Кажется, нас образовывать идут


Текст | Дмитрий АЛЕКСАНДРОВ


В начале февраля истекает срок «всенародного обсуждения» проекта нового закона об образовании. Судя по всему, результаты учета общественного мнения будут более весомые, чем при обсуждении законопроекта о полиции.

Актуальность нового закона, как отмечает екатеринбургский бизнес-аналитик Нэлли Грин, очевидна: старый, 1992 года, закон об образовании давно устарел и залатан донельзя.

«Закон “Об образовании” 1992 года создал все необходимые условия для свободного развития школы, — замечает член Общественной палаты РФ, директор московского образовательного центра №548 Ефим Рачевский. — Никаких проблем в нем не было. Потом этот закон стали с разных сторон резать, и он перестал быть самым либеральным и самым разумным».

«Закон 1992 года был документом переходного периода, отразившим кризисный этап развития, — отмечает Грин. — В нем продолжают действовать некоторые нормы советского времени. С 2002 года было внесено более 200 законодательных инициатив, направленных на изменение образования, и принято 45 законов. Кроме того, старый закон полон внутренних противоречий, в нем есть дублирующие нормы. Многое носит декларативный характер».

Потребность в обновлении

«Принятие Закона Российской Федерации “Об образовании” (1992 год), а также Конституции Российской Федерации имело огромное позитивное значение для развития отечественной системы образования в переходный период, — указывается в Концепции проекта нового закона об образовании. — Они заложили правовые основы обновления отношений в этой сфере, а также выполнили важную социальную функцию сохранения и защиты системы образования в период кризисного развития страны».

Однако, как отмечают авторы концепции, на их основе не в полной мере удалось сформировать упорядоченную и сбалансированную систему законодательства в области образования, обеспечивающую последовательное и системное регулирование отношений в рассматриваемой сфере.

Дело в том, что рамочный характер Закона Российской Федерации «Об образовании» как системообразующего акта в сфере законодательства об образовании подразумевал принятие на его основе специализированных законодательных актов, призванных урегулировать правоотношения в отдельных подсистемах образования, а также установить дополнительные гарантии прав граждан на получение образования соответствующего уровня. «Однако, — замечают авторы концепции, — изначальный замысел законодателя по подготовке и принятию в развитие Закона Российской Федерации “Об образовании” ряда законов, имеющих более узкий предмет регулирования, был реализован только в отношении Федерального закона “О высшем и послевузовском профессиональном образовании”. В результате многие важные аспекты правоотношений, возникающих в отдельных подсистемах российского образования, остались неурегулированными на законодательном уровне».

Содержание этих актов из-за социально-экономических изменений в российском обществе за последние десять лет, формирования нового российского гражданского, налогового, бюджетного законодательства, формирования новых образовательных институтов и технологий, в том числе с учетом присоединения России к Болонскому процессу, перестало соответствовать сегодняшнему дню.

«Уже в этом десятилетии неоднократно предпринимались попытки обновления законодательства в области образования путем внесения отдельных изменений в Закон Российской Федерации “Об образовании” и Федеральный закон “О высшем и послевузовском профессиональном образовании”, — подмечается в концепции законопроекта. — Так, только в период с 2002 по 2008 год было внесено около 200 соответствующих законодательных инициатив, принято более 35 федеральных законов».

Положительным результатом этих усилий стало более точное разграничение полномочий органов государственной власти и местного самоуправления в этой сфере, обновление ряда образовательных институтов, совершенствование правовых механизмов регламентации и контроля качества образования и т.д.

Вместе с тем постоянный процесс внесения изменений привел к неустойчивости норм федерального законодательства, значительному по объему дублированию положений Закона Российской Федерации «Об образовании» и Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании».

Кроме того, согласно концепции законопроекта, «несмотря на большое количество внесенных в указанные законодательные акты изменений, они по-прежнему характеризуются коллизионностью, содержат значительные пробелы, ряд норм сохраняет декларативный характер и не обеспечен эффективными правовыми механизмами реализации, а также в ряде случаев дублирует нормы других законодательных актов».

Это создает значительные трудности в процессе правоприменения и свидетельствует о том, что практика внесения дальнейших изменений в действующие законодательные акты об образовании во многом исчерпала свой ресурс.

Закон «Об образовании» 1992 года был принят в трудные годы и отвечал своему времени — он был сформирован и принят во многом благодаря позиции ректорского сообщества, отмечает ректор МГУ им. М.В. Ломоносова, президент Российского союза ректоров Виктор Садовничий. Конечно, жаль, что он не столь долго оставался актуальным. Постсоветское развитие России происходило такими темпами, что возникла необходимость создания качественно нового закона об образовании, учитывающего не только современные реалии, но и современные вызовы. То есть оказался необходимым закон, не только обеспечивающий текущие процессы развития, но содержащий механизмы качественного роста образования.

Сегодня, отмечает он, нужен закон, который не только догонит ушедшую вперед практику, но будет работать на опережение и закладывать потенциал для развития системы отечественного образования на будущее.

«К тому же меняется характер финансирования образования. Например, законы переходного периода (1992 и 1996 годов) строились на понимании, что экономической базой образовательной деятельности является бюджетное сметное финансирование. Но сейчас в дополнение к государственному финансированию добавилось внебюджетное. Это доходы от платных образовательных услуг, средства социально ответственного бизнеса и выпускников, в том числе в виде эндаументов. Нуждаются эти новые источники в правовом регулировании? Согласимся, что, несомненно, нуждаются», — утверждает Виктор Садовничий.

Бюджетное финансирование также принимает новые правовые формы: вместо финансирования затрат вводится финансирование результата (субсидии) — выполнения государственного (муниципального) задания. От этого обстоятельства нельзя отмахнуться, подчеркивает Виктор Садовничий. «Законодательство об образовании должно адаптироваться к новым реалиям финансовой деятельности государства, — считает он. — Сама по себе такая адаптация, надеюсь, не превратит образование в служанку бюджетного законодательства».

В комментарии для РИА «Новости» Садовничий заявил: «Главная идея нового закона — собрать и сделать понятной, прозрачной структуру управления образованием».

Как писался проект

Хронология подготовки документа такова. Концепция проекта Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» была разработана и утверждена Комиссией Правительства РФ по законопроектной деятельности (протокол от 1 июня 2009 года №20). Сформирована рабочая группа, ей поставлена задача подготовить проект к сентябрю 2010 года.

Заместитель министра образования и науки РФ — статс-секретарь министерства Иван Лобанов отмечает, что рабочая группа по подготовке текста законопроекта была утверждена комиссией правительства по законопроектной деятельности, туда вошли представители всех профильных министерств, Совета Федерации и Госдумы, а также ректоры ведущих высших учебных заведений и представители региональных органов управления образованием. Всего более 30 человек.

15 марта 2010 года состоялось обсуждение законопроекта «Об образовании в Российской Федерации» на заседании Комитета Совета Федерации по образованию и науке. Выводы: это хоть и добротный, но еще весьма сырой вариант, закон этот чрезвычайно важный, и его нельзя принимать без широкого, хорошо организованного, независимого публичного обсуждения, келейная разработка и ускоренное принятие к назначенному сроку (сентябрь — в Правительство, ноябрь — в Госдуму) совершенно недопустимы.

В мае 2010 года проект закона обсуждался в Экспертном совете Государственной думы, тогда же впервые снова заговорили о проекте нового интегрированного Федерального закона «Об образовании» во всеуслышание. 17 мая в Государственной думе состоялась конференция «Российское законодательство и образовательная политика — 20 лет спустя: взгляд из столицы региональных центров». Там было высказано немало замечаний к проекту.

31 мая 2010 года президент России Дмитрий Медведев поручил к 1 сентября внести на рассмотрение Госдумы новый законопроект об образовании, этот документ глава государства обсудил на рабочей встрече с министром образования и науки Андреем Фурсенко. Фурсенко доложил президенту, что сейчас министерство совместно с депутатами готовит интегрированный законопроект об образовании.

Планировалось, что новый документ сформируют уже в сентябре: должно было закончиться общественное обсуждение, в том числе в Госдуме и Совете Федерации, рабочей версии законопроекта, выложенной в открытом доступе на сайте Минобрнауки. «Более 600 поправок от граждан, образовательных учреждений, научных организаций и т.д. — это не шутка», — отмечает Нелли Грин.

Однако этого не произошло. Осенью документ был еще раз доработан и представлен для открытого обсуждения на портале zakonoproekt2010.ru — оно заканчивается 1 февраля.

«Законопроект в новой редакции отличается от первоначального, — замечает Виктор Садовничий. — Он более четко прописан, в нем учтены многие замечания, поступившие на первом этапе обсуждения. В том числе нашел отражение ряд предложений Российского союза ректоров, сформулированных на конференции 5 октября, а также предложения Государственной думы и Общественной палаты России. Но к нему все же остается много замечаний, в том числе и у нас».

