его родители, — с профессией врача, которой владели и отец, и дед мальчика. Но сын почтенного доктора Юзефа Вольфа, полюбивший книги в очень юном возрасте, довольно рано определился со своим будущим и, пройдя курс в варшавской гимназии, отправился набираться практического профессионального опыта в крупных книготорговых фирмах Европы. Несколько лет Мауриций работал в Париже, Лейпциге, Кракове, Львове и Вильну, и наконец в 1848 году он объявился столице России, стране, где он решил построить свою издательско-книготорговую империю.

В Санкт-Петербурге Мауриций, по бытовавшей тогда традиции, стал именоваться на русский манер Маврикием Осиповичем. Высококвалифицированный молодой специалист, свободно владевший несколькими иностранными языками, с хорошим опытом работы и лестными рекомендациями от известных европейских компаний быстро привлек к себе внимание российских книгопродавцев и издателей. Но работодателя молодой человек выбирал тщательно, поставив своим потенциальным начальникам одно обязательное условие: работая на него, он не будет ограничен в собственной издательской деятельности, которую хотел начать в России. Вольфу повезло — на его условия снисходительно согласился один из крупнейших столичных издателей и хозяин лучшего в то время книжного магазина в Санкт-Петербурге, в основном торговавшего иностранными книгами, Яков Алексеевич Исааков, как раз подыскивающий толкового приказчика во французский отдел. Бизнесмены ударили по рукам, а вскоре Маврикия Осиповича ожидало повышение по службе — Исааков назначил его управляющим всей своей книготорговли.

Работая на Исаакова, Вольф, как и планировал, начал свою издательскую деятельность. Поначалу она была очень скромной: Вольф издавал книги польских писателей на польском языке, выпустив, в том числе, и первое посмертное полное собрание сочинений Адама Мицкевича. В 1853 году пятилетнему партнерству Вольфа и Исаакова пришел конец. Мирно расставшись с патроном и, как выяснилось очень скоро, конкурентом, Маврикий Осипович открыл собственное дело.

«В Публичку пойдешь — не найдешь, к Вольфу заглянешь — достанешь»

Начал Вольф с уже досконально ему известной книжной торговли, создав осенью 1853 года компанию «Универсальная книжная торговля М.О. Вольфа». Свой первый книжный магазин предприниматель открыл на Суконной линии знаменитого Гостиного Двора. Этот магазин выгодно отличался от книжных лавок других российских предпринимателей — организован он был по образцу лучших книжных магазинов Европы. Просторный, удобный, респектабельный, хорошо оформленный, с броской вывеской и большими витринами, он немедленно привлекал к себе внимание. И редкий посетитель, попав в это книжное царство, уходил с пустыми руками — здесь было все, что интересовало российскую читающую публику, как отечественные, так и иностранные издания, а хорошо обученные продавцы знали, как отрекомендовать покупателю понравившуюся книгу.

Если же клиенту была нужна какая-то конкретная и редкая книга, а у Вольфа ее вдруг не оказывалось — не беда: пока один любезный продавец каким-то образом заговаривал и отвлекал неудачливого покупателя, другой пулей пролетал по соседним книжным лавкам и, как правило, приносил нужную книгу. Поэтому неудивительно, что вскоре магазин Вольфа стал известен всей Северной столице как место, где можно найти любое издание, и, по свидетельству одного из историков Санкт-Петербурга, в городе распространилась лестная для книгопродавца поговорка: «В Публичку пойдешь — не найдешь, к Вольфу заглянешь — достанешь».

Один из подчиненных Маврикия Осиповича и его первый биограф, писатель и историк книги Сигизмунд Феликсович Либрович в своем знаменитом посвященном Вольфу историко-мемуарном труде «На книжном посту», ныне ставшем классикой российской книговедческой науки, в качестве примера популярности книжного магазина своего патрона приводил известный спор между тремя писателями — Сергеем Васильевичем Максимовым, Михаилом Евграфовичем Салтыковым-Щедриным и Николаем Алексеевичем Некрасовым. Максимов утверждал, что, если сядешь в Санкт-Петербурге на любого извозчика и скажешь ему: «Отвези к Маврикию Осиповичу», тот, не задавая уточняющих вопросов, доставит клиента к книжному магазину Вольфа, что и подтвердил эксперимент, предпринятый спорщиками.

