Виктор КОЛЕСНИКОВ: у России нет завтра без инновационного образования

Текст | Николай СТЕПАНОВ
Фото | Наталья ПУСТЫННИКОВА, из архива В. КОЛЕСНИКОВА

Виктор Алексеевич Колесников, директор одного из ведущих учебных заведений по подготовке учительских кадров Иркутской области — Иркутского государственного педагогического колледжа №1, не только педагог и менеджер образовательной сферы, но и известный российский эксперт по социально-философским проблемам образования. Эту свою ипостась Виктор Колесников считает принципиально важной — ведь именно она дает ему возможность осмысливать образовательный процесс в широком контексте, что имеет огромное значение в нынешнюю эпоху перемен.

— Виктор Алексеевич, как получилось, что вы стали не просто педагогом, а философом образования?

 

— Я по образованию историк. Вернее, сначала в нашем учебном заведении, тогда Иркутском педагогическом училище №1, получил подготовку по специальности «учитель начальных классов». А потом уже учился на истфаке МГПИ им. В.И. Ленина.

Вернулся в родное училище преподавателем — вел исторические, обществоведческие дисциплины, педагогику… Позднее два года проходил дополнительную историко-обществоведческую подготовку в Центральном институте усовершенствования учителей в Москве.

Став одним из руководителей училища, увлекся методологическими проблемами образования и занялся в МГПИ соответствующей научной работой — под руководством знаменитого советского и российского теоретика образования академика РАО Виталия Александровича Сластёнина. Потом развивал свои исследования в плане более широкого философского осмысления проблем образования. Докторскую готовил и защищал уже в Иркутском государственном университете. Это вуз с яркой, самобытной социально-философской школой.

И сегодня я стараюсь быть «в контексте». Постоянно участвую в гуманитарных конгрессах у нас в Сибири, в Москве, в Санкт-Петербурге. Например, Санкт-Петербургский гуманитарный университет профсоюзов регулярно проводит чтения, посвященные памяти Д.С. Лихачева — участия в них нужно еще удостоиться за подготовленную для этих чтений научную работу. Чтения возглавляет ректор университета, прекрасный гуманитарный мыслитель, председатель исполкома общественной организации питерской интеллигенции академик РАО Александр Сергеевич Запесоцкий. Я три года принимаю участие в этих чтениях. Регулярно участвую также в форумах по глобалистике в МГУ, в других известных социально-философских и политологических форумах…

Я, думаю, неспроста вышел на социально-философский уровень осмысления проблем образования — это было закономерным развитием моего научного поиска. Философский взгляд дает возможность работать на опережение, не чувствовать себя запертым в текущей ситуации, видеть не только сиюминутные меры и прагматические направления. Это взгляд со стороны, взгляд далеко вперед… Он позволяет смотреть на проблему в разных контекстах, в ретроспективе и перспективе одновременно…

Если мы плывем в лодке по реке, мы не можем отследить скорость этой лодки и характер движения. Мы можем сделать это только стоя на берегу — такую возможность дает философия. Она позволяет оценивать всю картину и видеть глубже.

— Особенность вашего положения в системе образования — это взгляд и из лодки, и с берега…

 

— Совершенно верно. Причем мой пример оказался заразительным.

Два моих заместителя также выбрали философскую научную специализацию. Это заместитель по информационным системам и заместитель по воспитательной работе, осознавший, что название его должности с тем смыслом, который вкладывался в словосочетание «воспитательная работа», в современных условиях — самый настоящий анахронизм.