Идеология закона

Cогласно концепции законопроекта, документом «уточнены задачи законодательства в сфере образования и четко сформулированы его цели, устранены имеющиеся пробелы, преодолен декларативный характер ряда норм, разработаны эффективные правовые механизмы их реализации, уточнен и расширен понятийный аппарат законодательства об образовании. Законодательное оформление получат такие важные аспекты, как правовой статус участников образовательных отношений, правовые гарантии обеспечения доступности и качества современного образования, получения образования в соответствии со склонностями и потребностями».

«В результате принятия законопроекта, — пишут авторы концепции, — будут созданы законодательные механизмы, обеспечивающие динамичное развитие системы образования, в том числе способствующие увеличению разнообразия видов образовательных организаций и спектра образовательных услуг, развитию различных форм получения образования, интеграции образовательной и научно-исследовательской деятельности, обеспечению мобильности обучающихся за счет снятия излишних ведомственных барьеров и ограничений, апробации и использованию новых образовательных технологий, педагогических методик, внедрению новых моделей и субъектов экономической деятельности в сфере образования и другие».

Законопроектом предполагается регламентировать отношения на всех уровнях образования, в том числе посредством сохранения оправдавших себя на практике норм Закона Российской Федерации «Об образовании», Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» и типовых положений об образовательных учреждениях, а также включения новых норм, вытекающих из современных потребностей модернизации и развития образования, направлений социально-экономического развития страны и государственной образовательной политики.

Серьезная проблема законодательства в области образования, по мнению авторов концепции законопроекта, — неразвитость и противоречивость используемого понятийного аппарата. Действующее законодательство в области образования практически не содержит определения используемых терминов. Это относится к определению самого понятия «образование», которое фактически ограничивает сферу образования рамками стандартизированного или цензового (уровневого) образования, оставляя в стороне дошкольное, начальное общее и дополнительное образование, которые не являются уровнями образования в соответствии с нормой пункта 5 статьи 27 Закона Российской Федерации «Об образовании». Накопились и другие терминологические проблемы.

«Закрепленная Законом Российской Федерации “Об образовании” типология образовательных организаций с жестким закреплением видов реализуемых образовательных программ за каждым типом образовательной организации в настоящее время стала препятствием для развития современных форм организации образовательной деятельности, в том числе с использованием дистанционных технологий, выстраивания индивидуальных образовательных траекторий, расширения спектра образовательных услуг и т.д.», — говорится в концепции документа.

Законодательно не предусмотрены возможности реализации образовательной программы совместно несколькими образовательными организациями различных типов, образовательными и научными организациями с участием промышленных предприятий, что является тормозом для создания и функционирования многофункциональных образовательных и научно-образовательных центров (комплексов), социокультурных комплексов, комплексных учебных центров профессиональных квалификаций, развития социального партнерства в сфере образования.

В законопроекте предполагается закрепить деление образовательных организаций по следующим критериям: на типы — по реализуемым образовательным программам, исходя из того, что образовательная организация может реализовывать основные образовательные программы различных уровней; на виды и категории — используя в качестве показателей отнесения к виду один или несколько показателей, таких как направленность, повышенный объем содержания или специальные условия реализации образовательной программы, дополнительно осуществляемые функции — содержание, лечение, реабилитация, коррекция, научно-исследовательская и технологическая деятельность, преобладающая форма обучения и др.

При этом с учетом модернизации структуры системы образования в сфере высшего профессионального образования представляется необходимым сохранить начавшееся обособление университетского сектора, предоставив более широкую автономию данному виду образовательных учреждений (организаций). Это согласуется с направлениями государственной образовательной политики по созданию системообразующих высших учебных заведений — университетов, ориентированных на решение стратегических задач обеспечения инновационного развития экономики (федеральных, национальных исследовательских университетов и т.п.).

В связи с формированием и развитием системы непрерывного образования, диверсификацией подсистем начального профессионального образования и среднего профессионального образования актуальным становится также пересмотр типологии образовательных учреждений профессионального образования в целом, в том числе упорядочивание типологии образовательных организаций, реализующих дополнительные профессиональные образовательные программы.

Действующее законодательство в области образования практически не содержит норм, регулирующих порядок оказания платных образовательных услуг, получения образования на возмездной основе. Правовое регулирование этих отношений нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 779—783) недостаточно, оно не учитывает в необходимой мере специфики образовательных отношений, что создает неблагоприятные правовые условия для обеспечения реализации конституционных принципов доступности и бесплатности прежде всего обязательного общего образования, способствует распространению таких негативных явлений, как взимание платы за обучение по образовательным программам, финансируемым из бюджетов различных уровней, нарушение прав обучающихся на платной основе, в частности одностороннее расторжение договора об образовании по инициативе образовательной организации, и т.д.

В целом следует признать, говорится в концепции, что правовой статус участников образовательного процесса законодательно урегулирован фрагментарно. Значительная часть их прав и обязанностей устанавливается подзаконными и даже локальными актами. В то время как многие из них — в частности, право на обучение на родном языке, на выбор формы получения образования, на обучение по индивидуальному учебному плану и иные права и условия их реализации в рамках образовательного процесса, а также гарантии прав обучающихся в случае ликвидации образовательной организации, аннулирования лицензии или свидетельства о государственной аккредитации — требуют законодательной регламентации.

Особого внимания, отмечается в концепции, заслуживают также правовые условия охраны здоровья и обеспечения безопасности учащихся. О наличии существенного пробела в законодательстве свидетельствует, в том числе, значительная неопределенность в отношении основных обязанностей обучающихся и ответственности, в частности дисциплинарной, за неисполнение этих обязанностей, отсутствуют нормы, регламентирующие меры педагогического воздействия в отношении обучающихся.

Требуют пересмотра нормы, регулирующие стипендиальное обеспечение обучающихся образовательных организаций профессионального образования. В настоящее время вопросы стипендиального обеспечения регламентируются различными законодательными актами. Так, размер стипендий студентов федеральных государственных высших учебных заведений определен Федеральным законом «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», а размер стипендий учащихся федеральных государственных образовательных учреждений начального и среднего профессионального образования — Законом Российской Федерации «О минимальном размере оплаты труда». Указанные законодательные акты определяют размер стипендии в твердом денежном выражении, в результате чего в них регулярно приходится вносить изменения с целью индексации размера стипендиального обеспечения обучающихся государственных образовательных организаций профессионального образования.

Российский союз ректоров выступил с собственными концептуальными идеями, которые пытались воплотить разработчики проекта. Он предложил отойти от понимания нового закона как «закона описывающего» (справочника) к его пониманию как «закона стратегически ориентирующего».

Он предложил использовать как базис закона систему принципов, на которых будет строиться правовая надстройка. Главный принцип — принцип единства образовательного пространства, обеспечивающий высокое качество и равнодоступность образования.

Не менее важен принцип паритетности обучения и воспитания. Далее, принцип интеграции образования и науки, принцип академической свободы, принцип единства и преемственности уровней образования — «образование через жизнь». Принцип сбалансированности интересов учащихся, преподавателей, работодателей и учредителей как основных участников образовательного процесса. Наконец, принцип открытости образования обществу.

Требуются новые смыслы

«Главная задача закона — стимулировать достижение нового качества образования в России, — отмечает Виктор Садовничий. — Новый закон должен закладывать юридические предпосылки формирования перспективных направлений образования. В том числе формировать современные образовательные модели, соединяющие традиционные принципы фундаментального образования с эффективными инновационными элементами.

Ефим Рачевский считает, что в изменении нуждаются в первую очередь смыслы общего образования. Система школьного образования — одна из самых консервативных: она мало чем отличается по сути от советской.

В начале декабря 2010 года, по его словам, были подведены итоги исследования PISA (Programme for International Student Assessment), где Россия занимает грустное 40-е место. Дети не могут продемонстрировать «компетентный подход» — использование полученных знаний, умений, навыков в различных практических и незнакомых ситуациях. Потому что отечественная школа нацелена на запоминание, хранение и воспроизведение информации.

Одна из важнейших проблем, по мнению Рачевского, попытки «навесить» на школу функции, которые ей несвойственны, например воспитание как отдельное направление в деятельности школы. Представление о том, что образование включает в себя обучение, развитие и воспитание, было изложено еще в законе 1992 года. И совсем не обязательно создавать исключительно целевые программы, связанные с воспитанием. Патриотическое же воспитание навязать сверху невозможно.

«Еще одна проблема последних десяти лет: если государство решает, что в стране должны быть некие существенные изменения, то школе предлагают ввести соответствующие предметы. Происходят изменения, связанные с экологией — школе предлагается ввести экологию; если изменения связаны с обороноспособностью — школе предлагается реанимировать военную подготовку; если изменения связаны с морально-ценностным рядом — школе предлагается ввести нравственное либо религиозное воспитание. При этом везде и громогласно говорят, что дети наши перегружены, что часов становится все больше. Я бы сравнил нынешнюю систему школьного образования с сельским хозяйством хрущевских времен, освоением целинных земель. Это экстенсивная форма развития», — считает Рачевский.

