Тюрьма для фирмы


Текст | Анастасия КАРПОВА, Николай РОМАНОВ


Продолжает обсуждаться законопроект Следственного комитета России о введении уголовной ответственности юридических лиц.

Еще в начале года председатель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин предложил ввести уголовную ответственность для юридических лиц, в интересах которых совершаются преступления. Соответствующий проект поправок находится на рассмотрении в Администрации президента.

Предложенные санкции фирмам-преступни-кам разнообразны — от гигантского штрафа до ликвидации и запрета компаниям-рецидивистам участвовать в любых серьезных сделках.

Вот как обосновывал необходимость нововведений Александр Бастрыкин. Особую озабоченность в последние годы вызывает стремительный рост преступлений, совершаемых в интересах или с использованием юридических лиц. Масштаб данного явления в настоящее время позволяет говорить о том, что в России сформировался качественно новый вид преступности — преступность юридических лиц (зарубежный аналог данного термина «преступность корпораций» или «корпоративная преступность»).

Многими странами мира, отмечал Бастрыкин, накоплен обширный опыт эффективного противодействия этому негативному явлению, сформированы стандарты и критерии, которые нашли отражение в международных нормативных правовых актах. Одним из таких стандартов, по его словам, является требование ввести в национальное законодательство уголовную ответственность юридических лиц за причастность к наиболее опасным видам преступлений. Это требование, в частности, содержится в ряде документов ООН. В мире подобная ответственность характерна прежде всего для стран с англо-саксонской системой права, но встречается и в странах с романо-германской.

Корпорации могут нести уголовную ответственность наряду с физическими лицами, а также самостоятельно. Конечно, замечает Бастрыкин, признание юридического лица субъектом преступления не вполне соответствует традиционной уголовно-правовой доктрине виновной ответственности, которая заключается в целенаправленно осознанном субъективном (психическом) отношении субъекта к деянию и его последствию. Согласно ей, только при наличии вины содеянное приобретает реальную общественную опасность. Объективное вменение в соответствии с законодательством большинства стран запрещено.

Однако, подчеркивает Бастрыкин, юридическое лицо, как и любое другое объединение людей на основе общности определенного интереса, имеет некую волю, стремится к достижению определенной цели. В некотором смысле единую волю можно усмотреть даже у неконтролируемой толпы. В отличие от неконтролируемой толпы деятельность людей, объединенных в организации, носит упорядоченный системный характер, потому и воля юридического лица, как правило, имеет четкую и однозначную форму выражения. Однако в российском законодательстве существует только «квазиуголовная ответственность» компаний, закрепленная относительно недавно в административном законодательстве.

Александр Бастрыкин подчеркивает, что несоответствие российского административного законодательства в рассматриваемой области мировым стандартам противодействия коррупции отметила Группа государств по борьбе с коррупцией (ГРЕКО), созданная Советом Европы, указав в очередном отчете на неисполнение Россией рекомендации по введению уголовной ответственности юридических лиц. «И это было сделано уже после внесения соответствующих поправок в законодательство Российской Федерации об административных правонарушениях», замечает глава Следственного комитета.

Вот как прокомментировал нашему журналу инициативу Следственного комитета руководитель группы налоговой практики «Пепеляев Групп» Леонид Кравчинский:

— Вообще уголовная ответственность юридических лиц не соответствует традиционной правовой системе России. ГРЕКО на самом деле не требует от Российской Федерации введения уголовной ответственности юридических лиц. В отчете этой организации прямо сказано, что она не требует введения уголовной ответственности юридических лиц.

ГРЕКО требует какой-то ответственности юридических лиц, причастных к преступлениям. Какой будет эта ответственность — гражданской, административной — оставляется на усмотрение стран — участниц конвенции.

Оценить вероятность того, что будет введена именно уголовная ответственность, я затрудняюсь. У нас очень быстро законопроекты, бывает, через парламент проходят. Внесены изменения в Административный кодекс, в духе того, что требует конвенция. И этого достаточно.