Потому что сегодня, в условиях информационного, постиндустриального, индивидуализированного общества социализация молодого человека происходит иначе — она происходит не в школе, не в школьном коллективе, хотя и с участием школы. Социализация происходит в основном индивидуально, «автономно» и в социальных группах: национальных, религиозных, возрастных, группах по интересам…

Мы наблюдаем массовую индивидуализацию социума, которая ведет к разобщению индивида и коллектива. Неслучайно социологи бьют сегодня тревогу по поводу того, что индивидуальное наше «я» все более и более одерживает верх над коллективным «мы». А это чревато крушением существующих общественных отношений. Школа может дать молодому человеку социальную грамотность, основы социальной образованности, но отвечать за его социализацию уже не может…

Радикально меняется характер взаимодействия педагога и ученика, и этот характер подразумевает новое содержание образования. Мы уходим от авторитаризма учителя, учитель более не является для ученика безусловным авторитетом, в современном информационном пространстве педагог перестает быть единственным вещателем истины.

Функция учителя другая: соразмышление наставника с учеником, обучение принципам, способам ориентации в современных информационных потоках, в современном мире, формирование ценностной ориентации. И актуальна сегодня — способность осмыслять, перерабатывать информацию, рождая новое, уникальное по сути знание, позволяющее быть впереди, формировать новые мировоззренческие идеи, жизненные смыслы и ценности как «стержень», программу осознанного самостроительства, самосозидания. Именно такое наставничество, а не обучение основам той или иной предметной области, как было принято ранее, — главная функция учителя, именно на это он должен быть нацелен в первую очередь, инициируя начальное самодвижение молодого человека.

Учитель должен ставить перед учеником проблемы, быть его первым или одним из первых Вергилиев в современном глобальном информационном и социальном пространстве, в которое ученик погрузится без всякой помощи учителя. В этом позиция учителя будет выигрышной — он более к этому подготовлен. Чрезвычайно важным становится то, через какие «очки» смотрит педагог на мир и образовательный процесс в нем — традиционно-стериотипные или позволяющие видеть свершившиеся и продолжающие принципиально меняться внешние социальные реалии…

То, насколько представления о жизни в современном мире, его ценности будут учеником восприняты, зависит от характера взаимоотношений учителя и ученика. Это — центральный, узловой вопрос современного образования.

— Который национальный проект «Образование» фактически не затронул…

 

— Я бы сказал, затронул лишь отчасти. Национальный проект высветил адреса-маяки, сильные учебные заведения, он выделил системных реализаторов преобразований в образовательной сфере, дал стимул творческому процессу, воздух для творцов. Это очень важно — но это только начало.

Сегодня необходим перевод отдельных образовательных инноваций, начатых национальным проектом, на уровень качественных системных преобразований. Преобразований, учитывающих, что образование в ХХI веке — это не только обучение и воспитание, передача социального опыта от одного поколения другому, накопление знаний, социализация индивидов, формирование нужных данному этапу развития общества отдельных личностных качеств, а уже нечто большее, по духу и предназначению принципиально новое…

Важно без проволочек двигаться дальше, не отвергая, но критически оценивая и осмысливая сделанное. Вот есть пресловутый ЕГЭ. Это важный шаг на пути формирования социальных лифтов в нашем обществе, универсализации оценки качества работы образовательных учреждений по определенным параметрам.

Но ЕГЭ — это измеритель. А что он измеряет? То ли, что требуется измерять? Как он соотносится с главнейшими проблемами, которые должно решать образование сегодня? Как с ними соотносятся не менее пресловутые образовательные стандарты?

На самом деле с помощью ЕГЭ мы осуществляем всеобщие измерения осведомленности учеников в той или иной сфере знания. Этот нужный, но вспомогательный для образования процесс мы превращаем в главный. А усилия наши должны быть направлены сегодня на иное — на поднятие интеллектуального и организационно-осмысленческого уровня решения сложнейших образовательно-социальных а не учебно-воспитательных проблем. Мы не тем заняты сегодня.

— Эти проблемы связаны со становлением в человеке личностного начала?

 

— Совершенно верно! Огромная проблема современного общества — потребительского общества, общества невиданных достижений научно-технического прогресса, широчайших возможностей получения материальных благ, удовольствий для всех, и при этом кризиса семьи и традиционных сообществ, одиночества — отсутствие у человека духовного «скелета», бездуховность.