Требования социума к школе с каждым годом растут, отмечает он. К счастью, родители, направляя ребенка в школу, более четко формулируют свои притязания и все чаще хотят не набора знаний, а успешной социализации. «Это важнейший критерий качества образования, понимаемый как способность делать выбор и принимать самостоятельные решения. Можно ли сделать это без знаний? Нет. Поэтому отрезать знания нельзя, но они не цель, а инструмент».

Постепенно развивается система государственно-общественного управления. Разумные директора школ идут рука об руку с органами соуправления, где представлены и родители, и ученики, и учителя.

Серьезным фактором влияния на систему образования, по мнению Рачевского, стало нормативно-подушевое финансирование, когда государственные деньги идут не на учреждение, а на ученика. Благодаря этому появляются достаточно прозрачные критерии успешности школ. Семья, осознавая себя налогоплательщиком, понимает, что бюджетные деньги выделены им, и они отдают их туда, куда захотят.

Что меняет закон?

В связи с принятием законопроекта подлежит признанию утратившим силу ряд федеральных законов:

• Закон Российской Федерации от 10 июля 1992 г. №3266-I «Об образовании»;

• Закон Российской Федерации от 30 марта 1993 г. №4693-1 «О минимальном размере оплаты труда» (содержит единственную не утратившую силу статью, регламентирующую размер и условия выплаты стипендий учащимся государственных образовательных учреждений начального и среднего профессионального образования);

• Федеральный закон от 22 августа 1996 г. №125-ФЗ «О высшем и послевузовском профессиональном образовании».

Весьма существенны структурные изменения закона, подчеркивает Нэлли Грин. Согласно новому законодательству, отмечает также Виктор Садовничий, формируется иерархия учреждений, в которой присутствуют дошкольные учреждения, учреждения общего образования, учреждения среднего профессионального образования и учреждения высшего профессионального образования.

Если сейчас, замечает Грин, образование делится на общее и дополнительное, то новый закон вводит уровневую систему образования: дошкольное (первоначально фигурировало в проекте как обязательное), общее, среднее профессиональное и высшее. Начальное профессиональное образование законопроект отменяет.

Высшее образование существенно трансформируется. Вузы, подчеркивает Виктор Садовничий, делятся на университеты и институты. Университеты отличает то, что они занимаются не только образовательной деятельностью, но и научными исследованиями. И те и другие могут готовить бакалавров, магистров, специалистов.

«Самыми привилегированными среди университетов станут федеральные и национальные исследовательские», — замечает Нэлли Грин. Привилегия, по ее словам, выразится в кардинально ином финансировании таких элитных вузов.

В университетах также будет развиваться аспирантура и докторантура. Согласно законопроекту, эти виды образования больше не будут считать послевузовским образованием. Академии будут либо предоставлять дополнительное образование, либо готовить аспирантов и докторантов. Для подготовки бакалавров и магистров академиям нужно будет менять статус.

Предполагается, отмечает Садовничий, что все вузы должны перейти на западную кредитно-модульную систему, что позволит создавать индивидуальные образовательные траектории. «У нас могут появиться образовательные учреждения высшего профессионального образования, которые полностью преподают по западной схеме», — отмечает он.

«Сохранятся ли льготы для определенных категорий лиц при поступлении в вуз, как это было раньше? На словах — да. А на деле — едва ли», — считает Нелли Грин. Теперь льготникам будет предоставлена возможность бесплатной годичной подготовки на специальных отделениях.

Вносятся изменения, связанные с увеличением срока обучения в аспирантуре (адъюнктуре). По очной форме теперь будут учиться четыре года, по заочной — пять лет. Вызван этот шаг желанием улучшить качество диссертационных исследований. Но при этом, по мнению Грин, аспирантам придется не три, а четыре года жить в условиях материальных ограничений.

Колледжи получат право давать степень бакалавра. По словам Виктора Садовничего, колледжи — учреждения среднего профессионального образования — могут готовить специалистов со средним профессиональным образованием и прикладных бакалавров.

При этом полностью выпадает начальное профессиональное образование. Оно поглощается средним профессиональным образованием, которое будет готовить исключительно рабочих высокой квалификации.

Среднее профессиональное образование делится на два вида: программа подготовки высококвалифицированного рабочего (нынешнее ПТУ) и программа подготовки специалистов среднего звена. Готовить таких специалистов предполагается на третьей ступени среднего образования, в специальных центрах подготовки, а также в учреждениях среднего профобразования. И принимать в такие учебные заведения всех — без вступительных испытаний.

Подготовкой квалифицированных рабочих, отмечает Нэлли Грин, займутся профессиональные лицеи — учреждения среднего профобразования, в которые смогут переквалифицироваться ПТУ. Подготовкой специалиста среднего звена займутся техникумы. Законопроект регламентирует и численность групп — не более 30 человек. Среднее образование можно будет получить, имея как основное общее, так и среднее общее образование.

Новый закон, подчеркивает Грин, уравняет права негосударственных и государственных образовательных учреждений, в том числе финансовые — на получение госзаказа (подготовку специалистов, нужных стране, за счет бюджетных средств). То есть фактически госзаказ получает тот, кто доказал, что может лучше готовить специалистов. Все законодательные акты, которые касаются государственных учреждений, будут распространяться и на частные.

Критика и споры

Целый ряд новаций законопроекта находятся в центре внимания дискуссии.

В частности, типология вузов. Комментарий Ивана Лобанова: «У нас более 50% высших учебных заведений в 90-е годы преобразовались из институтов в академии и университеты. Это ненормально. Процесс наведения порядка всегда вызывает чье-то недовольство, а зачастую и осуждение по различным причинам. Это не должно нас останавливать в движении вперед».

Новая структура высшего профессионального образования, по его словам, предполагает наличие колледжа, реализующего программы бакалавриата; института, который будет готовить и бакалавров и специалистов; и университета, который будет предоставлять программы высшего образования всех уровней, а также осуществлять подготовку научных кадров.

При этом такая идеология систематизации учреждений высшего профессионального образования не означает запрета на осуществление колледжами и институтами научной деятельности, подчеркивает заместитель министра. Просто основной акцент должен быть сделан именно на учебной составляющей. «Для университетов осуществление научной деятельности является обязательным, и в том числе по ее результатам будет оцениваться деятельность университетов в целом».

«Я хочу подчеркнуть, — отмечает Лобанов, — что закрепляемые законопроектом виды высших учебных заведений “колледж — институт — университет” соответствуют сложившейся международной практике. Это к вопросу интеграции в мировой образовательный процесс. А вот столь популярные у нас “академии” практически не распознаются как учреждения высшего профессионального образования зарубежным образовательным сообществом».

Большие споры вызывает также система бакалавриата. По мнению Лобанова, это необоснованные споры. Бакалавр, по его словам, это тот, кто, изучая программу высшего профессионального образования, понимает, что ему нет необходимости два лишних года приобретать ненужные в данный момент знания. «Это полноценный специалист с высшим образованием, который уже готов работать, получать практический опыт, зарабатывать деньги. Дальше, если он ощущает потребность изучать специальность более детально, идти по научной стезе, он выбирает обучение в магистратуре».

Уровневая система высшего профессионального образования, подчеркивает он, «разработана в связи с тем, что мы являемся участниками Болонского процесса и взяли на себя обязательство по интеграции нашей системы образования в европейскую. Но это не бездумное копирование. Нам необходимо, чтобы наши специалисты котировались за рубежом, а для этого нужно, чтобы как минимум наша и зарубежные образовательные системы начали движение к какой-то общей базе для дальнейшей интеграции».

Дискуссии вызвала ликвидация начального профессионального образования. Иван Лобанов замечает: «В законопроекте идет речь о модернизации системы начального профессионального образования. Другой вопрос, что начальное профессиональное образование, которое мы имеем сейчас, не всегда может давать нужную квалификацию и навыки, которые необходимы современной экономике. Законопроект предусматривает повышение уровня начального профессионального образования до уровня среднего профессионального, в рамках которого будут реализовываться как подготовка квалифицированных рабочих, так и подготовка специалистов среднего звена».

Кроме того, по его словам, предлагается осуществлять подготовку рабочих не только в образовательных учреждениях, но и в учебных центрах профессиональной квалификации, на производстве. «Возможностей будет более чем достаточно. В соответствии с проектом решается проблема “тупиковости” начального профессионального образования. У выпускников ПТУ появится реальная возможность при желании продолжить учебу на следующих ступенях среднего и высшего профессионального образования».

«Встряхнул массы», по словам Ефима Рачевского, тезис об обязательном дошкольном образовании. Но только из-за того, что не было разъяснено: это не обязанность, а право семьи. «Люди стали выступать против, и этот тезис убрали. Но я буду стараться, чтобы его вернули», — говорит он.

