Мурад ХАЛЛЫЕВ: для обновления экономики требуется эффективное государство


Текст | Валерий АРСЕНЬЕВ
Фото | Олег ЛАЗАРЕВ


HBS Global — российская телекоммуникационная компания, предоставляющая инновационную рыночную услугу — оптимизацию международного роуминга и продвигающая собственную инновационную разработку — уникальный телефон «три в одном» (спутниковый, сотовый и вай-фай).
Исполнительный директор и совладелец компании Мурад Халлыев уверен, что в нынешнюю эпоху резкого ускорения бизнес-процессов спрос на подобные услуги и продукты чрезвычайно возрастет. Но для развития инновационной сферы в России требуется радикальный пересмотр административных барьеров, регламентов и методов работы государственного аппарата.

В погоне за динамизмом и экономией

— Мурад Арсланович, прошел год с нашего предыдущего разговора (см. № 5/2008. — Ред.). Как сегодня, в период кризиса, развивается ваша компания?

— Очень динамично — как и вся телекоммуникационная отрасль. Наша услуга — оптимизация международного роуминга — сейчас востребована как в России, так и за рубежом: мы продаем свои сим-карты в странах СНГ, а также в Китае и США. Ведь деловой туризм, международное бизнес-взаимодействие несмотря на кризис увеличивается даже не каждый год, а каждый месяц — экономические процессы сегодня ускоряются и интенсифицируются, счет в принятии деловых решений идет на часы и минуты.

К тому же глобальный кризис — время экономии, благодаря ему объемы продаж нашей компании взмыли вверх уже на 30—40% по сравнению с докризисным периодом, и рост не прекращается. Пришлось увеличить штат головного офиса HBS Global на 40 человек, набор продолжается. Если раньше компании, особенно в богатых странах, с большими спекулятивными доходами, связанными с выгодной рыночной конъюнктурой на их товары, в том числе в России, позволяли себе не слишком заботиться об экономии, то сегодня приоритеты изменились. Тем более если речь идет о сервисных компаниях, которые, включая наши услуги в свой пакет услуг, могут получить дополнительный заработок.

Если говорить о ведущем нашем направлении — корпоративных услугах, то оно развивается сегодня не только на основе новых контактов, но и на основе запоздалой реакции на наши еще докризисные коммерческие предложения. Сегодня зачастую достают эти предложения, сдувают с них пыль, звонят нам и заключают договоры о сотрудничестве.

С некоторыми крупными компаниями наши переговоры о сотрудничестве стартовали еще в начале 2008 года или даже в конце 2007-го, тянулись более года — и в одночасье, как по мановению волшебной палочки, завершились сейчас успешно.

— В чем же секрет?

— Он прост: раньше все работали по корпоративным планам ведущей тройки сотовых операторов: МТС, «Би-Лайн», «Мегафон», а сейчас это дорого, и компании стремятся хотя бы по части услуг найти альтернативные варианты.

Мне не хочется называть компании, за которыми мы года по два ходили, уговаривали хотя бы попробовать нашу услугу, а теперь они сами приходят к нам с просьбой: давайте заключим долгосрочный договор. Но это и крупные высокотехнологичные корпорации, и банки, и транспортные компании…

И, что особенно важно, государственные организации — их сегодня стало очень много среди наших клиентов. Пока это не централизованные закупки со стороны государственного аппарата — каждое госучреждение покупает сим-карты Global sim в отдельности. Тем не менее закупки производятся довольно широко организациями, представляющими все уровни власти.

— А что вы можете сказать о направлении продвижения услуги оптимизации, ориентированном на физических лиц? Их-то доходы снизились…

— Но закупки с их стороны не снизились. С 1 апреля у нашей компании стартовал целый ряд новых проектов продвижения услуги именно для физических лиц.

Во-первых, наши сим-карты сегодня продаются во всех коммерческих центрах оформления виз в столице и в некоторых центрах, работающих в других крупных городах России. Выдается пакет документов к оформленной визе, включающий нашу сим-карту.

Во-вторых, мы очень активно работаем в российских аэропортах, прежде всего московских: в зонах вылета, прилета, дьюти-фри, в аэроэкспрессах.

