Два юриста — три мнения


Александр ПОЛЯНСКИЙ

Операция Запада против Ливии расколола российское политическое руководство. Перед голосованием по резолюции Совета Безопасности ООН №1973, санкционирующей применение силы, МИД РФ, судя по утечкам информации, планировал ветировать документ. Президент же Дмитрий Медведев якобы считал необходимым проголосовать «за».

В конце концов Россия воздержалась и оказалась в хорошей компании «неприсоединившихся»: Китай, Германия, Индия, Бразилия, Турция… При этом президент Медведев трактовал позицию страны как принципиальную поддержку документа.

Это утверждение прозвучало после выступления Владимира Путина, сравнившего операцию западных стран с крестовыми походами, — фактически процитировавшего оценку самого Муаммара Каддафи.

Путин и Медведев расходились во мнениях не единожды. Но впервые полемика не закончилась и после «бархатного окрика» Медведева. Владимир Путин как ни в чем не бывало продолжил развивать свою позицию во время своего визита в Восточную Европу.

Итак, сегодня Россия явила миру… целых три мнения относительно ливийского вопроса: президента Дмитрия Медведева, премьера и главы правящей партии Владимира Путина и Министерства иностранных дел, комментирующего ситуацию в «промежуточном» ключе. Мало того что заблокированной оказалась активная роль России в ливийской ситуации, эти мнения выглядят странно с точки зрения национальных интересов.

Еще до дискуссии по поводу резолюции Совбеза ООН Медведев издал демонстративный указ о запрете Каддафи въезда в Россию. А если бы полковник разгромил оппозиционеров — а он был к этому близок — и остался ливийским лидером?

Антикаддафиевская операция западных стран отнюдь не была предопределена: Николя Саркози и Дэвиду Кэмерону с огромным трудом удалось уговорить Барака Обаму начать военную кампанию. Оппозиция этой акции в НАТО (в лице Германии, Италии и Турции) по сей день весьма сильна. К тому же Каддафи — мастер закулисных договоренностей с Западом.

Вызывают уважение гуманистические ценности президента Медведева. Но экономические интересы нашей страны — а с Ливией у российских корпораций проекты в энергетическом и транспортном секторе — противоречат такой жесткой линии.

Не меньший риск для этих интересов и производящая впечатление прокаддафиевской позиция Владимира Путина. Весьма вероятно, что в Ливии появится лояльное к Западу правительство тех, кто участвовал в свержении Каддафи. Будет ли оно нам благодарно за упорную защиту прежнего лидера?..

Конечно, позиция Путина — более «народная»: большинство в России не поддерживает западного вторжения. Но и она слишком неосторожна…

Политика — искусство возможного. Вряд ли блокирование Россией резолюции ООН остановило бы действия Запада. Западные «воспитательные» военные кампании давно уже стали объективной реальностью — как бы мы к ним ни относились.

Нужна более конструктивная линия: например, посредничество России в ливийском конфликте. Ведь очевидно, что стратегического плана у Запада нет.

Что будет в Ливии, если западные страны пойдут на сухопутную операцию и свергнут Каддафи своими руками? Еще одна черная дыра под эфемерным протекторатом США и союзников — как Афганистан и Ирак?..

Американский министр обороны Роберт Гейтс во время своего визита в Россию сказал о возможности более глубокого нашего участия в глобальных миротворческих операциях. «Пуркуа бы и не па?» Тем более Россия в грузино-осетинском конфликте продемонстрировала свои военные возможности…

Ливийская «история» еще раз показала: чтобы строить внятную внешнюю политику, в России необходимо прийти к консенсусу по поводу национальных интересов — в обществе и элитах. Пока этого не случится, наше государство будет странно выглядеть на международной арене и упускать геополитические возможности.