Иван Лобанов замечает: «Сейчас речь об обязательном дошкольном образовании не идет, но хочу сказать, что это действительно один из самых острых вопросов законопроекта. Мы готовы выслушать наших коллег, профессиональное сообщество, родителей и вместе прийти к какому-то оптимальному решению. По итогам первых обсуждений подходы существуют диаметрально противоположные — от обязательного до факультативного».

В то же время, по его словам, многие выражают опасение, что при обязательном дошкольном образовании у родителей будет отсутствовать возможность дать своему ребенку так называемое семейное образование. Хочу сказать, что это категорически не так. Возможность получения образования в семье останется при любых вариантах развития событий. Также в любом случае дошкольное образование было и останется бесплатным и общедоступным».

«Закон не мешает»

По мнению Виктора Садовничьего, есть направления доработки проекта: не вполне реализованы принципы, на которых настаивает ректорское сообщество.

Так, принцип академической свободы воплощен частично. Есть статья, посвященная автономии и академическим свободам образовательных организаций высшего образования, но она содержит только указание на то, что академические свободы устанавливаются в пределах данного законопроекта, и они распылены по законопроекту, а в специальной статье не указан даже основной принцип их формирования.

Принцип сбалансированности интересов, по оценке Садовничего, не развит в законопроекте, так как отдельные нормы распределены по всему тексту, нет их единства.

Если же говорить о конкретных замечаниях, то «надо точно определиться с уровнями образования», полагает ректор МГУ. «Я считаю, что в уровнях должен присутствовать специалитет: цепочка “бакалавр — специалист — магистр” очень важна».

Кроме того, по его словам, ректорское сообщество в своих предложениях прямо заявило, что необходимо восстановить начальное профессиональное образование: его исключение противоречит международной практике.

Далее. «Нужно сохранить академии, — замечает он. — Представляется необоснованным исключение из перечня образовательных организаций высшего профессионального образования академий и их перевод в разряд организаций дополнительного профессионального образования. Нам кажется, что этого не следует делать».

Кредитно-модульную же систему обучения следует понимать как дополнительную форму образования, но не основную, считает он.

Кроме того, по его мнению, вызывает большие сомнения положение, трактующее вопросы финансового обеспечения подготовки бакалавров и специалистов как зависимость норматива финансирования вуза от результатов ЕГЭ студента.

В новой версии закона, отмечает Садовничий, описана система контроля качества образования (саморегулируемые организации, зависимость бюджетных мест от результативности университетов, общественный контроль). Это положительный факт, но «возможно, в этом направлении стоит продолжить работу над законопроектом».

В законе, с его точки зрения, слабо прописана наука. «Есть отдельная статья, посвященная интеграции образовательной и научно-исследовательской деятельности в высшем образовании, в ней нет четкой программы их системного согласования. В статье представлены возможные инструменты для проведения научной деятельности организацией, но не инструменты интеграции образовательной и научно-исследовательской деятельности в высшем образовании».

По его мнению, надо уделить максимум внимания студенческой составляющей и равнодоступности образования. «Стипендия социально незащищенным категориям студентов очень нужна», — убежден Виктор Садовничий.

А вот мнение Ефима Рачевского: «Новый проект закона тоже дает возможность для свободного и продуктивного развития школы. Закон не мешает, я бы так сказал».

«Последняя итерация законопроекта, вывешенная на сайте 1 декабря, вполне читаема и хороша. Первый вариант состоял из 429 страниц, осталось только 230. Мне большинство его положений нравятся».

В документе нет острых, резких решений. «Новый закон окончательно ставит в легитимные рамки двухступенчатую систему бакалавриат — магистратура. Это не новость: Россия уже участник Болонской конвенции».

«После принятия в 2004 году закона ФЗ-122 школа была лишена права собственности, права держать свои деньги в кредитных учреждениях, — отмечает Рачевский. — То есть под воздействием других законов школа утратила экономическую свободу, которая была ей дарована законом «Об образовании» в 1992 году. Теперь новый законопроект вобрал в себя изменения, сделанные в законе ФЗ-83, право школы на автономию. Произошел возврат к возможностям 1992 года». И это, по мнению Рачевского, весьма позитивное явление.


ИЗБРАННЫЕ КОММЕНТАРИИ ИЗ ОБСУЖДЕНИЯ ЗАКОНОПРОЕКТА


МОО «За права семьи», 1 декабря, 17.13

Предлагаем добавить следующее:

«Родители (законные представители) вправе контролировать содержание образовательных программ, затрагивающих религиозное воспитание и образование несовершеннолетних, их половое воспитание и сексуальное просвещение. Несовершеннолетние участвуют в таких программах с письменного согласия своих родителей (законных представителей)».

Образование и воспитание в таких интимных областях, как половая и сексуальная жизнь, религиозное воспитание тесно связаны с религиозными и философскими убеждениями семьи. Семья, в согласии с нормами международного права, имеет право на то, чтобы образование, получаемое детьми, соответствовало религиозным и философским убеждениям родителей (ст. 2 доп. Протокола №1 к Европейской конвенции по защите прав человека и основных свобод). С учетом существующей негативной практики как в других странах, так и в России, необходимо прямо оговорить приоритетное право семьи в этой деликатной области.

Елена Владимировна, 5 декабря, 11.04

1. Необходимо либо вернуть тарифную сетку, либо установить базисный оклад. В любом случае расчет заработной платы учителя/преподавателя должен быть прозрачным и легко проверяемым.

2. Необходимо установить соотношение между зарплатой руководителя учебного заведения (включая надбавки и премии) и зарплатой рядовых сотрудников.

Ksenia Vakhrusheva, 25 января, 12.35

Одновременное существование степеней бакалавра, магистра и специалиста является попыткой синтезировать Болонскую систему и систему, существующую в России с советских времен. Подобная, синтетическая система не обладает преимуществами ни одной, ни второй, так как все три степени не имеют четкого разделения и, по сути, воспринимаются работодателем и российским законодательством как вариации квалификации специалиста. Следовательно, необходимо исключение степени «специалист» вообще.

Ksenia Vakhrusheva, 25 января, 3.21

Добавить:

«Государственное или муниципальное образовательное учреждение вправе предоставлять во владение и (или) пользование движимое и недвижимое имущество, являющееся государственной или муниципальной собственностью и закрепленное за ним на праве оперативного управления, на безвозмездной основе:

1) медицинской организации для медицинского обслуживания обучающихся и работников образовательного учреждения и прохождения ими медицинского обследования;

2) организации общественного питания для обеспечения обучающихся и работников образовательного учреждения питанием;

3) научной организации для ведения деятельности, соответствующей уставным целям образовательного учреждения».

Янусик.ru, 25 января, 12:22

Социальная стипендия является стимулом к учебе в вузе для многих нуждающихся студентов, поэтому нужно оставить ее в законопроекте.

Конькова Елена, 25 января, 11:28

К части 2.

В Российской Федерации устанавливаются следующие виды стипендий:

• стипендии Президента Российской Федерации и специальные государственные стипендии Правительства Российской Федерации;

• государственные стипендии для аспирантов и докторантов;

• государственные академические стипендии;

• государственные социальные стипендии;

• именные стипендии.

Владимир Борсук, 25 января, 10:59

К главе 4, статье 37.

В законе должен быть прописан минимальный размер академической стипендии. При том условии, что стипендия для большей части студенчества является единственным доходом и большим стимулом к хорошей учебе, ее необходимо повысить до прожиточного минимума. В видах стипендий выделить социальную стипендию. Что касается материальной помощи, то необходимо точно прописать определенный процент стипендиального фонда для этих целей (как в действующем законодательстве, 25% стипендиального фонда), также распространить ее и на аспирантов.

Пашкевич Игорь Леонидович, 20 января, 09:29

Размер государственных академических стипендий должен быть не менее МРОТ, и это положение должно быть прописано в данном ФЗ.

Utkonos, 2 декабря, 01:36

Считаю необходимым прописать, что «размер государственных академических стипендии должен быть выше прожиточного минимума для трудоспособного населения региона, в котором располагается» (учебное заведение. — Ред.). Сейчас аспирантская стипендия равна 1500 руб. Подумайте, как человек в Москве может прожить на эти деньги, если прожиточный минимум для трудоспособного населения г. Москвы в третьем квартале 2010 года был 9608 руб., согласно Постановлению Правительства Москвы от 16.11.2010 №1018-ПП.

Если говорить шире, то научные сотрудники также должны иметь зарплату в соотношении с прожиточным минимум плюс столько-то процентов от этого минимума. То есть аспиранты — это X+15% от X (надо дать возможность накопить какую-то сумму аспирантам, к тому же возраст у нас репродуктивный, вопрос о создании семьи очень жестко стоит). Младшие научные сотрудники — это X+30% от X, просто научные — это X+50%, старшие — +75%, ведущие — 2X, главные — 2,5X. При этом прописать доплату за ученую степень, то есть научный сотрудник, защитивший кандидатскую, будет иметь зарплату размером в двукратном размере от не защитившегося 2(X+30%), для докторов наук это трехкратная зарплата.