В-третьих, сотрудничаем с целым рядом авиакомпаний по реализации наших сим-карт вместе с билетами или на борту самолетов. Это прежде всего S7 — бывшая авиакомпания «Сибирь», «Уральские авиалинии»… Получили разрешение на продажу сим-карт на борту самолетов «Вим-авиа».

В-четвертых, происходит распространение сим-карт Global sim через крупнейших российских туроператоров: уже сотрудничаем с «Мостревел» и еще четырьмя операторскими компаниями.

В-пятых, осуществляется продажа карт через принимающие стороны в странах прибытия туристов, через гидов. Такие проекты уже начали работать в Турции, Египте, договорились с двумя компаниями, занимающимися приемом туристов во Вьетнаме и Австралии.

— При этом продолжается сотрудничество с салонами связи?

— Да, хотя на каком-то этапе салоны стали для нас закрываться: отчасти по воле крупных внутренних сотовых операторов, которые видят в нас опасного конкурента, отчасти в силу трудностей возникших у их операторских компаний и владельцев. Потому в продажах, ориентированных на частных лиц, пришлось больший акцент сделать на альтернативные направления распространения.

Эффективность «по-белому»

— Как вы сегодня позиционируете свою услугу по оптимизации роуминга?

— Позиционирование не изменилось. Компаниям и людям, которые несут значительные затраты на международный роуминг, а следовательно, не готовы пользоваться роуминговыми услугами сотовых операторов своей страны, приходится в части международных переговоров переходить на сим-карты тех стран, где они оказываются, прежде всего чтобы сэкономить на входящих звонках. Такой переход сложен, неудобен, приводит к значительным расходам за переадресацию.

— Или к смене номеров…

— Совершенно верно — и абонента не могут найти его партнеры. В современном бизнесе, когда счет идет на часы и минуты, это просто смерти подобно.

Для решения данной проблемы возник специализированный сегмент рынка телекоммуникационных услуг — рынок оптимизации международного роуминга, на котором работает, в частности, наша компания. Мы предоставляем абоненту единый международный номер по интеллектуальной сим-карте Global sim: карта необычная, в нее встроен целый ряд уникальных запатентованных программ нашей собственной разработки.

Для предоставления услуг используется номерная емкость международного эстонского оператора — нашего партнера, а также, с недавних пор, «Ростелекома». Услуги связи по нашим номерам официально доступны в 165 странах, а за счет межроуминговых отношений мы покрываем почти весь мир.

Звонки на предоставляемый нами международный номер в 64 странах в течение первых двух-пяти лет использования бесплатны, а в остальных государствах очень дешевы. Звонки в большинстве стран проходят даже если на балансе ноль.

Вызовы с нашего международного номера всегда дешевле, чем у внутренних операторов той страны, откуда вы звоните. Сим-карта, в зависимости от количества и принадлежности номеров на ней, обходится в разную сумму, но в пределах нескольких десятков долларов.

Если пользователь хочет оставаться на российском номере, переадресация на него с международного стоит всего-навсего 6 руб. Это на несколько порядков дешевле, чем если он, выезжая за границу, включит переадресацию на номер любого российского сотового оператора.

Более того, сегодня мы с помощью встроенной в сим-карту программы, разработанной нашими специалистами, обеспечиваем с номеров российских сотовых операторов бесплатную переадресацию. При звонке с любого мобильного телефона, из любого региона обслуживание ведется по нашему тарифному плану.

— Как обстоят дела сегодня с конкуренцией на мировом рынке оптимизации международного роуминга?

— Количество конкурентов на рынке оптимизации невелико, потому что этот вид бизнеса требует создания большой сети стран, где предоставляется услуга: чем он больше, тем бизнес эффективнее. Компаний, работающих в этой сфере, немного.

— А поскольку вы на данном поприще в нашей стране продвинулись дальше всех, вы оказались своего рода естественным монополистом оптимизации роуминга в России и странах СНГ?

— Можно сказать и так. Мы убедили нашего эстонского партнера не предоставлять никому, кроме нас, прав дилерства его международных номеров на территории Российской Федерации. Потому что новые дилеры — это демпинг, а ресурса понижения цены фактически нет, она и так минимальна.

