Ориентация — север?

Текст | Василий ЛИХАЧЕВ

Требуется стратегия развития зауральской России.

Горячая тема

 

Сегодня к северам формально приковано большое внимание государства — на самом высоком уровне. Одна из причин — деятельность России в Арктическом совете.

Разрабатывается и будет принят в 2012 году закон об Арктической зоне РФ. Внимание к теме важно. Однако потемкинские деревни, в том числе в форме демонстративного государственного интереса к проблеме, к сожалению, известный прием при бюрократическом характере управления в стране, в регионах и на местах, отмечает известный исследователь проблем социально-экономического развития Севера доктор экономических наук Никита Попадюк.

Нет видения

 

Де-факто проблема Крайнего Севера, Сибири и Дальнего Востока как государственная социально-экономическая проблема практически не рассматривалась.

Все постсоветское время в стране отсутствовала не только работающая программа регионального развития, но и видение целостности страны как экономического комплекса, отмечает Попадюк. И регионы были поставлены в условия не развития, а выживания.

Узковедомственный подход к проблемам Севера сохранился с советских времен. Сегодня он принял форму частно-корпоративной организации использования ресурсно-сырьевой базы, хищнического расходования морепродуктов на Дальнем Востоке. Отсутствие государственного видения необходимости инкорпорирования этих обширных регионов в единое социально-экономическое пространство демонстрирует сохранение временщичества на уровне государственной политики.

Сохранить глобальный приоритет

 

Продукция, производимая на территории Крайнего Севера, Сибири и Дальнего Востока России, имеет огромное значение для глобальной экономики. Здесь сосредоточены колоссальные запасы нефти, природного газа, алмазов, золота, серебра, меди и других полезных ископаемых, постоянно увеличивающихся в цене.

Это делает актуальной проблему удержания экономического и даже политического суверенитета России над данной территорией. Тем более что инфраструктурная неразвитость региона сегодня делает добычу этих полезных ископаемых крайне затратной, а стоимость жизни людей чрезвычайно дорогой.

Некоторые эксперты предупреждают о возможной китаизации региона. Другие указывают на то, что положение России в глобальной экономике как пассивного объекта, «лежачего камня» рано или поздно приведет к доминированию в регионе западных компаний — в том числе и для того, чтобы не допустить китайского влияния.

Такому «проекту», как отмечает Попадюк, есть поддержка и среди отечественных идеологов деструкции, отражающих определенные «элитные» стратегии, минимизирующие, как им представляется, проблемы на окраинах страны путем «отсоединения» этих окраин, как это было проделано с бывшими союзными республиками.

Однако до сих пор в стране не предпринималось системных усилий, направленных на развитие региона, хотя на недостаток финансовых ресурсов России сегодня грех жаловаться. Продолжается преимущественно эксплуатация полезных ископаемых, без развития достаточных условий для диверсификации экономики и улучшения условий жизни людей.

Недавний визит президента Дмитрия Медведева в Якутию, во время которого он побывал в гостях у семьи, живущей в однокомнатной квартире с «удобствами» на улице, послужит тому доказательством. Стоит ли удивляться постоянной миграции с востока страны на запад, лишающей Севера столь необходимых для его развития людских ресурсов?

Для противостояния подобным угрозам Россия, как отмечает Попадюк, должна в максимальной степени мобилизовать все мастерство промышленной политики, весь державный и региональный интеллектуально-культурный потенциал лучших государственных менеджеров, чтобы действительно заинтересовать крупный и средний бизнес в том, чтобы направить финансовый капитал на освоение регионов Сибири и Дальнего Востока.

Опора — на технологии

 

Еще в документах Минрегиона середины 2000-х годов указывалось, что Заполярье — от Мурманска до Берингова пролива — надо рассматривать как макрорегион, освоение которого целесообразно осуществлять не столько людскими ресурсами, сколько новыми технологиями.

Однако на данный момент технологических проектов нет. Большинство регионов — моноотраслевые или почти моноотраслевые, имеющие почти исключительно горнодобывающую направленность.