Смысл тут в том, чтобы человек имел стимул к науке и не думал о материальных сложностях. Ведь именно из-за низких зарплат и стипендий очень много талантливых молодых людей тратят свое научное время подрабатывая, порой незаконно, а многие просто покидают науку. Последние очень часто бывает у мужчин, достигнувших 27 лет, причины этого ясны.

Drive18, 1 декабря, 20:33

Предлагаю указать конкретный размер государственных академических стипендий и привязать его к МРОТ (минимальному размеру оплаты труда, 4330 руб.)

«Размер государственных академических стипендий, выплачиваемых за счет средств федерального бюджета, устанавливается на уровне 1 МРОТ» (нормальный социально-ориентированный уровень стипендии).

Владимир Убушиев, 25 января, 11:28

Глава 3. Статья 30. Необходимо добавить в часть 2 информационное обеспечение права обучающихся на перевод с платной формы обучения на бесплатную и изложить в следующей редакции: д) количестве вакантных бюджетных мест по образовательным программам, реализуемым в образовательной организации высшего образования и результатах перевода на эти места после каждой промежуточной аттестации обучающихся.

Владимир Борсук, 25 января, 10:59

К главе 4, статье 37.

В законе должен быть прописан минимальный размер академической стипендии. При том условии, что стипендия для большей части студенчества является единственным доходом и большим стимулом к хорошей учебе, ее необходимо повысить до прожиточного минимума. В видах стипендий выделить социальную стипендию. Что касается материальной помощи, то необходимо точно прописать определенный процент стипендиального фонда для этих целей (как в действующем законодательстве, 25% стипендиального фонда), также распространить ее и на аспирантов.

Пашкевич Игорь Леонидович, 20 января, 09:29

Размер государственных академических стипендий должен быть не менее МРОТ, и это положение должно быть прописано в данном ФЗ.

Utkonos, 2 декабря, 01:36

Считаю необходимым прописать, что «размер государственных академических стипендии должен быть выше прожиточного минимума для трудоспособного населения региона, в котором располагается» (учебное заведение. — Ред.). Сейчас аспирантская стипендия равна 1500 руб. Подумайте, как человек в Москве может прожить на эти деньги, если прожиточный минимум для трудоспособного населения г. Москвы в третьем квартале 2010 года был 9608 руб., согласно Постановлению Правительства Москвы от 16.11.2010 №1018-ПП.

Если говорить шире, то научные сотрудники также должны иметь зарплату в соотношении с прожиточным минимум плюс столько-то процентов от этого минимума. То есть аспиранты — это X+15% от X (надо дать возможность накопить какую-то сумму аспирантам, к тому же возраст у нас репродуктивный, вопрос о создании семьи очень жестко стоит). Младшие научные сотрудники — это X+30% от X, просто научные — это X+50%, старшие — +75%, ведущие — 2X, главные — 2,5X. При этом прописать доплату за ученую степень, то есть научный сотрудник, защитивший кандидатскую, будет иметь зарплату размером в двукратном размере от не защитившегося 2(X+30%), для докторов наук это трехкратная зарплата.

Смысл тут в том, чтобы человек имел стимул к науке и не думал о материальных сложностях. Ведь именно из-за низких зарплат и стипендий очень много талантливых молодых людей тратят свое научное время подрабатывая, порой незаконно, а многие просто покидают науку. Последние очень часто бывает у мужчин, достигнувших 27 лет, причины этого ясны.

Drive18, 1 декабря, 20:33

Предлагаю указать конкретный размер государственных академических стипендий и привязать его к МРОТ (минимальному размеру оплаты труда, 4330 руб.)

«Размер государственных академических стипендий, выплачиваемых за счет средств федерального бюджета, устанавливается на уровне 1 МРОТ» (нормальный социально-ориентированный уровень стипендии).

Владимир Убушиев, 25 января, 11:28

Глава 3. Статья 30. Необходимо добавить в часть 2 информационное обеспечение права обучающихся на перевод с платной формы обучения на бесплатную и изложить в следующей редакции: д) количестве вакантных бюджетных мест по образовательным программам, реализуемым в образовательной организации высшего образования и результатах перевода на эти места после каждой промежуточной аттестации обучающихся.

Колмогорова Наталья, 25 января, 11:01

К главе 14, статье 119, части 3.

Аспиранты, обучающиеся в аспирантуре по заочной форме обучения, имеют право на ежегодные дополнительные отпуска по месту работы продолжительностью 30 календарных дней с сохранением средней заработной платы.

К ежегодному дополнительному отпуску аспиранта добавляется время, затраченное на проезд от места работы до места нахождения аспирантуры и обратно с сохранением средней заработной платы. Указанный проезд оплачивает организация-работодатель.

Аспиранты, обучающиеся в аспирантуре по заочной форме обучения, имеют право соответственно на один свободный от работы день в неделю с оплатой его в размере 50% получаемой заработной платы, но не ниже 100 руб. Организация-работодатель предоставляет аспирантам по их желанию на четвертом году обучения дополнительно не более двух свободных от работы дней в неделю без сохранения заработной платы.

Аспирантам, обучающимся в аспирантуре по заочной форме обучения, предоставляются места в общежитии на период сдачи экзаменов и выполнения работ по диссертации.

Аспиранты пользуются бесплатно оборудованием, лабораториями, учебно-методическими кабинетами, библиотеками, а также правом на командировки, в том числе в высшие учебные заведения и научные центры иностранных государств, участие в экспедициях для проведения работ по избранным темам научных исследований наравне с научно-педагогическими работниками высших учебных заведений и научными работниками научно-исследовательских учреждений (организаций).

Александр, 25 января, 10:56

Система степеней сочетает несколько разных систем, и путаница не только сохраняется, но и усиливается. Получается, что у нас будут теперь:

1) степень: бакалавр;

2) полустепень: специалист;

3) степень: магистр;

4) степень: кандидат (куда?);

5) степень: доктор.

При этом статус этих степеней не определятся четко. Почему нельзя сделать систему понятной?

1) степень: бакалавр — человек, получивший общее высшее образование в рамках определенной науки (юрист — общее юридическое + общие дисциплины высшего образования, такие как философия; лингвист — общее лингвистическое, включая знание двух иностранных языков + общие дисциплины; инженер — общее техническое + общие дисциплины и т.д.);

2) степень: магистр — человек, получивший специальное высшее образование, то есть углубивший то, которое он/она получил/а в рамках бакалавриата. (Так, бакалавр юридических наук может поступить в магистратуру по уголовно-правовой специализации или по социологии права вместе с бакалавром социологических наук — список бакалавриатов, допускаемых к поступлению в магистратуру, должен определяться отдельным законом. А все остальные, которые хотят изменить вектор образования после бакалавриата, должны иметь возможность поступить на выбранную специальность даже с непрофильным бакалавром, но только по результатам оценки их возможностей специальной приемной комиссией.)

3) степень: доктор — человек, получивший степень магистра и желающий углубить свои знания при помощи самостоятельного изучения конкретной проблематики и проведения академической исследовательской (эмпирической) работы под руководством наставника (вопрос о зачислении в докторантуру должна также решать специальная комиссия, и специализация в данном случае играет еще меньшую роль, чем при поступлении в магистратуру, главное — это стремление, знания и способности соискателя).

4) степень: старший (почетный) доктор — степень, соответствующая современному российскому званию доктора наук. Так глупое наименование «кандидат» (куда? во что? в ученые? это издевка?) исчезает, а доктор получает две градации, чтобы сохранить потребность в исследовательской деятельности до самой старости и продолжать традиции Российской академии.

При этом «специалист» вообще исчезает постепенно. А бакалавр изучает свои науки за три года, магистр — за два. Таким образом, магистр + бакалавр = специалист в современном понимании этой степени. Тогда уравнивание этих степеней пройдет на формальном (так важном в нашей стране) уровне. Доктор исследует за три года (+ один-два года дополнительно, если на то есть основания). Старший доктор (или почетный доктор наук) занимается своей работой всю жизнь.

По крайней мере, такая система представляется логичнее, чем то, что есть сейчас: специалисты — это «недомагистры»; бакалавры вообще не котируются на рынке труда и считаются недообразованными, а их поступление в магистратуру откладывает получение «приличного» диплома еще на пару лет. В то же время специалисты стремятся в магистратуру, где им делать нечего.

3) бакалавриат + 2 магистратура = 5 специалитет.

Малиц Владимир Николаевич, 25 января, 10:48

5. В статье 146, части 2 перечислены виды организаций дополнительного образования детей. К сожалению, в этом перечне отсутствуют виды учреждений, существующие на сегодняшний день. Этим организациям придется менять всю учредительную документацию (устав, коллективный договор, внутренние локальные акты и т.д.), проходить процедуру смены названия, заново оформлять лицензию и проходить аккредитации, регистрацию во многих организациях. Все это приведет к неоправданной потере времени, труда и финансовых средств.