Сегодня в России реально работающая карта с международным номером только у нас. Есть еще две-три фирмы, работающие, честно говоря, не слишком «по-белому»: у них проблемные сим-карты и отсутствуют необходимые разрешения, но самое главное, что их сим-карты не работают в России!

— А как быть с конкуренцией со стороны сотовых операторов?

— Эта конкуренция виртуальна — существует преимущественно в их представлениях. Сотовые операторы зарабатывают на «внутреннем» пользователе, предоставляя ему широкий спектр услуг. Наша же целевая аудитория — деловые и обычные туристы, за «внутреннего» пользователя мы с сотовыми операторами не конкурируем.

И в части международного роуминга мы соперничаем не с российскими сотовыми компаниями, а с иностранными операторами. Ведь у нашей целевой аудитории затраты на роуминг столь высоки, что вопрос пользования роуминговыми услугами внутренних операторов вообще для них не стоит: они либо покупают сим-карту иностранного оператора, либо карту компании, специализирующейся на удешевлении роуминга, вроде HBS Global.

— Но эти отличия не ощущаются российскими сотовыми компаниями?

— Увы. Они полностью отказались от взаимодействия с нами по предоставлению номерной емкости — раньше такое сотрудничество велось.

Доходит до смешного. Некоторое время назад нам предложили сотрудничество в рамках одной из программ продвижения, ориентированных на туристов. В ней также предполагалось участие некой крупной сотовой компании. Нас спросили: «Вас не смутит, что ваш продукт будет продвигаться вместе с продуктом этой компании?». Мы говорим: «Нет, потому что мы не конкурируем с ней».

Однако сотовая компания потребовала эксклюзива, а когда ей отказались его предоставить, вообще не стала принимать участие в проекте. Что, на мой взгляд, совершенно неразумно, поскольку наш продукт и их — это фактически дополняющие друг друга продукты. И теперь мы одни предлагаем услуги в рамках этой программы…

Восток — дело прибыльное

— В каких регионах мира расширяется ваше присутствие?

— В европейской части СНГ: Украина, Белоруссия… Добавились также многие европейские страны.

Мы вышли и на рынок США: наш дистрибьютор, компания «Ньюметрик», реализует наши карты главным образом американцам, выезжающим в Европу.

— А на Востоке как работали, так и работаете?

— В целом, да. Очень активно растут сегодня рынки стран Средней Азии: там нет такого резкого перепада в доходах, как в России. Доходы там были у людей небольшие, но стабильные и не завязанные на легких деньгах, перепродаже, потому сильно не упали. Это очень перспективный для нас рынок.

Произошло принципиально важное расширение сотрудничества, например, в Китае. На внутренний рынок там никого не пускают — работают исключительно государственные телекоммуникационные операторы, а вот для внешнего рынка китайские структуры, отвечающие за поддержку делового туризма, стали в массовом порядке закупать наши карты и реализовывать их на китайском рынке. КНР — это 100 млн туристов в год, прежде всего деловых туристов!

— Кроме того, продолжается развитие вашего многовекторного иранского проекта?

— Да, мы нашли иранского партнера, с которым сертифицировали и лицензировали аппараты приема платежей в этой стране. Получили также эксклюзивное право получать платежи за сотовую связь от всех трех крупнейших сотовых операторов этой исламской республики. И, конечно, реализуем в Иране нашу сим-карту с двумя номерами: иранским — компании ТСI и нашим. В течение года планируем выйти на миллион абонентов. Рынок там развивается очень быстро, идет активная поддержка делового туризма.

Причем очень интересна система, с помощью которой государство поддерживает внешнеэкономическую деятельность иранского бизнеса. Мой друг, бывший вице-губернатор провинции Хорасан, отвечавший за поддержку предпринимательства, рассказывал о системе такой поддержки.

Государственные органы просто берут данные таможенных деклараций: смотрят объемы, смотрят характер товаров, анализируют, какие это товары, соответствуют ли они европейским стандартам качества — и сами предлагают компаниям поддержку. То есть не бизнес идет за помощью к государству, а наоборот — государство на основе объективных экономических данных определяет, кого поддерживать.