В значительной степени субъекты Федерации предоставлены самим себе. Однако самонастройка региональных хозяйственных систем в условиях действующего в стране бюрократически-властной системы и хозяйственно-правового поля не приведет к интеграции хозяйственных комплексов даже соседних субъектов Федерации, к повышению степени их взаимосвязи, не говоря уже об установлении взаимосвязей между отдаленными сегментами, казалось, единого национального рынка.

Требуется инфраструктура

 

Страна, дабы ее богатство прирастало Сибирью, должна формировать свою региональную политику таким образом, чтобы была обеспечена должная современная транспортная и инженерно-коммуникационная инфраструктура.

Соответственно, стоит проблема форсированного формирования соответствующей социальной инфраструктуры как имеющихся населенных пунктов, так и вновь образуемых, потребность в которых возрастет по мере освоения территории.

Энергетика — ключевая тема

 

Формирование новой производственно-хозяйственной структуры зауральской России требует решения вопросов энергообеспечения. Очевидно, что проблемы наращивания энергетики северных регионов отличаются от проблем энергообеспечения Дальнего Востока. Если в северных регионах стоит задействовать ветроустановки, атомные и водородные автономные производители энергии, в том числе на основе технологически новых топливных элементов, то в более южных районах можно использовать источники геотермальных ресурсов.

Так, например, артезианские бассейны термальных вод в Саяно-Байкальской горной системе, Бурятии, где их около 400, Якутии, на севере Западной Сибири, Чукотке (13 высокотермальных источников с суммарным дебитом 166 л/с), в районе Курило-Камчатского вулканического пояса.

Однако практически на всем пространстве Крайнего Севера, Сибири и Дальнего Востока возможности возведения крупных энергетических объектов как в ближайшей, так и в достаточно отдаленной перспективе сильно ограничены. Поэтому основной упор должен делаться на способы организации децентрализованного энергоснабжения и адекватной базы. Не будет преувеличенной оценка, что на зауральской территории страны децентрализованное энергоснабжение превышает 80%.

Вспомнить о коренных народах

 

Не решается должным образом проблема развития коренных народов Крайнего Севера. Считается, что они должны заниматься самонастройкой. Однако эти народы находятся на грани схода с исторической арены — в связи с известной алкоголизацией, трудностями социализации, размыванием национальной культуры.

Эти народы вынуждены самоорганизовываться в Ассоциацию коренных малочисленных народов Крайнего Севера, Сибири и Дальнего Востока (RAIPON), в различные региональные ассоциации для защиты национально-культурных и экономических интересов, попираемых частно-корпоративным, регионально-корпоративным и муниципально-корпоративным секторами.

Заниматься этой проблемой — обязанность государства. Это одно из важных условий социально-экономического развития региона.

Ряду народностей, по данным исследователей, даже в местах так называемого ахтонного проживания грозит вымирание: это энцы, которых уже насчитывается не более 130 человек, юкагиры, которых в России (а больше их нигде нет) всего около 1000 человек, кеты и ряд других народов.

Причем это не абстрактные угрозы, так как некоторые народности Сибири и Дальнего Востока за последние всего несколько десятилетий уже совсем перестали существовать, сохранившись только на фотографиях в этнографических музеях.

Кадры — центральная проблема

 

Одна из центральных проблем для развития региона — поиск источников привлечения квалифицированной рабочей силы. Никита Попадюк выделяет три направления:

— стимулирование приостановки миграции из районов Крайнего Севера и приравненных к ним территорий (кроме пенсионеров) на «материк»;

— стимулирование притока квалифицированных специалистов из других регионов страны в различных формах (контракты на длительную работу с обеспечением жилья, временные контракты, в том числе вахтенные формы работы);

— стимулирование притока квалифицированной рабочей силы из стран СНГ за счет привлечения русскоязычного населения с правом предоставления гражданства.

Привлечение представителей так называемого русскоязычного населения республик бывшего Союза ССР может и должно стать особой формой набора специалистов высокой квалификации, специалистов профессионального и высшего образования, заинтересованных в переезде на постоянное место жительство в депрессивные районы страны.

При этом под русскоязычным населением следует понимать всех тех, для кого русский язык является родным независимо от национальной принадлежности и кто свое будущее видит в лоне российской культуры.