В празднование 25-летнего юбилея «Универсальной книжной торговли М.О. Вольфа», фирма с гордость констатировала, что за этот период общий оборот петербургского магазина М.О. Вольфа составил 6 млн руб. серебром. Стоит отметить, что через некоторое время после открытия магазина в Гостином Дворе магазины Вольфа появились и в других городах России, в том числе в Москве.

«Издавать нетрудно, гораздо труднее продавать»

В 1856 году Вольф купил собственную типографию, вскоре оборудованную новым хозяином по последнему слову техники. В том же году свет увидела первая выпущенная им книга на русском языке — «Общедоступная механика» Н.Г. Писаревского. С этого, собственно, и началась история легендарного издательства Маврикия Осиповича Вольфа — одного из крупнейших в дореволюционной России и, пожалуй, самого уважаемого из издательств — за то, что всегда держало свою марку. Издательство Вольфа было универсальным и выпускало книги по всем отраслям знаний, а также художественную литературу. И главным, что выделяло его среди прочих, было даже не высочайшее качество выходивших отсюда книг — это скорее было следствием, а четкая ориентация на определенного потребителя.

Свою читательскую аудиторию Вольф определил сразу и очень верно: это был еще только формирующийся в России слой — так называемый средний класс, публика буржуазная и респектабельная, интеллигентная и платежеспособная, любознательная и в меру либеральная. Само время тогда благоволило к этому новому и крайне перспективному для умных издателей читателю — с воцарением нового императора Александра II российское общество вновь переживало «оттепель», жесткие цензурные ограничения, бытовавшие при покойном батюшке Александра II, шаг за шагом ослаблялись, то и дело слышались разговоры о либеральных реформах и экономических преобразованиях. Еще недавно малоактивная общественная жизнь вдруг всколыхнулась и забурлила, у людей, почитавших себя образованными, стало модно быть в курсе всех передовых теорий и практик. Люди стали читать, причем даже не только и не столько популярную всегда художественную литературу, а научную, по разным отраслям знания. И, конечно, для того чтобы мысли ученых мужей были доступны и неспециалистам, требовались научно-популярные издания, поэтому выбор Вольфом «Общедоступной механики» как своей первой книги на русском языке был вовсе не случаен.

Маврикий Осипович обладал удивительным талантом: он чувствовал, что хочет его читатель. А его потенциальные клиенты были ох как непросты — книги им нужны были добротные, хорошо и дорого изданные, чтобы не уступали по своему полиграфическому оформлению лучшим массовым западным изданиям или книгам, вышедшим из типографии покойного Александра Филипповича Смирдина (кстати, к этому подвижнику российского печатного дела, Маврикий Вольф, по свидетельству своих биографов, относился с большим пиететом, считая себя продолжателем его дела). Читатель требовал книг современных, умных и понятно написанных. Интересы его, как происходит во всяком стремительно развивающемся обществе, то и дело менялись: сегодня публика требовала больше изданий по экономике и социологии, завтра ее уже интересовали точные науки и естествознание, послезавтра вдруг понадобились книги по географии и истории. А уж как ветрен был этот читатель в своих предпочтениях, когда дело касалось художественной литературы и беллетристики!

И издатель ни разу не подвел свою целевую аудиторию, чем и обеспечивал своей фирме неизменный коммерческий успех. В отличие от своего кумира Смирдина, так безоглядно и бескорыстно любящего свое дело, что в конце концов разорившегося, Вольф ни разу не пошел на то, чтоб пожертвовать коммерческой выгодой ради достижения какой-либо высокой цели.

«Издавать нетрудно, гораздо труднее продавать», — как-то поделился Вольф со своим молодым коллегой, знаменитейшим издателем и публицистом Алексеем Сергеевичем Сувориным. Как писал Либрович, Маврикий Осипович иногда сетовал на то, что не раз был вынужден отказываться от издания понравившейся ему самому книги по той простой причине, что читатель ее, скорее всего, не купит. Или наоборот — Вольф был издателем популярнейшего в то время поэта и писателя Всеволода Владимировича Крестовского, книги которого разлетались из его книжного магазина как горячие пирожки, и при этом он признавался друзьям, что как издатель он ценит этого автора очень высоко, но как читатель совсем от него не восторге.

В то же время Маврикий Осипович никогда не опускался ниже раз и навсегда установленной для себя планки — он, например, никак не отреагировал на возросший тогда спрос на лубочные издания, перед чем не устояли многие его коллеги, не снисходил до издания книг совсем уж легкого жанра, способных подорвать его авторитет среди буржуазной публики.