Как с внешнеэкономической деятельностью обстоят дела у нас? Одно из подразделений нашей компании по заказу иранской стороны попыталось поставить в Иран сельскохозяйственное сырье. Вообще, замечу, что мы — многопрофильная компания, оказываем вспомогательные туристические, страховые услуги, работаем еще на ряде направлений ВЭД — это и позволяет нам стабильно функционировать.

Так вот, в ноябре прошлого года был заключен договор на поставку сырья за 25 млн евро с предоплатой иранской стороны. Саму же поставку удалось осуществить… только спустя полгода.

Три месяца — три месяца! — ушло на оформление вагонов для отправки в Иран в ОАО «РЖД». Только в конце января они оказались на территории Казахстана. Но не тут-то было: казахстанская сторона их не выпустила, так как ОАО «РЖД» не представило документ, который был нами согласован за полтора месяца до события. Документ пришлось оформлять заново, происходило это в том же темпе вальса…

Страны-транзитеры: Казахстан, Узбекистан и Туркменистан в течение одного дня реагировали на телеграммы из Москвы, однако, чтобы эти телеграммы ушли, приходилось предпринимать просто нечеловеческие усилия: то «не нарушайте установленный регламент», то «нам некогда», то «давайте заново рассмотрим вопрос»… Короче говоря, только в конце марта вагоны прибыли на границу Ирана. Как вы думаете, какие слова я услышал о российском бизнесе и о России вообще как торговом партнере в Тегеране?

И кто с нами, скажите, после этой истории будет работать по предоплате? Только аккредитив. А сельхозпредприятие без предоплаты сырье не отпустит… Все, перспективное для России направление бизнеса встало.

Такая волокита, бюрократические барьеры не только в железнодорожной сфере — они везде. Разрешительные документы Минкомсвязи России готовятся от трех до шести месяцев. Как же так? Это же «инновационное» министерство! То, что актуально сегодня, может быть неактуально завтра.

Возьмем в качестве примера Китай, страну с гигантской, еще коммунистической бюрократической машиной. Но там все решения принимаются чрезвычайно быстро, потому что есть ответственность за принятие или непринятие решений вовремя — административная и даже уголовная. А у нас господствует разгильдяйство.

Для меня очевидно одно: чтобы нормально развивалась российская экономика, нужно прежде всего убрать барьеры, пересмотреть регламенты. Сегодня рынок чрезвычайно динамичен, мобилен, счет идет на часы и минуты. И подобные задержки наносят страшный вред бизнесу, имиджу бизнеса и имиджу страны.

Самая главная форма поддержки российского бизнеса — снятие административных барьеров, издание новых регламентов рассмотрения документов, с жесточайшими сроками. Не рассмотрело ведомство вопрос в срок — все, значит, разрешение компанией получено, с административной и уголовной ответственностью чиновника за последствия…

— Но вернемся к Ирану. Сегодня вы в Иране обосновались уже фундаментально?

— Да, серьезные отношения. К нам уже обращаются крупные российские организации, чтобы мы сыграли некую посредническую роль — например, одна крупная металлургическая компания пришла к нам с просьбой помочь создать в Иране базу для их продукции. При всех своих связях и лоббистских ресурсах этот металлургический гигант предпочел выйти на иранский рынок с нашей помощью.

— То есть вы своего рода российское бизнес-посольство в Иране?

— Да нет, просто компания, которая имеет удачный опыт работы в стране и в состоянии этим опытом поделиться.

Момент будет упущен?

— А как обстоят дела с вашим уникальным телефонным аппаратом «три в одном»: спутниковым, сотовым и вай-фай, который до сих пор не удавалось сделать никому из-за сложностей сочетания требований для передачи данных по трем типам каналов?

— Аппарат мы не только сделали, но уже его вовсю продаем в ряде стран мира. В России — не продаем. Предлагали реализовывать сетям по продаже аппаратуры сотовой связи, они говорят: «Проводите рекламную программу, тогда возьмем, а так рынок не готов».