Утверждение, что из стран СНГ уже переехали все, кто хотел, по словам Попадюка, не соответствует действительности. В основном перебрались те группы русскоязычного населения, которые либо имели родственников в России, способных посодействовать в получении гражданства и места проживания, либо вынуждены были уехать в силу невозможности терпеть различные формы дискриминации, имевшие место в некоторых бывших союзных республиках по отношению к русскоязычному населению со стороны так называемых титульных наций.

Организованный набор русскоязычных специалистов из стран СНГ поднимет на принципиально иной, качественно новый уровень социальную и хозяйственную активность каждого зауральского города и района, будет способствовать усилению взаимосвязи между населенными пунктами, регионами расселения, в том числе за счет предпринимательства по поставкам овощей и фруктов из бывших республик Союза ССР.

Это обусловит появление новых точек общественного питания, существенно разнообразив предложение блюд, напитков (во всех южных республиках бывшего Союза ССР мужчины русскоязычной диаспоры могут готовить восточные национальные блюда). Это активизирует разведение новых культур овощеводства, расширит посевной клин, в том числе тепличного хозяйства, и поголовье крупного и мелкого рогатого скота и свиноводства. Наконец, это будет способствовать укреплению таких нравственно-этических ценностей, как самоценность труда, коллективизм, национальная и религиозная терпимость, гостеприимство, чувство патриотизма по отношению к исторической родине, предоставившей работу и жилье на своей территории.

Это обеспечит социальную базу трезвеннического стиля жизни и противоалкогольных мер, поскольку население южных республик в преобладающей своей части не пьющее.

Выживанию России в принципиально новых условиях трехполюсного мира (Евросоюз, США и Китай), где ее рассматривают не как исторический субъект, а как «объект — резервуар ресурсов» (И. Валлерстайн), помогут только активные граждане и активный бизнес.


КАК ПРИРАСТАТЬ СИБИРЬЮ?

Достижение целей развития Крайнего Севера, Сибири и Дальнего Востока обеспечивается через понимание и осознание следующих проблем:

— определение ключевых отраслевых точек роста и региональных локомотивов развития в социально-экономической структуре северных и приравненных к ним регионов;

— выбор прогрессивных технологических укладов и высокотехнологичных производств трудосберегающего характера, утилизирующих богатые природно-минеральные ресурсы, включая не только полезные ископаемые, но и флору и фауну, и призванных нивелировать кадровый дефицит в суровых условиях Севера и Дальнего Востока;

— поиск экономически эффективных способов энергетического обеспечения бытовой и производственно-хозяйственной деятельности, включая автономные альтернативные и нетрадиционные источники энергии как постепенную замену централизованному поступлению топливу в составе Северного завоза;

— государственное региональное программирование, способное сформировать экономические «узлы скрепления» региональных хозяйственных комплексов на базе межрегиональной кооперации, территориального разделения труда и специализации, создания интеграционных формирований, в том числе инфраструктурного характера, способных перерасти в регионально-интеграционные образования высокого таксономического уровня;

— кадровое обеспечение Сибири и Дальнего Востока, в том числе с использованием нетрадиционных способов укомплектования контингента рабочих и служащих предприятий, возводимых в северных и приравненных к ним регионах;

— поиск форм повышения заинтересованности закрепления уже проживающих в северных условиях и приравненных к ним работников;

— социализация коренных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока и целенаправленные акции по повышению их социокультурного уровня;

— активизация форм коллективно-группового предпринимательства среди этнических общностей жителей арктической зоны и тихоокеанского побережья как наиболее адекватной для родоплеменной организации общественно-бытовой жизнедеятельности коренных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока;

— повышение заинтересованности частного капитала во вкладывании инвестиционных ресурсов в создание производственной, рыночной и социальной инфраструктуры, развитие транспортных магистралей как условия «стягивания» отдаленных регионов в хозяйственно-активные регионы;

— стимулирование привлечения малого бизнеса и частного предпринимательства в сферу продовольственного обеспечения потребностей населения северных регионов и снабжения другими товарами потребительского назначения;

— создание организационных форм, способных интегрировать традиционные промыслы прежних хозяйственных укладов коренных народов Севера с современными технологическими укладами, использующими автономные источники энергии, в том числе на прогрессивных топливных элементах.