Личностное начало тесно связано с креативным, творческим началом. Президент России Дмитрий Анатольевич Медведев в своей знаменитой статье «Россия, вперед!» говорит о важности приобретения инновационных черт российским обществом. Но общество не может быть инновационным, если мы закладываем в молодого человека стандартный набор знаний и навыков. Следовательно, самый главный вопрос создания инновационного общества в нашей стране — это вопрос создания адекватной системы образования.

Инновационность образования — это постоянная готовность приобретать новые знания и навыки, креативность, способность перманентно меняться. В такой системе сам учитель должен быть ярким, неординарным, личностно убедительным.

И другое важное обстоятельство: воспитание креативности — это индивидуальный процесс. Его невозможно воспитывать массово или в группах, пусть даже небольших.

Современная экономика зиждется на креативности и нестандартности, на интеллектуальном и предпринимательском творчестве. Прививает ли современная российская школа, да и вся система образования, навыки такого творчества? Ответ почти очевиден…

Как же мы получим инновационное общество, когда система образования у нас отстает, а то и стагнирует?

Мы много говорим о проблеме образования, но у нас до сих пор в понимании его на всех уровнях господствует советский технократизм. Общество, чиновники не знают, что такое образование с точки зрения мировой гуманитарной традиции, достижений современной социально-гуманитарной мысли.

Еще Гегель в «Философской пропедевтике» писал, что образование — это образовывание человека, индивида, личности. Мы же по-прежнему говорим об образовании как о многознании, причем многознании преимущественно технократическом.

Такое образование было актуально для эпохи массированной индустриализации, индустриального соревнования держав — но давно уже утратило актуальность… Индустриализм с его коллективизмом, «омассовлением» сменился постиндустриализмом с его выраженной индивидуализацией людей. А соревнование держав в производстве тех или иных видов продукции — кооперацией и конкуренцией за экономическое и политическое влияние.

Но наше образование по-прежнему строится по схеме: преподаватель пришел, дал знания, ушел… Занавес.

Я уже не говорю о тоталитарном наследии отечественного образования — о массовом промывании мозгов, пропаганде, которые по-прежнему сильны, вместо знаний о мире, миропонимания, постижения себя в мире.

Получается, что мы в сфере образования отстаем от остального мира уже на несколько шагов. Это отставание нужно преодолеть, что называется, с опережением, с учетом новых вызовов, возникающих перед человеком и человечеством.

Например, всеобщий кризис рацио — он пока еще плохо осмыслен не только в нашей стране, но и в мире. У нас в колледже была делегация Всемирного философского конгресса — мы красиво оформили зал, обновили в рекреациях стенды по ценностным ориентирам для человечества в условиях современного глобализирующегося мира. «У вас, — говорят приезжие философы, — нет одной ценности — рациональности». «Это не у нас ее нет, — отвечаю, — ее больше вообще быть не может в прежнем, чистом виде!»

Перефразируя Ницше, можно сказать, что рациональный человек, который уже начал считать себя богом, «мертв», перестал существовать. Уверенность человека в современном мире, убежденность в том, что он если не все, то почти все контролирует, улетучилась.

Современный человек чувствует, что реальность — как вода, он не может ее ухватить, ее контролировать, он в состоянии только к ней приспособиться. Возрастает тревожность человека, неуверенность в завтрашнем дне; но оборотная сторона этой тревожности — вызов состоятельности личности, который мобилизует ее творческие качества, предприимчивость.

Уменьшается уверенность и наших властей. Раньше Дмитрий Медведев в своих посланиях Федеральному собранию выражал убежденность в том, что у России есть собственное завтра, сегодня он поставил это под вопрос. Ответ на него зависит от того, что будет происходить с нашим образованием.

Образованию срочно необходима мощная гуманитарная прививка. Происходит кризис человека логического, кризис картины мира, человеческой соразмерности. Потому что это картина во многом естественнонаучная, она неадекватна сложности современного мира.

