Соблазн силы


Александр ПОЛЯНСКИЙ

Общественное восприятие конфликта чемпиона мира по смешанным единоборствам Расула Мирзаева и московского студента Ивана Агафонова у московского ночного клуба «Гараж», закончившегося травмой и смертью Агафонова в больнице, показывает, что российское общество адекватнее и взрослее, чем принято думать.

Сначала события развивались чуть ли не по «свиридовскому» сценарию. Замоскворецкий суд, учитывая, что Мирзаев сам пришел в полицию с повинной, отпустил его под залог 5 млн руб. Это вызвало бурю возмущения националистических кругов, заявивших, что правоохранительные органы куплены кавказцами и они готовы выпустить того, кого захлестнул соблазн показать свою силу.

Получив информацию о готовящихся акциях националистов, власти напрягли все административные ресурсы, чтобы пересмотреть решение суда и тем самым показать, что они согласны с националистами. Мосгорсуд беспрецедентно быстро, уже на следующий день, рассмотрел кассационную жалобу на решение Замоскворецкого суда. Решением судьи Замоскворецкого суда о залоге принялись громко возмущаться федеральные СМИ.

Мосгорсуд выяснил, что рассмотрение вопроса об избрании меры пресечения в райсуде прошло с нарушениями, и решение о залоге отменил. Не сбавляя темпа, Замоскворецкий суд в другом составе принял решение об аресте Мирзаева.

Но когда одна за другой в прессу и Интернет стали просачиваться детали этой истории, выяснилось, что общество не готово однозначно признать Агафонова жертвой. По появившейся информации, Агафонов приставал к девушке Мирзаева, за что и был «вознагражден». При этом его травма и последующая смерть лишь косвенно были следствием удара Мирзаева: Иван Агафонов упал и ударился головой об угол канализационного люка.

Оказалось также, что он вовсе не «ботаник», попавший под горячую руку Черного тигра (прозвище Мирзаева): серьезно занимался силовыми видами спорта и применял силу на практике — находился под следствием за нападение на владельцев партии сотовых телефонов. К тому же, если считать, что сохраненная копия его страницы в фейсбуке не фальшивка, открыто декларировал кавказофобские настроения.

Несмотря на это, федеральные телеканалы тональность не сменили и дают слово только тем, кто говорит в пользу Ивана Агафонова. А российский чемпион ограничен в возможности представить свою версию происшедшего — судя по всему, чтобы не будоражить националистическую общественность.

Власть, избежав риска новой Манежки за счет явного нажима на суд, создала риск более опасной ситуации в будущем, поскольку подорвала (в очередной раз) веру в объективное рассмотрение дела в суде. Теперь рассмотрение дела по существу и решение суда будут восприняты как политические — а значит, суд может продолжиться вне стен суда…

Живя в стеклянном доме, нельзя бросаться камнями. От всех живущих в нем требуется соблюдение правил поведения, которое не повредит этому стеклянному дому. Вместо того чтобы взять на себя роль модератора в выработке этих правил, власть просто утихомиривает склонных бросаться камнями на фоне углубляющихся противоречий. Такая линия будет приводить к новым взрывоопасным конфликтам. Потому что у сторон всегда будет соблазн получить у государства максимум дивидендов по праву сильного.