Первая весна


Текст | Тимур ХУРСАНДОВ, журналист-международник

Косовская независимость — пока большена словах.

Весна на Балканах начинается внезапно
и бурно. В Белграде, еще не полностью
оправившемся от войны, народ высыпает на улицы, часами сидит в многочисленных ресторанчиках и кафе. Примерно так же
обстоят дела и в косовской столице Приштине. Вот только и для сербов, и для косовских
албанцев эта весна особенная — она первая
в независимой истории края. Многие, впрочем, искренне надеются, что она же станет и
последней.


Большие сербы, чем сами сербы

Когда Косово 17 февраля этого года в одностороннем порядке объявило о своей независимости, казалось, что больших неприятностей не избежать: Россия теперь-то уж точно
окончательно и вдрызг рассорится с Западом, а
на Балканах вспыхнет очередная война. «Пороховая бочка Европы» была готова в любой
момент взлететь на воздух, тем более многим
это было только на руку. Кому? Да известно
кому — вашингтонским ястребам.

Конечно, попытки при малейших проблемах в международных делах обвинять США
уже давно изрядно набили всем оскомину,
но в этом случае Вашингтон действительно
расстарался. Начать хотя бы с того, что именно американская администрация фактически
сорвала переговоры между Белградом и Приштиной. С самого начала косовские албанцы
и не думали ни о чем ни с кем договариваться, чувствуя за спиной всемерную поддержку
Соединенных Штатов.

Россию, конечно же, такое положение дел
чрезвычайно уязвляло — опять что-то решают
без нас, — и она, по чьей-то меткой характеристике, попыталась стать сербом больше,
чем сами сербы: демарши в Совете Безопасности ООН, бесконечные заявления российского
МИД о неприемлемости, незаконности и крайней опасности отделения Косова от Сербии.

И ведь нам было совершенно ясно, что албанцы не сами додумались до такого безобразия.

«Позиция некоторых западных столиц о безальтернативности независимости Косова является
глупым препятствием в поиске переговорного
решения. Мы подробно говорили об этом, но,
судя по всему, не достучались до американских
партнеров», — возмущенно высказался министр
иностранных дел РФ Сергей Лавров. В ответ
ему мило улыбались и разводили руками.

Позже, правда, в Москве научились более
тонко разыгрывать косовскую карту. Очень
элегантный ход сделал недавно тот же Сергей
Лавров: после того как в Тибете вспыхнули
беспорядки, направленные против китайских
властей, он сразу же высказал мнение, что все
это, безусловно, следствие объявления независимости Косова.

Самую же взвешенную и мудрую позицию
заняла, как ни удивительно, сама Сербия.

Да, в Белграде немедленно заявили, что не признают этой независимости, что будут всячески
добиваться аннулирования данного решения,
что обидятся на признавшие Приштину страны. Но в то же время сербские власти недвусмысленно дали понять, что никакого военного
решения проблемы не будет и, более того, Белград даже не собирается вводить против Косова экономические санкции, а ведь из Сербии
в край поступают многие товары и ресурсы, в
том числе электроэнергия.

Неслыханная щедрость? Ничуть не бывало:
возможно, сербское руководство просто решило взять мятежный край измором, надеясь,
что Косово не справится с грузом свалившейся
независимости. И проблемы у Приштины в
самом деле не замедлили появиться.


На лицо прекрасные, жуткие внутри

Первый чувствительный удар по молодой
независимости Косова нанесла небезызвестная
Карла дель Понте, до недавнего времени
бывшая прокурором Международного трибунала для бывшей Югославии. В своих мемуарах
с громким названием «Охота: я и военные преступники» она самым нелицеприятным образом отозвалась о нынешнем руководстве края.

Это было если не громом среди ясного неба, то
уж точно сенсацией.

В то время как практически вся Европа (во
всяком случае, официально) восхищается молодыми демократами, приведшими «притесняемых» албанцев к независимости, дель Понте
утверждает, что, например, премьер-министр
края Хашим Тачи, также известный как полевой командир по кличке Змей, далеко не такой
уж белый и пушистый. Именно под его руководством Армия освобождения Косова устраивала
концлагеря почище нацистских, где у похищенных сербов вырезались внутренние органы на
продажу. Скандал, что и говорить.

И ведь что интересно: в чем, в чем, а в любви
к сербам дель Понте никак не заподозришь —
в бытность ее прокурором Гаагского трибунала
албанцам не был вынесен ни один обвинительный приговор, хотя счет сербов, попавших
«под раздачу», скоро пойдет на десятки. Просочись эти факты ранее, кто знает, хватило бы на
Западе у кого-нибудь духу открыто признать
независимость, объявленную такими людьми.