Современный человек социально необразован. В результате НТП работает против него. И образование зачастую развивается в русле такого антигуманного по своей сути прогресса…

Это общемировая проблема — не только наша. Но это не значит, что мы должны сидеть сложа руки и ждать, когда ее решат за рубежом, чтобы потом заимствовать их опыт.

Гуманитарность — основа для трансформаций человека в меняющемся мире, дающая возможность учесть все эти противоречивые моменты. Это фундамент для создания новой человеческой культуры!

Кроме того, сегодня актуально новое насыщение разума — единение разума и веры. Это очень важно: когда прежний опыт не помогает, вера удесятеряет силы. Все эти обстоятельства должна учитывать новая модель образования.

И самое главное — концепция образования должна основываться на понимании современного общества и учитывать его высокую изменчивость в современных условиях. Мы не научились «видеть невидимое» — понимать реальные общественные процессы и векторы.

Помню, в начале 80-х годов — я преподавал тогда историю партии — вышла статья Андропова, только-только ставшего генеральным секретарем ЦК КПСС «Учение Карла Маркса и некоторые вопросы социалистического строительства в СССР» — по случаю столетия со дня смерти Маркса. Он выдвинул там сенсационный тезис: мы плохо знаем общество, в котором живем. Это вызвало настоящий фурор в обществоведческих кругах: как это, мы плохо знаем общество? Но Андропов сказал правду…

А сегодня мы вообще не знаем общество, в котором живем — ни российское, ни глобальное, не понимаем, как оно будет развиваться дальше.

— И фурора по этому поводу никакого нет…

 

— Фурора нет, ответственные организации молча продолжают свою деятельность, во многом странную и непродуктивную. Ведь невелика цена тем прагматическим решениям, которые принимаются без понимания общественных процессов — а понимания такого, повторю, нет и близко. И практика показывает тщету усилий весьма красноречиво…

Социум сильно изменился, продолжает быстро меняться буквально каждый год. А мы пытаемся найти ответы на новые вопросы в нашем прежнем опыте, не видя, не вычленяя при этом новых факторов, изменивших социальную реальность и воздействующих на людей, на общественные отношения.

Итак, сегодня от образования требуются уникальные, а не стереотипные знания и навыки, уникальные личности — как учителя, так и ученика, требуется овладевание человека механизмами непрерывного образования. Потому что ему придется образовываться, обновляться на протяжении всей жизни. А не так, как раньше: один раз научили, и этих знаний хватало до конца дней.

Я не устаю подчеркивать на всех уровнях, что образование — это не только и не столько процесс. Это прежде всего способность, свойство взрослого человека — то есть человека, который в состоянии мыслить самостоятельно, действовать созидательно, индивидуально-авторски!

Оно начинается с рефлексии, принятия самостоятельных решений, проявляется в выборе, определении своего места в жизни. У Николая Бердяева в «Самопознании» есть удивительная мысль: каждый человек должен пройти через испытание свободой, через отторжение соблазнов свободы. В современном мире это так актуально!

Очень важно помнить и о том, что помимо формального образования существует и неформальное — то есть образовательная, информационная среда, среда общения, воздействие на человека самого образовательного дизайна. Они не менее важны, чем содержание образования как таковое, потому дизайну образовательной среды также нужно уделять внимание.

— Ведь школа — прежде всего социальный институт, в котором фокусируются социальные связи на определенной территории или в рамках той или иной социальной группы.

 

— Да, это один из базовых социальных институтов. Однако разработчики концепций образования в эту сторону не смотрят: по-прежнему господствует отраслевой подход — я бы сказал, мелкорецептурный…

Мы сегодня делаем только первые попытки в понимании школы не только как обучающе-воспитательного учреждения, но как важнейшего социального института, по-настоящему содействующего формированию современного общества. Ведь современная школа выступает организующим центром по отношению ко всем остальным социальным институтам.

Это видно по тому, как современная молодежь фокусирует в себе, вбирает в себя многие достижения феномена институционализации — за счет реальных образовательных инноваций, которые стремится внедрить современная школа.