С убыточным с коммерческой точки зрения изданием Вольф связался лишь однажды, правда, тут пожертвовать выгодой пришлось ради престижа, что, наверное, несколько подсластило предусмотрительному издателю пилюлю. Французский император Наполеон III в память о своем дядюшке Наполеоне Бонапарте, как известно, высоко ставившем Юлия Цезаря, написал масштабное историческое исследование об этом политическом деятеле. В 1865 году роскошный трехтомник «История Юлия Цезаря» увидел свет во Франции. Наполеон III, впрочем, на этом не остановился и решил не менее шикарно издать свой труд не только у себя в стране, но и в других европейских странах на их родных языках. Иностранных издателей во Франции отбирали очень тщательно. Из России решено было пригласить Вольфа. Маврикий Осипович съездил в Париж, поговорил с Наполеоном III, подписал контракт, и вскоре первые два тома переведенной книги появились на прилавках российских книжных магазинов. Однако отечественный читатель оказался равнодушен к труду высокопоставленного автора, и издатель, не желая терпеть дальнейшие убытки, прекратил над ним работу, так и не выпустив последний том «Истории Юлия Цезаря». Французский император, впрочем, тоже оказался не на высоте: он, как свидетельствует Сигизмунд Либрович, благополучно забыл о своем обещании наградить русского издателя и переводчика своей книги, в то время как отметил всех других иностранных издателей и переводчиков, работавших над выпуском «Истории Юлия Цезаря» в своих странах.

Просветитель

При Вольфе издательством было выпущено около 5 тыс. наименований книг. Среди его изданий — собрания сочинений русских классиков, в том числе Александра Сергеевича Пушкина и Михаила Юрьевича Лермонтова, первые собрания сочинений Владимира Ивановича Даля, Алексея Феофилактовича Писемского, Павла Ивановича Мельникова-Печерского, Ивана Ивановича Лажечникова, Михаила Николаевича Загоскина.

Издатель, возможно, изначально и не ставившей своей целью просветительскую миссию, на деле оказался настоящим просветителем, ведь он привнес на российский книжный рынок множество инноваций, а умам людей любознательных дал пищу для новых размышлений. Так, значительное место в ассортименте издательства занимали также научные и научно-популярные труды по широчайшему спектру знаний — от философии до медицины. В числе этих книг — «Учение о происхождении видов» Чарльза Дарвина, «Всемирная история» Фридриха Шлоссера, «История свечи» Майкла Фарадея. Собственно, заслуга распространения в России научно-популярной литературы принадлежит именно Вольфу.

Большой вклад внес издатель в развитие детской и юношеской литературы — благодаря ему в российский культурный обиход вошли хорошо изданные и щедро иллюстрированные книги для детей. Среди этих изданий были как дорогие, так и доступные по цене — к последним, например, относились знаменитейшие серии «Розовая библиотека», «Зеленая библиотека», «Золотая библиотека», «Откуда есть пошла Русская земля», на книгах которых выросло не одно поколение детей.

С легкой руки Маврикия Осиповича мальчишки и девчонки дореволюционной России зачитывались романами Вальтера Скотта, Жюля Верна, Фенимора Купера, Майн Рида, собрания сочинений которых он издавал. Вольф познакомил отечественного читателя с адаптированными для детей романами «Хижина дяди Тома» Гарриет Бичер-Стоу, «Путешествия Гулливера» Джонатана Свифта, поэмой «Рейнеке-Лис» Иоганна Вольфганга Гете, сказками Вильгельма Гауфа и Шарля Перро, а также с произведениями отечественных детских писателей, в том числе и популярнейшей в Российской империи писательницы Лидии Чарской.

Одним из первых в России Маврикий Осипович стал на постоянной основе печатать многотомные серии, например «Библиотеку знаменитых писателей», «Библиотеку юного читателя», «Нравственные романы для юношества» и многие другие.