Предложение.

Необходимо оставить перечень видов организаций дополнительного образования детей в том виде, в каком он существует на сегодняшний день.

Марычева Ольга Сергеевна, 25 января, 10:44

Глава 3, статья 27, пункт 6. «Устав профессиональной образовательной организации и образовательной организации высшего образования (изменения устава и дополнения к нему) принимается общим собранием (конференцией) педагогических работников, научных работников, а также представителей других категорий работников и обучающихся этой организации…» дополнить: «представителей родительской общественности».

Быданцев Николай Алексеевич, 26 января, 21.14

Представляется нецелесообразным отнесение к числу образовательных организаций, реализующих основные образовательные программы высшего образования, колледжей (ст. 113 законопроекта). Это приведет, по сути, к снижению статуса вузов как образовательных организаций.

В этой же связи необходимо отказаться от правовой нормы, предусмотренной пунктом 3 части 2 статьи 139 проекта закона.

Здесь же необходимо отметить, что в законопроекте не раскрывается и не получает своего развития в дальнейшем понятие прикладного бакалавриата, впервые упоминаемого в части 2 статьи 113 законопроекта применительно к колледжам.

Shvets V.I., 5 декабря, 20.59

«7) систематически повышать свою квалификацию, профессиональный уровень»;

Занимаясь профессионально педагогической деятельностью, большинство педагогов автоматически повышают свою квалификацию, хотя бы на собственном нелегком опыте.

«8) проходить аттестацию на соответствие должности в порядке, установленном законодательством об образовании».

Нельзя требовать обязательного прохождения аттестации, аттестация должна быть исключительно делом добровольным. Необходимо убрать срок действия аттестации, в данное время ограниченный пятью годами. Инженер на производстве не защищает свой диплом каждые пять лет, и право на управление автомобилем мы не подтверждаем каждые пять лет.

galina0028, 3 декабря, 17:26

Узаконить пятидневную учебную неделю. Родители должны заниматься воспитанием детей, а не перекладывать все на плечи педагогов. Да и учителя тоже люди, дайте два законных выходных.


КОММЕНТАРИИ БИЗНЕСМЕНОВ


Константин Куличенко, генеральный директор компании Dev-House:

Для меня как для предпринимателя вопрос реформирования системы образования крайне важен. Именно новый закон заложит основу того, как будет решаться вопрос с кадрами на рынке труда в следующие пять — десять лет. Есть несколько моментов, на которых я хотел бы остановиться.

Во-первых, изменения, вносимые в систему школьного образования. Этот вопрос вызывает большие опасения. Если школьная программа будет изменена, как это сейчас предполагается, то в будущем нас может ждать серьезный кадровый кризис. Школа, по сути, закладывает фундамент, на котором затем зиждется высшее образование. Куда пойдут учиться вчерашние выпускники с минимальным багажом знаний, и пойдут ли вообще? На мой взгляд, эти изменения направлены на то, чтобы уменьшить количество специалистов с высшим образованием и увеличить количество работников со средним специальным образованием. Это никак не соответствует политике модернизации. Для того чтобы Россия стала инновационной державой, нужны в первую очередь высококвалифицированные кадры. А планируемая реорганизация школьной программы не способствует их появлению в перспективе.

Во-вторых, изменения системы высшего образования. В настоящий момент для выпускников большинства российских учебных заведений характерно наличие академических знаний. Такие знания необходимы для будущих научных работников. Однако основная масса выпускников не остается в вузах вести научную деятельность. При этом будущие специалисты со своей фундаментальной теоретической подготовкой не обладают никакими практическими навыками. Кроме того, если говорить, например, о сфере IТ, в которой мы работаем, то есть и другая проблема: система образования не успевает за развитием технологий. Вчерашние выпускники вузов не имеют представления о самых новых разработках. Например, мы работаем со свободными (открытыми) технологиями, в частности с платформами Intalio, Alfresco и другими, о которых мало кто из выпускников хотя бы что-то слышал. Незнание новых технологий приходится компенсировать, обучая вчерашних студентов прямо на рабочих местах. Такая ситуация плохо сказывается на зарплатах молодых специалистов и на их возможности найти работу сразу по окончании вуза: компании прекрасно понимают, что прежде чем они получат квалифицированного сотрудника, его придется обучать, тратя на это ресурсы компании.

Напоследок еще одна проблема, с которой мы столкнулись. Задача нашей компании — создание IТ-систем, которые повышают управляемость бизнеса клиента. Чтобы этого добиться, IТ-специалист должен иметь представление о построении бизнеса, процессах, которые происходят в компании, основных финансовых показателях и т.п. А этого у вчерашних студентов нет.

Для того чтобы решить описанные проблемы, я предлагаю взять за образец западную модель высшего образования. Я не говорю о его платности или бесплатности, а имею в виду организацию процесса обучения. Во-первых, введение обязательных предметов, которые необходимо изучать студенту любой специальности, и выборных дисциплин, по которым студент сам формирует программу обучения. Таким образом, будущий программист сможет прослушать курс по экономике предприятия, а при желании и более углубленный курс, например по маркетингу. Это даст ему необходимые для дальнейшей работы фундаментальные знания в области бизнеса. Во-вторых, введение обязательной производственной практики: студенты должны проходить практику не один раз на пятом курсе, а с третьего курса, когда они уже начинают изучать предметы по своей специальности. Такая мера позволит решить целый ряд проблем: поможет студентам приобрести необходимый опыт и применить полученные в вузе знания на практике. Также студенты смогут познакомиться с новейшими технологиями, широко используемыми в настоящее время. Таким образом, выпускник вуза будет не теоретиком, которого еще нужно обучать, а вполне подготовленным молодым специалистом. В-третьих, стоит подумать об установке плавающего срока обучения: не пять-шесть лет, а 8—14 семестров. Благодаря этому студент сможет проходить практику, допустим, в течение семестра, а предметы, которые он в этом семестре пропустил, изучать в следующем году. Наконец, нужно модернизировать процесс трудоустройства выпускников. Я думаю, что за это должен отвечать вуз, ведь именно то, сколько выпускников нашли хорошую работу по окончании вуза, и есть показатель его эффективности. В вузах необходимо создавать специальные отделы по взаимодействию с бизнесом, которые будут помогать студентам находить места для прохождения практики, трудоустраивать их. В частности, было бы эффективно предоставить возможность средним и крупным компаниям подавать заявки на молодых специалистов. Если вуз обеспечит первоначальный отбор, то компания сможет в течение года-двух корректировать процесс подготовки специалиста, наблюдая за его успехами. Подобное решение может значительно повысить процент студентов, трудоустроенных по профилю.

Конечно, в том или ином виде это есть и сейчас, но, на мой взгляд, такие меры должны быть закреплены законодательно и строго соблюдаться.

Антон Вивчар, директор департамента по внешним связям и стратегическому развитию НП «Совет производителей энергии»:

В России сегодня наблюдается серьезная нехватка технических специалистов. Сфера энергетики, к сожалению, не стала исключением. Сможет ли новый закон об образовании эту проблему решить? Мы считаем, что за техническими вузами необходимо сохранить право готовить специалистов в течение пяти лет. Переход на Болонскую двухступенчатую систему для нас неудобен вот почему: четыре года — это мало, так как пропускается важнейшая часть образовательного процесса — производственная практика. Магистры же после шести лет обучения не слишком охотно идут работать инженерами, если вообще готовы работать по выбранной специальности. Кстати, о работе по профилю: катастрофическая нехватка специалистов-инженеров усугубляется тем, что многие студенты сегодня, оканчивая вуз, теряют интерес к профессии, которую выбрали после школы. Сегодня четыре ключевых энергетических вуза — Московский энергетический институт Технического университета, Сибирский федеральный университет (Красноярский ГТУ), Уральский ГТУ, Ивановский ГТУ — выпускают порядка 1500 человек в год, из них в отрасль идет работать не более половины выпускников. Беспокоит и то, что университеты не слишком озабочены повышением престижа профессии, наоборот, профильные вузы открывают новые, непрофильные, факультеты. Полностью отсутствует механизм мотивации студентов — стипендия настолько крошечная, что уже с третьего курса студенты начинают работать не по специальности, и, получая заветный диплом, работать в энергетику идут лишь единицы. Мы считаем, что в новом законе необходимо уделить особое внимание сотрудничеству отраслевых вузов с будущими работодателями. В первую очередь речь идет об укреплении взаимосвязи теории учебных заведений и практики предприятий в части организации целевой подготовки. Мотивацию студентов можно повышать за счет организации совместных конкурсов и олимпиад, а также за счет обеспечения оплачиваемой производственной практики на предприятиях.