Молодежь по природе восприимчива к новациям. Откликаясь на них, она непременно выходит на образовательный процесс как совокупность технологических приемов.

Для нас же очень значимым сегодня становится необходимость соединения «технологичности» образования с творчески содержательным его потенциалом, создающим условия для становления личностного начала в человеке и обретения им смысла жизни.

— Если я вас правильно понял, Карфаген советской модели школы, наследницы имперской гимназии и преемницы гимназии немецкой, должен быть разрушен? И если да, то какая модель школы должна прийти ей на смену?

 

— Я бы не увлекался разрушением — это деструктивно. И не увлекался бы моделями школ.

Самое главное сегодня — по-новому готовить учителей. Отстраивать заново нужно в первую очередь модель отношений учитель — ученик.

— Нужен педагог новой формации?

 

— Да. Никакие преобразования не могут быть осуществлены, если отсутствуют профессионально грамотные, широко эрудированные педагоги, способные разжечь божьи искры таланта в своих подопечных.

Ребенок не может меняться, пока не изменились учитель и модель учительства, пока не изменилось педагогическое учебное заведение, где готовят учителя, и вообще вся система подготовки учителя. Сегодня требуется постоянное, непрерывное обучение и учителя, и профессора вуза, который его готовит. Учитель вновь должен стать одной из главных общественных фигур, иначе мы увидим поросль нигилистов.

Когда я как педагог вхожу в аудиторию, я воздействую прежде всего индивидуально-личностными способами. Мы, учителя, должны быть нестандартными — тогда и ученики будут нестандартными. И других педагогов мы подбираем по тому же принципу — поэтому и сами растим педагогов «с лица необщим выраженьем». Что ни конкурс — то призовые места. Недавно вот с хореографического конкурса в Москве наши ребята привезли гран-при…

— Как происходит подготовка будущих учителей в вашем колледже? Вы готовы выйти на уровень новых требований к образовательному процессу?

 

— Мы стараемся наших учеников выводить на решение серьезных проблем, на формулирование смысла своей жизни, духовных ориентиров — и в этом плане выходим на новый уровень образовательного процесса. Воспитываем у них учительское призвание — как, по словам выдающегося российского писателя и мыслителя Валентина Григорьевича Распутина, задание на жизнь.

Это зачатки средней профессиональной школы нового типа, подготовки учителя новой формации, которые мы стараемся развивать зачастую вопреки тем образовательным стандартам и правилам, довольно заскорузлым, которыми нас иной раз больно бьют по рукам.

Если новая школа — это творчество, как же можно не нарушать правила? Это совершенно невозможно! Но есть Минобрнауки России, Министерство образования нашей области, где творческий подход поддерживают. Есть федеральное агентство, где отношение уже более прохладное. И есть надзорные органы, которые иногда доведут до белого каления так, что хоть заявление об уходе пиши…

Вот такая она, трехступенчатая система управления образованием. Если уж создали службы, то следовало наделить их не надзорно-контрольными функциями (слова-то какие нашли!), а оценочными, выводящими на новые ориентиры развития.

— Получились лебедь, рак и щука?

 

— Именно. Например, целая история у нас случилась после того, как мы с разрешения областного Минобра стали вести классные журналы не в бумажном, а в электронном виде… Возмущению контролеров не было предела. Можно подумать, этот учет учеников, эта бухгалтерия человеческих душ — центральный вопрос образовательного процесса. Слава богу, Минобр области договорился с инспекторами о том, что мы будем в конце семестров распечатывать электронные журналы и подшивать.

Вот такие «проблемы» приходится решать буквально на каждом шагу… Хотелось бы, чтобы больше времени оставалось на педагогическое творчество.

Сегодня нужны правила и образовательные стандарты нового поколения, матричные, векторно определяющие направление, устанавливающие несколько ключевых параметров. А конкретное наполнение стандартов, конкретное наполнение образовательного процесса должно быть свободным и творческим. Тогда не будет мертвых школ, педучилищ и вузов, которых сегодня полно в России — соблюдающих правила и стандарты, но дающих только дипломы, а не образование…

Вы говорили о новых моделях. Отчасти новая модель — сетевой педагогический колледж, которую мы сегодня вырабатываем. Это объединение нашего колледжа как головного с другими восемью педагогическими колледжами области.