Логичный вопрос: почему же дель Понте
молчала раньше? По ее собственному признанию, главная причина — политика. Не хотелось
никому признавать сербов жертвами, потерпевшей стороной, и в первую очередь, видимо, не хотелось этого Миссии ООН в Косове.

Именно они, как ни странно, неоднократно
препятствовали, по словам бывших сотрудников Гаагского трибунала, началу расследования
преступлений нынешней косовской верхушки.

Кстати, может быть, публикация мемуаров
дель Понте имеет двойное дно. С одной стороны, эта дама, конечно, и сама всегда умела
устроить себе громкую рекламу, но с другой,
думается, вряд ли она в своем нынешнем амплуа
посла Швейцарии в одной из далеких южноамериканских стран сумела бы привлечь столько внимания. Видимо, не все на Западе так
обрадованы появлению еще одного государства
на европейской карте, хотя пока открыто говорить об этом как-то не комильфо и приходится
пользоваться обходными путями.

Но в Европе действительно не все в восторге: пока кроме России стремление косовских
албанцев к независимости не поддержали в
основном те страны, которые и сами не понаслышке знают, что такое сепаратизм — Испания с беспокойной страной Басков, Греция,
которая никак не поделит с Турцией Кипр, да
и, собственно, сам Кипр.

Не признала отделение Косова и Грузия, с
которой получилось довольно интересно. Имея
на своей территории два более чем серьезных
конфликта — при том что и абхазский, и югоосетинский из-за любого неосторожного движения могут перейти в фазу широкомасштабных вооруженных столкновений, — Грузии,
конечно же, было бы логично дистанцироваться от поддержки косоваров. Но наверняка ведь
хотелось еще раз поддеть Россию, показать, что
маленькая, но очень гордая страна нисколько
не боится занимать отличную от своего большого соседа позицию по ключевым геополитическим вопросам.

Благоразумие все-таки возобладало. «Мы не
признаем и не собираемся признавать независимость Косова. Считаю, с этим поторопились», — заявил, в частности, грузинский президент Михаил Саакашвили.


Независимость от независимых

Каковы же перспективы у молодого полупризнанного государства? Как представляется, пока они довольно эфемерны. Во-первых,
независимость эта очень сомнительна — по
сути, краем управляют чиновники Евросоюза, поддерживаемые 16-тысячным контингентом НАТО. Как утверждают многие эксперты,
без внешнего управления и щедрых финансовых вливаний со стороны ЕС и Соединенных
Штатов «независимые» албанцы взвоют через
несколько дней и проклянут весь суверенитет.

Но это еще полбеды. Сербы и албанцы уже
вряд ли смогут жить бок о бок в Косове, хотя
власти края и утверждают, что так все оно и
будет. «По улицам ходить безопасно… пока
молчишь, — невесело шутит сербская молодая
пара, живущая в Приштине. — Стоит раскрыть рот и заговорить не по-албански, как на
тебя тут же кидают косые взгляды».

По словам местных сербов, которых в косовской столице осталось не так уж много (да
и те не уезжают просто потому, что нет на
это денег), после объявления независимости отношения между сербским и албанским населением, и без того не простые, вконец разладились. «До недавнего времени еще хоть как-то
общались, ходили в гости. А сейчас сербы и
албанцы делают вид, что друг друга не знают.

Даже детские площадки разделили», — вздыхает сербка Валентина.

Из Приштины сербы, может, и уйдут, но есть
в Косове и мощные сербские анклавы, которые
так просто новым властям не подчинятся. Первый среди них — Митровица. Этот довольной
крупный город на севере края в последнее
время стал своеобразной «пятой колонной» сербов в Косове. Здесь практически не признают
албанские органы власти, Белград демонстративно открывает свое представительство в центре города, а местные жители то и дело выходят
на улицы с многотысячными демонстрациями.

Играет свою роль и то, что Митровица, в отличие от остальных сербских анклавов в Косове,
непосредственно граничит с основной территорией Сербии, и та всячески поддерживает
своих. Дошло до того, что эксперты вновь начали тревожно говорить, что здесь-то, мол, и начнется новая балканская война, но они снова не
угадали. Белград еще раз проявил недюжинную
выдержку и дальновидность: зачем ввязываться
в какую-то войну, когда можно все решить
намного проще. Недавно, например, в Сербии
прошли парламентские выборы, и жители сербских анклавов в Косове приняли в них самое
деятельное участие. Более того, параллельно в
этих районах были избраны местные органы
власти, не подчиняющиеся албанским. Конечно,
тут же поднялся большой шум, Миссия ООН,
видимо, обидевшись за албанцев, окрестила
проведенные выборы незаконными и нелегитимными. В Белграде только молча усмехались
в ответ: протестуйте, протестуйте, мы тоже протестовали против отделения Косова.

