Эффект бабочки Парфенова


Александр ПОЛЯНСКИЙ

Выступление Леонида Парфенова «Сегодня был в больнице у Олега Кашина…» — это акция протеста или политтехнологический проект?

Леонид Парфенов долгое время — после сюжета про вдову Яндарбиева в эфире НТВ и увольнения с этого «газпромовского» канала — был персоной нон-грата на телевидении. С Парфеновым отказывались сотрудничать даже дециметровые телестанции. В этом смысле ничего удивительного в том, что он выступил с подобной — обвинительной по отношению к российскому телевидению и политическому режиму — речью, нет.

Остается «условно осужденным» он и сегодня, несмотря на программу, выпускаемую на Первом канале по некоему специальному разрешению. Трудно даже предположить, с фигурой какой «высоты» генеральный директор Первого канала Константин Эрнст согласовал сотрудничество с Парфеновым. Поэтому директор информационного вещания Первого канала Кирилл Клейменов обвинил Парфенова в том, что он повел себя непорядочно по отношению к Эрнсту.

Тем не менее программа Леонида Парфенова «Какие наши годы!» вышла на канале в положенное время. Понятно, что существуют коммерческие договорные отношения. Однако значение «политического преступления» Парфенова совершенно перекрывало такие «мелочи», как обязательства. За значительно более мелкое прегрешение Парфенов был изгнан с ТВ на долгие годы.

Но сейчас было принято решение забыть о происшедшем — как будто ничего не было, в духе репортажа того же Первого канала с церемонии вручения премии имени Владислава Листьева. А «начальству» представить дело так, что выступление случилось под влиянием эмоций от посещения Олега Кашина и интервью с ним. Так ли это?

В выступление под влиянием эмоций невозможно поверить: Парфенов — мастер высочайшего класса, текст явно выписан загодя до последней запятой, и даже форма выступления — по бумажке, со сбившейся на бок бабочкой — играла роль. Довольно очевидны и параллели со знаменитым выступлением американского телеведущего Эдварда Мюрроу против маккартизма.

К тому же был выбран совершенно определенный политический момент: фактически начало выборного цикла. Уже сегодня определяются фундаментальные условия вхождения в этот цикл, формируются «партии» и их лозунги. Разве выступление Парфенова имело бы сегодняшний политический резонанс, случись оно полгода назад?

Леонид Парфенов, всегда декларировавший свою «неполитичность», повел себя как тонкий политик.