Недавно премьер Владимир Владимирович Путин подписал постановление о том, что должно быть два вида бакалавриата: фундаментальный и прикладной. И прикладной бакалавриат может быть не только в вузе, но и в ссузе, как наш колледж.

Сейчас мы совместно с Министерством образования Иркутской области подготовили заявку, ее поддержало правительство Иркутской области, ждем решения своей судьбы. Это для нас хорошая возможность развития — еще больше, чем сейчас, стать частью целостной системы подготовки учителя. Особенно учитывая наш опыт взаимодействия с различными вузами области.

Сегодня более перспективный учитель — выпускник классического университета. В первые годы работы ему приходится тяжелее, чем коллеге после педвуза, но потом он наверстывает понимание педагогических методик — доучить его таким методикам оказывается вполне решаемой задачей.

А фундаментальная подготовка его такова, что он оказывается намного сильнее как наставник по погружению в информационное и социальное пространство, лучше умеет поддерживать познавательный интерес учеников. Ему лучше удается нелинейное изложение материала. Потому мы стараемся направлять наших выпускников прежде всего в классический университет.

Это, кстати, во многом возвращение к дореволюционному опыту, когда в школу шли в первую очередь выпускники университетов: так что кое-что новое в образовании — это хорошо забытое старое.

В регионе работают Совет руководителей образовательного учреждения, Совет по социально-духовному воспитанию молодежи и школьников — они помогают внедрять более широко новые идеи в образовательную сферу. Взаимодействие педагогов — это очень важно.

Творчески у нас в области работает Министерство образования. Деятельность его прозрачна, руководители и специалисты абсолютно доступны, открыты для диалога. В субботу и воскресенье я, как и другие директора учебных заведений области, могу в любое время прийти к министру и обсудить свои проблемы. Сегодня областное министерство сделало ставку в том числе на поддержание молодежных инициатив как важного фактора становления современных традиций.

— Как в социальном и экономическом плане развивается иркутский регион? Как вы оцениваете его развитие?

 

— Очень позитивно: край богатый, образованных, талантливых людей много. Но мне кажется, есть к чему стремиться в развитии области.

Иркутская область, занимая срединно-российское положение, обладая богатыми природными ресурсами, жемчужиной — Байкалом, могла бы заявить о себе как о самодостаточном регионе, особенно с учетом высокого образовательно-духовного потенциала.

Главным инноватором области выступает именно Байкал. Это озеро — модератор становления единства природы и человека, преодоления негативных последствий глобально реализующейся искусственной среды. Байкал заряжает нас природной энергетикой и позволяет нам, сибирякам, сохранить свое человеческое предназначение в вихре растущей искусственности нашего времени.

В Сибири, главной сырьевой житнице страны и мира, следует преодолеть модель развития экономики, направленную на выкачивание природных богатств. Необходимо расширять производственную инфраструктуру и сделать это так, чтобы Сибирь, с одной стороны, превратилась в самодостаточную часть России, обладающую не только сырьевым, но и производственным потенциалом. Это будет содействовать улучшению демографической обстановки, возвращению населения в регион.

— По вашим ощущениям, авторитет учителя в обществе по сравнению с 90-ми годами вырос?

 

— Безусловно. В отличие от 90-х годов, когда учительский, преподавательский корпус терял многих далеко не худших своих представителей, первое десятилетие XXI века, связанное с изменением «ткани» образования, потеплением социального климата по отношению к нему, меняет ситуацию в лучшую сторону. А сравнивая ситуацию в целом, можно сказать, что даже в условиях сегодняшнего кризиса мы имеем более совершенное развитие общества, нежели в 90-ые годы.