Так что у Косова есть все шансы повторить судьбу Сербии. Еще не успев привыкнуть
к независимости, край может распасться на
части. И вот тогда-то вероятность вооруженных столкновений и даже полномасштабной
войны возрастет в разы.

комментарии экспертов

Чед Нейгл, американский
политолог и юрист:
«Косово стало стратегическим
военным форпостом западных
сил. Еще до начала натовской
бомбардировки Югославии в
1999 году в Washington Post
было опубликовано разъяснение: “Учитывая, что обстановка
на Ближнем Востоке становится все более и более взрывоопасной, нам будут нужны базы
и право беспрепятственного
осуществления полетов над Балканами для защиты каспийской
нефти”. Еще в 2002 году сообщалось, что в Косове построена
“с нуля” американская база
Кэмп-Бондстил — самая большая база со времен вьетнамской войны. Планировалось, что
она заменит американский
аэродром в Авиано (Италия).

Правительство Косова чрезвычайно восторженно относится
к американскому военному
присутствию. В то же время
у правительств и населения соседних Болгарии, Турции и Греции подобный энтузиазм, безусловно, отсутствует.

…Де-юре независимое государство, де-факто Косово будет
американским военным протекторатом. Как минимум в течение нескольких лет косовское
правительство будет вести себя
по отношению к американцам
как безобидная местная администрация, не пытаясь помешать деятельности огромной
вооруженной силы, сосредоточенной на их “заднем дворе”. В то же время на территории Косова будут строиться мечети на средства ваххабистских
фондов. Косово, хотя бы краткосрочно, предлагает Вашингтону и его союзникам нечто конкретное. А что им предлагают
Северный Кипр и непризнанные государства бывшего
СССР? Ничего.

…Все разговоры о “признании”, в конце концов, являются
просто примером формального
подхода. Настоящая цель признания Косова — создание нового американского союзника
в Центральной Европе, где такового ранее не было. У этого
придатка американской военной власти будет печать “национальной государственности”
(то есть легитимности)».

«…Механизмов разрешения
“замороженных конфликтов”
бывшего СССР придумано много, но ни один из них не действует. ОБСЕ, ООН и все организации, занимающиеся разрешением конфликтов, пока
не представили предложения,
которое удовлетворило бы всех.

Традиционный способ создания
государств — война и победа —
остается самым эффективным,
несмотря на утверждения
“международного сообщества”
о его неприемлемости. Де-факто
независимость Северного Кипра, Косова, Приднестровья, Абхазии, Южной Осетии и Нагорного Карабаха была достигнута
через войну — “кровь и почву”,
используя старую русскую фразу. Де-юре независимость является “глазурью на торте”.

Но Юго-Восточная Европа
и Кавказ — это не Индонезия,
и гораздо больше государств интересуются этими странами,
чем Восточным Тимором.

Если отбросить военный путь,
самый лучший механизм разрешения “замороженных конфликтов” заключается в том,
чтобы великие державы мира
выбрали ту или иную сторону
конфликта и защищали
бы ее. Вашингтон и Брюссель
давно выбрали свою сторону —
это Косово. Почему же Россия
боится всерьез выбрать свою?
Оставлять Приднестровье
и других непризнанных в политическом и экономическом “чистилище” — это не просто
жестко. Это жестоко.

…Я уверен, что в Абхазию
и другие непризнанные республики должно вкладываться
больше ресурсов. Когда я первый раз посетил Южную Осетию в 2001 году, это было одно
из самых печальных и наихудших мест, которые я увидел
за всю свою жизнь. Только
на пятый приезд, в ноябре
2006 года, я заметил улучшения
в инфраструктуре, да и то они,
наверное, были сделаны специально к президентским выборам и референдуму, то есть совсем недавно. И если правда,
что российская экономика растет такими быстрыми темпами,
то Российской Федерации пора
предлагать этим “серым зонам”
более существенную помощь,
чем одни лишь свои паспорта».

Дмитрий Рогозин,
постоянный представитель России при НАТО:
«…Косово давно уже стало не
только базой для переброски
наркотиков в Европу, но и
большой коллективной лабораторией. Более того, я скажу
вещь парадоксальную, но у меня сложилось впечатление, что
те деньги — огромные деньги — которые стоят за наркомафией в Косове, вполне вероятно, работают сейчас и на выработку политической позиции в пользу признания косовской независимости. Если эта
информация подтвердится, то
я не исключаю того, что мы будем свидетелями скандалов на
политическом уровне о подкупе некоторых политических
деятелей за счет наркотических денег. Так часто бывает —
любая территория, которая находится вне зоны национального контроля, где к власти
приходят экстремистские, террористические силы… всегда
ищите там грязные деньги, которые появляются в Европе в
основном от наркотиков…»