И, конечно, особая заслуга Вольфа — это появление в нашей стране роскошных, богато иллюстрированных подарочных изданий большого формата, предназначенных как для детей, так и взрослых. Этот тип книги был в то время очень популярен в Западной Европе, но российские издатели до Вольфа их почти не издавали. В подарочном виде, например, вышли легендарные издания Вольфа с гравюрами популярнейшего в то время французского художника Гюстова Доре — Библия, «Божественная комедия» Данте Алигьери, «Сказки матушки Гусыни» Шарля Перро и другие. К подарочным изданиям можно отнести и амбициозный, один самых дорогостоящих в истории российского издательского дела проект «Живописная Россия. Отечество наше в его земельном, историческом, племенном, экономическом и бытовом значении», где всесторонне рассказывалось об особенностях различных регионов Российской империи, населяющих ее народах и их традициях. Задуманная как журнал, но превратившаяся в капитальное и беспрецедентное в России издание, «Живописная Россия» стала плодом коллективного титанического труда огромного числа ученых, писателей и иллюстраторов. Редактором первых ее выпусков был государственный и общественный деятель, географ и ботаник Петр Петрович Семенов, вошедший в историю под громкой фамилией Семенов-Тян-Шанский. Капитальная и богато иллюстрированная серия была начата в 70-х годах позапрошлого века, первый том был выпущен к 25-летнему юбилею фирмы Вольфа — к 1 октябрю 1878 года, а заканчивали ее выпуск уже наследники Маврикия Осиповича на рубеже XIX—XX веков.

Кроме всего прочего, Вольф выпускал журналы, среди которых были детский журнал «Задушевное слово», общественно-литературный «Заграничный Вестник» и «Новый мир», у которого с известным сегодня ежемесячным литературно-художественным изданием общее лишь название. Впрочем, один журнал Вольфа на слуху и сегодня — это наш старейший научно-популярный страноведческий журнал «Вокруг света», первый номер которого был выпущен в самом начале 1861 года. Богато иллюстрированное периодическое издание было задумано как «журнал землеведения, естественных наук, новейших открытий, изобретений и наблюдений», состояло большей частью из переводных материалов и имело приложение «Природа и землеведение». Спустя семь лет журнал «Вокруг света» закрылся: видимо, проницательный Вольф почувствовал, что публика потеряла к нему интерес. Выход журнала возобновили в 1885 году уже другие издатели, тогда «Вокруг света» и стал журналом, рассказывающим большей частью о путешествиях.

И наконец именно Вольф первым из наших издателей стал систематически выпускать библиографические каталоги — указатели русских и иностранных книг, что было хорошим подспорьем для библиофилов, а также служило дополнительной рекламой фирме.

Высокий стандарт

В конце 70-х типография Вольфа, в которой было уже две современнейшие паровые машины, а численность рабочих с 1856 года увеличилась чуть ли не втрое, переехала в новое помещение на Васильевском острове Санкт-Петербруга. Вернее, к тому времени в «холдинг» Вольфа входило уже две типографии — в 1874 году издатель приобрел еще и типографию В.И. Головина. В 1878 году, когда Вольф купил крупнейшую и лучшую в Санкт-Петербурге словолитню фирмы «Ревильон и Ко», у компании появилось и свое шрифтоотливное производство. Это позволило Вольфу приступить к экспериментам по разработке собственных шрифтов. Так некоторые роскошные издания фирмы получили особые шрифты, причудливый рисунок которых в корне отличался от шрифтов в книгах других отечественных книгоиздателей.

Издания Вольфа, выпущенные на такой мощной и современной производственной базе, отличались высочайшем качеством. Высокий стандарт, впрочем, соблюдался во всем — в том числе и в качестве бумаги (обычно любимой Вольфом веленевой) и переплета. Книги этого издательства было не только интересно и полезно читать, но и приятно держать в руках, зная, что даже недорогая книга, вышедшая из этой типографии, сделана добротно и прослужит долго.

Однако каждый, кто имеет отношение к слову печатному, знает: совершенной книги, выпущенной без единого огреха, быть не может, или почти не может. Эти «почти» были и у Вольфа, но все же очень редко, и не один российский издатель при жизни Маврикия Осиповича не мог с ним конкурировать в вопросах качества. После же смерти Вольфа, к сожалению, качество выпускаемых его фирмой книг немного упало, за это наследников Вольфа неоднократно упрекали внимательные современники, а те извинялись.

В 1882 году Маврикий Осипович, предчувствуя, видимо, скорую кончину, преобразовал свою фирму в товарищество на паях. Акционерами Товарищества М.О. Вольфа стали члены семьи: три сына — Александр, Евгений и Людвиг, а также племянник. Маврикий Осипович работал в своей фирме до последнего дня, он отошел в мир иной 19 февраля 1883 года. Компания же Вольфа пережила своего основателя — она благополучно просуществовала до 1917 года. p