Хотя материальные проблемы остались. Вокруг нашего колледжа, как кот вокруг горячей каши, ходит служба социального страхования: «Отправьте к нам на работу ваших девочек, они такие коммуникабельные, такие замечательные»… Зарплата — сразу 20—25 тыс. руб.

Отбиваюсь как могу: в колледж, говорю, вас на пушечный выстрел не пущу. Потому что если наши девушки уйдут в эту сферу и почувствуют вкус более легких денег — все, пиши пропало. Для образования они будут потеряны.

С другой стороны, при трудоустройстве бьюсь за каждого нашего выпускника, чтобы обеспечить ему достойный доход.

Очень хорошо, что в последнее время возродилась практика награждения педагогов почетными званиями, государственными и общественными наградами. Признание общества — это самое главное, что нужно педагогу, это даже важнее зарплаты.

— Каким вы видите развитие идеи национального проекта «Образование», срок реализации которого истекает в 1 января 2010 года?

 

— Ему на смену должна прийти госпрограмма — программа развития образования и культуры как единого целого. Развития инновационного.

Мне кажется, нынешний экономический кризис как раз стимулирует инновационные процессы в образовании — так всегда бывает в кризисы, в этом их позитивное воздействие на социальную среду.

— Вот только насколько он стимулирует чиновников…

 

— Вообще проблема качества чиновничества, качества государственного управления — центральная проблема для России.

Потребность инновационного развития страны диктует необходимость обновления институтов управления и кадров управленцев, подготовки руководящих кадров новой формации, обладающих фундаментальной научной подготовкой. Возобновление формирования кадрового резерва, которое произошло в стране — это, на мой взгляд, движение в правильном направлении.

Что же касается повышения качества госуправления сферой образования, то мне представляется правильным привлечь к работе Минобрнауки России опытных педагогов, руководителей, восприимчивых к инновационному образовательному процессу. Таких, скажем, как знаменитый московский директор школы, разработчик модели адаптивной школы доктор педагогических наук Евгений Александрович Ямбург… Например, в качестве членов общественного совета…

— А может быть, лучше в качестве членов коллегии министерства, чтобы их мнением не могли манкировать?

 

— Конечно, это был бы оптимальный вариант. Тем более что совершенствование модели образования, появление адаптивной системы образования — это должен быть перманентный процесс.

Когда я сегодня читаю концепцию модернизации образования, принятую на съезде работников образования в 1999 году, в котором и я участвовал, не могу сдержать смех — настолько она устарела! Но другой концепции до сих пор не принято. Образование — двигатель развития общества, и если мы хотим, чтобы оно двигалось, должны не только чаще обращаться к проблемам образования, но вообще не выпускать их из поля зрения!


Виктор Алексеевич Колесников — директор Иркутского государственного педагогического колледжа №1. Родился в г. Зима Иркутской области. По окончании восьмого класса средней школы поступил в Иркутское государственное педагогическое училище №1 (ИГПУ №1) на школьное отделение — специальность «учитель начальных классов». Окончив училище, поступил на исторический факультет Московского государственного педагогического института им. В.И. Ленина, который окончил с отличием.

По окончании вуза в 1980 году Виктор Колесников принят на работу в ИГПУ №1 преподавателем истории и педагогики. В 1984 году Виктор Алексеевич назначается заведующим отделением физического воспитания, с 1985 года — заместителем директора по учебной работе, с 1989 года он является директором ИГПУ №1.

За этот период педагогическое училище стало одним из ведущих учебных заведений региона. В 1996 году приказом Министерства образования РФ училище первым в регионе было преобразовано в педагогический колледж (ИГПК №1). В 2004 году по результатам участия во всероссийском конкурсе, организованном Минобразования России, колледж, в числе десяти учебных заведений страны, выбрали в качестве базового по разработке и реализации инновационных стратегий развития в педагогическом образовании.