Сегодня телефон продается во многих странах мира — в Европе, в том же Иране, ОАЭ… В Дубае он стоит $450.

— Продается как made in Russia?

— Нет — увы, все производим за рубежом, чтобы не связываться с нашими таможенными ограничениями. Технология нашей фирмы запатентована на международном уровне. Брэнды тоже «чужие». Регистрировать в России, честно говоря, нет сил: год мучаемся с получением свидетельства на товарный знак Global sim. По правилам российского патентного ведомства, полгода идет проверка на чистоту знака — на то, что его регистрация не нарушит ничьих прав, и еще полгода собственно оформление…

Мы решили, что будем продвигать телефон по традиционной уже для российского рынка коммерческой технологии: сначала Европа, ведущие страны Азии, а потом, когда с помощью сарафанного радио возникнет, наконец, интерес у нас, и Россия.

— Почему же так происходит? Кризис — это как раз возможность сменить сырьевую ориентацию нашей экономики на высокотехнологичную?

— Государственный аппарат слишком инертен и не имеет мотивации к эффективной работе. Пока не произойдут изменения в сфере регламентов работы органов власти, ничего не сдвинется… Момент изменить экономику в период кризиса будет при таком раскладе упущен.

Вечно растущий рынок

— А как происходит сегодня развитие российского рынка телекоммуникационных услуг, и более широко — ИКТ-рынка?

— Наблюдается бурный рост. Те, кто занимался перепродажами, уходят с телекоммуникационного рынка, так как маржа уменьшается, и возможностей для заработка у них нет, а те, кто занимался реальным предоставлением услуг связи, оказывается в большом плюсе. Телекоммуникации — это оптимизация расходов. Зачем нужны девушки на ресепшн, когда можно поставить автоответчик и систему обработки заявок?

Кроме того, сейчас происходят революционные изменения в сфере ИКТ: реклама уходит с телевидения в Интернет и мобильный телефон, потому что это дешевле и позволяет сделать рекламное воздействие более точным. Знаете, раньше говорили, что человек никогда не перестанет есть и болеть. Сейчас можно сказать иначе: человек никогда не перестанет есть, болеть и общаться с окружающим миром с помощью современных технологий.

Фиксированная связь везде в нашей стране, как и везде в мире, уходит: ее заменяют вай-фай, вай-макс, за ними будущее… Появляется все больше и больше услуг мобильного мониторинга людей, объектов, развивается GPRS-навигация. Проникновение этих технологий будет еще большим — особенно в корпоративном секторе: мониторинг действий коллектива, мониторинг транспортных средств, грузов, комплектующих…

Однако ИКТ-бизнес зависит от реального сектора, и он будет сдерживать развитие информационно-коммуникационных технологий. Ведь нашему реальному сектору сегодня приходится очень туго: он лишен кислорода — финансовых ресурсов.

— Из-за паралича кредитного рынка?

— Конечно. Кредиты практически перестали выдавать, наши партнеры, которые финансировали за счет них текущую деятельность, испытывают огромные трудности.

Российские банки превратились в обменно-кассовые учреждения — они и раньше-то не слишком были склонны выполнять свои основные функции: кредитовать и размещать депозиты, а сейчас тем более. Их распирает от денег, от валюты, которую они набрали в период девальвации, а тем временем предприятия, оставшись без денег, банкротятся, уменьшая возможности для финансирования и банковского бизнеса.

— То есть за крахом реального сектора последует крах банковского?

— Увы, это вероятный сценарий, если политика банков не изменится. Деньги не должны копиться — они должны работать.

И потом, если кредиты не будут выдавать российские банки, их рано или поздно начнут выдавать китайцы и европейцы — сегодня рынки глобальные, и как бы ни защищало государство наши банки протекционистскими мерами, они будут сметены глобальной конкуренцией.

— А вы не работали и не работаете на кредитах?

— Нет. По крайней мере российскими кредитами пользоваться не собираемся. Это очень дорого и неудобно: отношения, предлагаемые российскими банками, связывают компанию по рукам и ногам. У нас нужно пять раз перезаложиться, а потом еще отдать под управление свой счет и спрашивать разрешение на каждый чих.