Валерий Андреев, заместитель директора по науке и развитию компании ИВК:

Пожалуй, главная проблема сегодня — качество выпускников, их профессиональной подготовки, уровень культуры мышления, да и просто культуры. Это системная проблема. Какие-то аспекты ее решения можно и нужно прописать в законе или в других нормативных документах. Но одной юридической стороны тут будет недостаточно. Ведь любой закон лишь закрепляет некоторую норму, но не может повернуть мировоззрение, запустить масштабный общественный процесс. Поэтому надо видеть проблему в целом и применить для ее решения разные инструменты: идеологические, пропагандистские, экономические и юридические.

Думаю, проблема качества образования гораздо глубже, чем недостаточное финансирование образования. Конечно, нищенские стипендии студентов и зарплаты преподавателей — это позор. Чтобы честно выполнять свою работу (одним учить, другим — учиться), обеим сторонам сегодня надо работать не просто с энтузиазмом, а с каким-то самоотречением. Конечно, есть блестящие студенты, умудряющиеся вопреки всему все-таки получить отличное образование, усвоить систему знаний, научиться думать, нередко они участвуют в серьезных проектах еще со студенческой скамьи. Но таких студентов очень мало, и стоит задуматься, каких результатов они смогли бы достичь, не будь искусственных препятствий. Но какую они видят перспективу? Может ли сегодня обеспечить достойную жизнь научная или преподавательская карьера (без взяток, написания статей и диссертаций на заказ, непосильных подработок и т.п.)? А если самые знающие и увлеченные будут уходить в бизнес или уезжать за границу, то как будет воспроизводиться наша система образования?

Если говорить не о приятных исключениях, то в образовании действует принцип: «Вы делает вид, что нам платите, мы делаем вид, что работаем». И вполне естественно возникает взаимная безответственность преподавателей и студентов. И те и другие могут, не чувствуя угрызений совести, плохо готовиться к занятиям и пропускать их, перевести зачеты и экзамены на коммерческие рельсы. Все это давно стало нормой!

Думаю, изменения должны быть направлены на формирование в образовании системы взаимных гарантий. Студент, который немало сил потратил, чтобы поступить в вуз, может быть, еще и взял кредит, должен не просто надеяться, что его чему-то научат. Он должен иметь право и возможность сосредоточиться именно на образовании, а также требовать, чтобы его учили качественно и дали уровень знаний, позволяющий сразу начать продуктивно работать по выбранной специальности. За несоблюдение условий нужна серьезная компенсация, тут должны, вероятно, применяться какие-то схемы страхования рисков. Получая лицензию на образовательную деятельность, вуз должен гарантировать государству уровень подготовки специалистов, а государство — организовать независимый контроль. Иначе многочисленные «университеты и академии всех наук и искусств» превращаются в какие-то конторы по торговле «корочками». И их выпускники заполняют рынок труда, формируя его статистическую норму.

Ольга Серебрянная, специалист департамента маркетинга и подготовки продаж, преподаватель учебного центра DATA+/Esri CIS:

Необходимо привести студенческую стипендию в соответствие хотя бы минимальному прожиточному уровню. В настоящее время практически всем студентам приходится подрабатывать. Конечно, это очень хорошая практика, если, например, студент-медик сразу начинает работать в больнице и параллельно с учебой в вузе осваивает специальность и на практике. Но, к сожалению, не у всех получается с самого начала найти работу по специальности, поэтому работа происходит в ущерб учебе. С другой стороны, преподаватели понимают, что на стипендию 1000—1500 руб. в месяц прожить невозможно, особенно иногородним студентам, которым приходится жить в общежитии далеко от родителей, и поэтому достаточно снисходительно относятся к студентам, которые не могут из-за работы в полной мере посвящать себя учебе. В итоге мы получаем огромную армию дипломированных специалистов-недоучек.

Евгений Бойчук, генеральный директор школы дистанционного образования goFLUENT в России и СНГ:

Дистанционное обучение — одно из важнейших направлений развития мирового образования в данный момент. В новом законе дистанционному образованию отводится довольно скромная роль. Это будет способствовать закреплению текущего отставания от мировых процессов в обучении и оторванность от реальной ситуации школьного и вузовского обучения в России.

Закон не отражает существующих потребностей общества в сфере дистанционного образования. В условиях глобализации, ускорения потоков информации и развития технологий требуется наличие наиболее конкурентоспособных знаний и навыков. Например, если студент в процессе обучения в высшем учебном заведении получает современную информацию, ему не придется переучиваться после начала профессиональной деятельности.

Современный мир стал глобальной деревней, где не существует былых границ и расстояний между континентами и странами. Интернет и другие способы коммуникации являются важными средствами передачи информации, в том числе и в образовании. С их помощью школьники и студенты могут получить доступ к актуальным знаниям. Например, школьникам, изучающим иностранные языки, будет легче эффективно использовать свои знания на практике, если в процессе обучения с использованием дистанционных технологий они получат возможность общаться с носителем языка из страны изучаемого языка. Внедрение дистанционного обучения в вузе позволит студентам получить доступ к мировому опыту. Так, лекции по маркетингу может проводить преподаватель из ведущего зарубежного университета или специалист крупной компании с международным именем. В данный момент российские школы, средние учебные заведения и вузы в значительной степени отстают в использовании современных технологий дистанционного обучения.

В данном законопроекте дистанционному обучению отводится вспомогательная роль. Закон не определяет формы дистанционного обучения, его потенциал не используется в полной мере, в то время как дистанционные занятия с преподавателем могут быть самостоятельной формой обучения, а самостоятельные занятия на специальном учебном портале или сайте дополняют обучение, способствуя закреплению пройденного материала.

Невнимание к дистанционному обучению и его возможностям может привести к тому, что несмотря на новый закон российское образование останется на устаревших позициях.

Анна Жаркова, заместитель генерального директора по развитию государственных и общественных программ ABBYY:

Одной из ключевых проблем, требующих комплексного решения, является оторванность учебных программ от практических задач, которые выпускникам предстоит выполнять после окончания школы/вуза. Прежде чем определять учебные планы и количество подготавливаемых специалистов, необходимо сопоставлять запросы рынка — как научных центров, так и коммерческих компаний. К сожалению, пока выпускники, приходя на работу, вынуждены учиться почти с самого начала, так как полученные ими знания в вузах исключительно теоретические.

Уже сейчас, не дожидаясь изменения закона об образовании, некоторые компании, заинтересованные в подготовке хороших специалистов, сотрудничают с профильными вузами. В частности, ABBYY в 2006 году открыла в МФТИ кафедру, где преподают ведущие специалисты компании и приглашенные эксперты, ученые. Лучшим студентам предлагается пройти практику в компании, принять участие в работе над реальными проектами. Некоторым из них потом предлагают работу в команде.

Молодые специалисты, получившие такой опыт, гораздо проще находят интересную работу и оказываются более востребованными. Хотелось бы, чтобы в новом законе об образовании больше внимания уделялось областям знаний, имеющим прикладное значение.

Юлия Зырина заместитель генерального директора по персоналу ЗАО «Агро Инвест»:

Что мы имеем сейчас? Министерство образования и науки РФ и межведомственная рабочая группа подготовили текст законопроекта, который должен пройти широкое общественное обсуждение.

Обсуждается проект и на плановых мероприятиях, организуемых Министерством образования и науки РФ, и региональными органами управления образованием, на педсоветах, парламентских слушаниях в Госдуме РФ и Совете Федерации, на других площадках. У участников обсуждений, а это, как правило, люди, имеющие непосредственное отношение к системе образования — учителя, преподаватели, родители, учащиеся, есть немало претензий и замечаний к этому законопроекту.

Некоторые из них: излишняя регламентация в сфере образования, тенденция к бюрократизации, необоснованное сужение творческой составляющей; не прослеживается преемственность с действующим Законом «Об образовании»; несогласованность и противоречивость отдельных норм и целых статей, много деклараций и неприменимых на практике положений; предложенные нормы удобны управленцам, но мало что дают учителям, преподавателям, учащимся, студентам, работодателям; предусмотренные изменения в наименованиях высших учебных заведениях могут привести к массовой реструктуризации образовательных учреждений высшего образования; большую озабоченность вызывает судьба учреждений и всей системы начального профессионального образования, так как исключается само понятие начального профессионального образования; очень туманным выглядит возможность организации электронного обучения; недостаточно прописаны права и обязанности субъектов образовательного процесса; нет механизма обеспечения качества образования, процедуры аккредитации и лицензирования также не оказывают никакого влияния на качество образования; ликвидируются льготы при поступлении в высшие учебные заведения для инвалидов, сирот и резко сокращается социальная составляющая образования — социальные стипендии, материальная помощь нуждающимся студентам и их оздоровление.

Разработчики проекта заявляют, что они открыты для диалога, готовы принимать замечания и предложения, обсуждать их и вносить в проект. Я считаю, нам необходимо активно пользоваться этой возможностью, так как данный законопроект прежде всего отразится на нас и наших детях.