В 1998 году В.А. Колесников успешно защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата философских наук по теме «Образование как способ становления современного человека. Методологический аспект». А в 2005 году — диссертацию на соискание ученой степени доктора философских наук по теме «Образование как способ личностной самореализации человека в современном обществе». В 2005 году с отличием окончил Московскую академию государственного и муниципального управления. Он является членом президиума Иркутского научного центра СО РАО, членом Российской ассоциации политической науки, председателем областного отделения Российского философского общества (РФО), членом президиума РФО (г. Москва). На протяжении последних 15 лет Виктор Колесников избирается председателем совета директоров средних педагогических учебных заведений области.

Виктору Алексеевичу присвоено почетное звание «Заслуженный учитель РФ» (1998 г.). Он награжден медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени (2004 г.), является лауреатом Всероссийского конкурса «Лидер образования — 2002», удостоен нагрудных знаков «Директор года» в 2006, 2007, 2008, 2009 годах — по результатам всероссийских конкурсов «100 лучших ссузов России», организуемых Комитетом Совета Федерации по науке, культуре, образованию, здравоохранению и экономике, Комитетом Государственной думы по образованию и науке и Международной академией качества и маркетинга. В ноябре 2007 года Виктор Алексеевич награжден авторитетной общественной наградой Геральдической палаты России — орденом «За вклад в просвещение».

Женат, воспитывает двоих детей.



Иркутский государственный педагогический колледж №1 — старейшее учебное заведение Приангарья. Он является наследником основанной в 1872 году учительской семинарии, созданной по инициативе генерал-губернатора Восточной Сибири Николая Петровича Синельникова, где велась подготовка учителей начальных классов. Это была одна из первых учительских семинарий в Сибири. В 1920 году, с восстановлением Советской власти в Иркутске, учительская семинария была переименована в опытно-педагогический техникум.

В 1937 году на базе опытно-педагогического техникума открыто Иркутское педагогическое училище №1. В 1996 году педагогическое училище преобразовано в Иркутский государственный педагогический колледж.

В настоящее время педагогический колледж — это более тысячи студентов дневного и заочного отделений, при этом более половины из них — выпускники сельских школ.

Сегодня это колледж с собственной концепцией развития, со сложившейся корпоративной культурой. Среди последних достижений колледжа четыре диплома лауреатов конкурсов в номинации «100 лучших ссузов России», диплом первой степени Департамента образования Иркутской области «Лучшие библиотеки образовательных учреждений — 2007», диплом лауреата «Трудовая слава России», дипломы лауреатов Всероссийских конкурсов «Лидеры образования» в 2004 и 2006 годах. ИГПК №1 по итогам конкурса Министерства образования и науки вошел в Золотую десятку лучших педагогических колледжей России (2004 г.).

Колледж имеет широкие возможности для качественной подготовки специалистов разного педагогического профиля на пяти отделениях: гуманитарном, начального обучения, художественного образования, физической культуры и математическом.

Ряд отделений готовит специалистов не менее чем по двум специальностям.

Появились новые, востребованные рынком труда специальности: специалист по работе с молодежью и молодежными организациями, специалист по ритмике и хореографии, изобразительной деятельности и компьютерной графике, сценической деятельности и театру, руководитель школьного телевидения, администратор локально-вычислительных сетей. По этим же специальностям развернута система постдипломного образования.

Для некоторых специальностей реализуется двухступенчатая подготовка специалистов «колледж — вуз».

Подготовка специалистов в колледже осуществляется по следующим формам обучения: дневная, заочная, экстернат; сочетание указанных форм; на бюджетной и платной основе.

За годы своего существования учебное заведение выпустило более 15 тыс. учителей, среди них — 24 заслуженных учителя РФ, сотни выпускников являются отличниками народного просвещения.

Высокий уровень подготовки практико-ориентированных специалистов обеспечивает научно-кадровый потенциал учебного заведения: 15 заслуженных учителей, работников культуры и спорта, 15 почетных работников среднего профессионального образования, две трети коллектива имеют высшие и первые квалификационные категории, за последние пять лет 22 сотрудника колледжа успешно защитили диссертации, 12 педагогов окончили магистратуру.