В современном деловом мире платежка должна оформляться за две-три минуты, иначе конкуренты перехватят заказчика. При системе же управления счетом нужно заранее записаться на комиссию, которая проходит раз в неделю… Европейские и китайские банки так не работают.

Госаппарату требуется бизнес-динамика

— Сейчас по всей стране составляются списки кадрового резерва органов власти. Там оказывается много бизнесменов, молодых динамичных людей. Как вы к этому относитесь?

— В целом положительно. То, что на высокие должности приходят молодые люди, имеющие современное образование, это хорошо. Но следует иметь в виду, что мы не можем рассчитывать только на молодых управленцев — есть немало навыков, способностей, которые менеджер приобретает только с годами. К тому же можно и в 50, и в 60, и в 70 лет сохранить острый ум и динамизм.

— Какую пользу могут принести в государственном аппарате представители малого и среднего бизнеса?

— Вы знаете, при нынешнем уровне бюрократизации — практически никакой. Представьте, человек привык все решать сам, работать быстро, без проволочек — какой шок для него будет нынешний российский государственный аппарат, который «прокручивается» только в ручном режиме и только по инициативе с самого верха?

Да, такой менеджер попытается внести какие-то изменения, упростить процедуры — но тут же получит по рукам, столкнется с сопротивлением бюрократического аппарата. Поэтому начинать нужно с законодательных изменений, а не с посажения новых людей на старые стулья.

А что до сегодняшнего прихода людей из частного сектора, создается такое впечатление, что из представителей бизнеса в госаппарат попадают прежде всего лоббисты, задача которых — продвинуть интересы своих компаний и вернуться обратно в эти бизнес-структуры…

— Что если предложить выдвигать кандидатов на госдолжности отраслевым сообществам? Как вы к этому отнесетесь?

— Я не думаю, что получится что-то путное из такого выдвижения. Давайте себе представим, что соберется отраслевое сообщество компаний сотовой связи. Каждая из них будет выдвигать свою кандидатуру и отвергать чужую — и на этом все закончится…

Чтобы избавиться от лоббизма, именно государство по собственным критериям должно определять, кто из представителей предпринимательского сообщества достоин представлять бизнес в исполнительных органах власти. Должны быть специалисты, знающие реальную экономику, чтобы могли составить такие критерии. Чтобы формировали списки для поддержки российских компаний на международном рынке.

Тогда помощь будут получать не те, у кого билборды больше и знакомства шире, а те, кто действительно производит национальный продукт, создает новый национальный брэнд, занимается реальным производством. А не «осваивает» одну за другой суммы бюджетных средств.

Вообще наш бизнес, как справедливо заметил Владимир Владимирович Путин, привык развиваться не благодаря, а вопреки. И не нужно ему помогать — он сам справится, просто уберите барьеры, препятствия, облегчите механизмы согласования.

Только решив эту проблему, мы превратим государство, тормозящее развитие экономики, в эффективное государство, соответствующее сегодняшнему уровню развития мировых экономических процессов и поддерживающее экспансии российского бизнеса на международной арене.


Халлыев Мурад Арсланович — исполнительный директор ООО HBS Global. Родился 25 августа 1971 года в городе Ашхабаде Туркменской ССР.

В 1994 году окончил Севастопольский приборостроительный институт по специальности «Автоматизация технологических процессов», получил квалификацию «инженер-электромеханик».

С июля 1994 года — инженер-механик экстрактового производства АПК «Буян», г. Чарджоу Республики Туркменистан. С января 1995 года — младший экономист валютного отдела АКБ «Туркменистан», с февраля 1996-го — начальник валютного департамента банка, а с марта 1997-го — начальник департамента денежного обращения. С ноября 1998 года — начальник отдела ВЭД представительства южно-корейской компании Soltra Corporation в Туркменистане, с января 2000-го — финансовый директор представительства.

В феврале 2005 года стал заместителем генерального директора по региональному развитию ЗАО «Туристическая телекоммуникационная компания», г. Москва.

С января 2007 года — учредитель и исполнительный директор ООО HBS Global, г. Москва.

Женат, двое детей.