В настоящее время рассмотрен целый ряд принципиальных поправок, которые необходимо внести в законопроект. Значительная их часть касается дошкольного образования. В частности, будет ли оно обязательным или нет? На этот счет в среде экспертов существуют различные мнения, но дискуссия идет только вокруг формы такого образования. В любом случае ребенок обязательно должен пройти дошкольную подготовку, а где именно — в детском саду, в семье, в центрах дополнительного образования — это должны решать родители. Эксперты же предлагают ввести формы дошкольной подготовки смешанного типа, когда в воспитании ребенка тесно сотрудничают профессиональные педагоги и родители.

Что касается обучения в средней школе, то необходимо четко определить ежедневную максимальную нагрузку на учащегося, предусмотреть возможность психолого-педагогической и медико-социальной помощи в школе для любого учащегося.

Нельзя, на мой взгляд, отказываться от начального профессионального образования и приравнивать колледжи к институтам. Предполагается, что по новому законопроекту и те и другие будут готовить бакалавров, обычных и прикладных. Это может не только снизить уровень образования в России, но ухудшить социальную обстановку в стране, превратив институты в ПТУ.

Впрочем, раз внесение законопроекта в Госдуму отсрочено, есть надежда, что хотя бы часть предварительных замечаний в итоговом варианте будет учтена.

Антон Захаров, заместитель директора по персоналу и коммуникациям ООО «Эй Джи Си Флэт Гласс Клин»:

Начнем с того, что в России необходимо сформировать своеобразное «учебное партнерство». Организации могут оказывать влияние на всю цепочку образования будущих кадров, начиная с дошкольного учреждения, закачивая вузом или средним профессиональным образовательным учреждением. То есть способствовать выбору специализации и подготовке опытных перспективных сотрудников начиная с самого раннего возраста. Конечно, в данном случае таким организациям необходима государственная поддержка в области предоставления налоговых и прочих льгот. Иными словами, освобождение предприятия от налогового бремени будет способствовать улучшению материальной базы всего партнерства такого типа. Таким образом, организация будет участвовать в повышении качества образования, что и является конечной целью нового законодательного проекта. Благодаря такому взаимодействию будут удовлетворены все заинтересованные стороны партнерства: организации будут получать квалифицированные кадры, школьники и студенты при должном усердии получают уверенность в своем перспективном трудоустройстве, а уровень безработицы в стране снизится.

Такие партнерские цепочки должны быть сформированы по всей стране. Необходима локализация профессионального образования в соответствии с распределением организаций и корпораций, так как в разных местах в зависимости от специализации ближайшего предприятия могут быть востребованы совершенно разные профессии. Таким образом, необходимо провести анализ на местном уровне (на уровне муниципалитета) наиболее востребованных профессий, после чего организовать профессиональное учебное учреждение, заточенное под конкретные предприятия. Мы видим отличный пример выгодной инвестиции: предприятия участвуют в развитии образовательных учреждений, получая взамен квалифицированных сотрудников. Такие учебные центры смогут служить учебной базой для предприятий не только с точки зрения профессионального обучения, но и для повышения квалификации. А совместно созданную материально-техническую базу и инфраструктуру этих центров предприятия региона смогут использовать для иных, более специальных целей — семинаров, тренингов и конференций. Действительно, если предположить, что ряд соседствующих друг с другом предприятий инвестируют средства в развитие учебного центра не каждый отдельно, а совместно, то с уверенностью можно вести речь об эффективности таких вложений и их выгодности для каждого из участников. И при государственной и бизнес-поддержке подобных проектов вполне уместно будет говорить об оправданности столь модного явления, как частно-государственное партнерство.

Еще один важный аспект — подготовка педагогических кадров. Особое внимание необходимо уделять актуализации их специальных знаний, ведь многие преподаватели, несмотря на свою опытность, преподают по учебным материалам, которые давно утратили актуальность. Необходимо регулярно повышать квалификацию преподавателей, предоставляя им возможность на практике знакомиться с современными и инновационными решениями, применяемыми в производственных процессах. Эффективнее всего этого можно добиться через партнерство с предприятиями, так как они заинтересованы в улучшении и развитии материально-технической базы университетов и образовательных центров для повышения качества образования.

При таком тесном взаимодействии между учебными центрами и предприятиями у организаций появится возможность заниматься планированием карьеры своих сотрудников-профессионалов, предоставляя возможность карьерного роста и перехода в сферу образования с соответствующим переобучением. Это повлияет на повышение престижа преподавателя, ведь после периода накопления знаний в школе и университете и приобретении практический знаний на предприятии наступает период необходимости передачи этих знаний и накопленного опыта молодому поколению. Конечно, это начинание должно поддерживаться на государственном уровне, чтобы специалисты, переходящие из профессиональной сферы в область обучения, были уверены в том, что они не потеряют в зарплате на новом для себя и крайне востребованном обществом поприще.

Мы уже начали развивать такое направление в нашей деятельности: нашли несколько точек соприкосновения с Российским химико-технологическим университетом им. Д.И. Менделеева. И у этого направления сотрудничества, по моему глубокому убеждению, есть многообещающее будущее, благодаря внедрению в этот процесс современных информационных технологий и средств коммуникации. В заключение хотелось бы отметить: закон об образовании должен обращать особое внимание на реформирование профессиональной подготовки воспитателей, учителей и преподавателей. Далеко ходить не нужно — есть, например, европейский передовой опыт. Главное, что необходимо сегодня — это государственная поддержка системы подготовки педагогов, привлечение талантливых выпускников школ в педагогические вузы, предоставление им государственных гарантий. Наблюдая за ростом рождаемости в последние два-три года, скажу: еще есть время для реформ, но его становится с каждым днем все меньше и меньше. Ведь вложение средств в систему образования — это инвестиции в будущее страны, это определение ее места и роли в мире. И уже пора осознать, что это место — в первой тройке, а роль — ведущая.

Владимир Некрасов, генеральный директор компании Contour Components:

В нашей стране наука и образование разделены, а надо их объединить. Большое количество так называемых НИИ на самом деле превратились в коммерческие организации. Они как любое ООО конкурируют на рынке, но одновременно зарабатывают на аренде, получают финансирование. Смысла в этом нет. Их нужно приватизировать. А ученых переместить в вузы, чтобы они там вместе со студентами двигали науку, одновременно обучая будущих ученых.

В новом законе появился новый тип вуза — Национальный исследовательский университет. Это интересно. Но что это такое — непонятно. Особенно непонятны источники финансирования таких организаций и их место на рынке.

Принимая на работу студентов, мы смотрим не столько на название университета, сколько на то, где студент работал во время учебы и чем он занимался. Замечено, что если он не работал программистом, то он не программист никакой, невзирая на диплом. И толк от него будет не раньше, чем через пару лет. Это легко объяснить. Знания устаревают в некоторых отраслях быстрее, чем вы успеваете ими овладеть. Это сопромат можно изучить однажды и преподавать всю жизнь. Информационные технологии невозможно изучить, не разрабатывая и не внедряя их. Откуда преподаватель может получить знания, например, по Business Intelligence? Из книг, статей, документации и рекламных материалов производителей. Книги содержат описание старых версий, их пишут не те, кто создает продукты или решения. Они содержат заведомо устаревшую информацию, да к тому же, как правило, не из первых рук. Статьи, рекламные материалы всегда содержат в себе маркетинговую составляющую, и в большинстве случаев в них не раскрываются коммерческие секреты, то есть самая «вкуснятина» засекречивается. Документация дает общее представление о технологиях, но не опыт и не знания. Новейшие идеи, технологии будущих двух-трех лет вообще не публикуются никогда. И вот какие казусы происходят. Наши сотрудники-студенты иногда пишут курсовые и дипломы по материалам проектов, в которых они участвуют. Эти курсовые у них перехватывают преподаватели, чтобы научиться чему-то новому, а иногда и написать методичку. Вот почему государство не должно финансировать и создавать просто исследовательские институты. Это разбазаривание ценного опыта. Нужно их обязательно объединять с учебными заведениями, чтобы преподаватели были одновременно практиками, учеными, а студенты участвовали в реальных проектах.

Мне приходилось участвовать в обсуждении закона, предоставляющего вузам права коммерциализации интеллектуальной собственности. Оказывается, есть закон, по которому вузы могут создавать коммерческие предприятия, вкладывая в их уставный капитал свои изобретения. На этих предприятиях могут работать студенты и преподаватели. Все обсуждение в Совете Федерации сводилось к требованиям дать право сдавать таким предприятиям в аренду свои площади на льготных условиях. То есть получать рыночные преимущества перед частными предприятиями, не участвовать в конкуренции. Лично я из этого сделал один простой вывод. Если точно и четко не вписывать научные и учебные заведения в общую рыночную среду, то будут создаваться кормушки, в которых можно жить, не трудясь в поте лица и не создавая никакой науки и никакого полезного рыночного продукта. С этой точки зрения Национальный исследовательский университет, слабо описанный, недоопределенный, представляет опасность и для науки, и для образования, и для свободного рынка. Нужно это прописать подробней.