Мурад ХАЛЛЫЕВ: неразвитость среднего бизнеса —путь к экономическому застою

Текст | Дмитрий АЛЕКСАНДРОВ
Фото | Александр ДАНИЛЮШИН

HBS Global — молодая инновационная компания, работающая в сфере телекоммуникаций. Она действует в тех нишах рынка, где не слишком активны «монстры» сотовой связи, а также активно осваивает рынок стран Востока, во многие из которых не поставляются современные технологии с Запада.

По мнению исполнительного директора и совладельца HBS Global Мурада Халлыева, активность на Востоке — это ниша для всего российского бизнеса, ведь россияне понимают, что «восток — дело тонкое», умеют работать в этой части света и очень позитивно воспринимаются на азиатском континенте.

Мой телефон ноль, ноль, ноль…

— Мурад Арсланович, как правильно определить суть вашего инновационного решения в области мобильной связи? Обеспечение роуминга в максимальном количестве стран мира?
— Обеспечение дешевого роуминга в максимальном количестве государств — как Запада, так и Востока. Мы сегодня занимаемся роумингом в 154 странах. Но фактически система работает в намного большем количестве стран, благодаря межроуминговым соглашениям между сотовыми операторами.

В 54-х государствах у нас нулевая стоимость входящих звонков, в остальных входящие звонки гораздо дешевле — не менее, чем на порядок по сравнению с местными операторами мобильной связи. Возьмем, например, Турцию: звонок в Россию по нашей сим-карте стоит 55 центов, а у местного сотового оператора — не менее 95. Разница, как видите, почти в два раза.

Исходящие звонки тоже гораздо дешевле, чем у местных операторов и гигантов российского сотового рынка: «МТС», «Би Лайн», «Мегафон». Вообще, мы настолько снизили себестоимость услуги, что звонок в Россию из-за рубежа получается у нас дешевле, чем звонок по внутрироссийским сотовым сетям! По СМС ситуация такая: все входящие у нас бесплатны, по исходящим обеспечиваем единую низкую стоимость по всему миру. Тарифных планов у нас никаких нет — условия обслуживания едины для всех. Абонентская плата отсутствует, обязательные и скрытые платежи — тоже. Как вы знаете, у многих операторов сотовой связи, как отечественных, так и зарубежных, масса скрытых платежей. Например, вышеназванные российские операторы практикуют списание определенной суммы сразу по пересечении границы.

У HBS Global ничего подобного нет. Не предусмотрено у нас и наличие минимального объема денежных средств на счете: если он больше нуля, вызов будет установлен.

Срок действия нашей сим-карты не ограничен — то есть воспользоваться ею можно, даже если в следующий раз вы выезжаете за рубеж через несколько лет. По качеству связи наша компания существенно превосходит местных операторов. В частности, после активации нашей карты Global Sim телефон автоматически выбирает сеть, обеспечивающую максимальное качество приема: в карту вшита специальная программа — продукт отечественных высокотехнологичных разработок.

В нашей компании работает круглосуточная служба технической поддержки по бесплатному номеру, которая принимает все вопросы абонентов из любой точки планеты. За период работы на рынке — чуть больше года — могу сказать: если и звонят в службу техподдержки, то только те люди, которые в силу занятости своей не прочитали простую пошаговую инструкцию, которая прилагается к сим-карте.

Потому еще до поездки мы обращаем внимание абонентов: пробуйте пользоваться «симкой» в России, тем более, что международный номер обеспечивает, как я уже говорил, бесплатные входящие.

В перечень стран, где мы работаем, входят практически все европейские государства, а также Австралия, Турция, Египет, Украина…

Кроме того, Япония, Южная Корея — там наши сим-карты прекрасно функционируют в сетях 3G. Начинаем работать с США — это очень специфический по техническим стандартам, во многих отношениях закрытый рынок.

Наш продукт будет, как и на других рынках, более конкурентоспособен, чем продукты местных компаний. Сим-карты для выезжающих в США поступят в продажу уже в этом году.

— А что нужно сделать, чтобы воспользоваться предлагаемой вами технологией?
— Необходимо либо непосредственно связаться с нашим офисом в Москве или Петербурге, либо — с одним из дистрибьюторов наших сим-карт: это сети «Связной», «Беталинк», «Эльдорадо», «Диксис», «Техносила», «Альт Телеком». Сегодня мы реализуем свой продукт в 55 субъектах Федерации. Собираемся открывать представительства в Болгарии, Белоруссии, Иране, Афганистане, ряде других стран.

Наша роуминговая технология может реализовываться в двух вариантах. Первый — с международным номером, единым по всему миру. То есть у вас появляется дополнительный номер мобильного телефона. Это сегодня вполне естественно — у деловых людей сейчас, как правило, два мобильных телефона. При этом мы стараемся подобрать либо тот же номер, но с другим кодом, либо похожий — у нас большая номерная емкость, предоставляемая эстонским сотовым оператором, с которым мы сотрудничаем.

Второй вариант: вы сохраняете свой номер, если это номер «Мегафона», но все услуги вам обходятся чуть дороже. Но все равно это существенно, до десяти раз дешевле, чем у обычного клиента «Мегафона».

— «Мегафон» не побоялся пустить вас «в свой огород»?
— К счастью, нет, и сотрудничество активно развивается. Ведь благодаря нашему партнерству экономная часть абонентов «Мегафона» остается на своем номере, пусть и пассивным образом (на входящих звонках), а не выключается полностью на период поездки за границу.

— А как оставить свой номер пользователям самых популярных российских сетей сотовой связи — «МТС» и «Би Лайн»?
— Мы предоставляем такую услугу через переадресацию на «Мегафон». То есть даем вам сим-карту с предоставлением номера «Мегафона», и вы, когда уезжаете, делаете переадресацию на этот номер. Звонки будут приходить на сим-карту Global Sim. В результате абонент всегда доступен на своем российском номере, но уже не тратит баснословные деньги за роуминг.

По данным РБК, рынок удешевления роуминга в нашей стране велик — $1 млрд 200 млн. Но на самом деле это заниженная оценка — посчитаны лишь те, кто уезжает, но остается на своем номере. Не учтены те, кто покупает другой номер — а это как раз большинство из отправляющихся в командировки. Как правило, сегодня закупается сим-карта местного оператора, что трудно признать эффективным решением.

— Многие крупные корпорации даже имеют службы по организации связи в других странах, закупающие сим-карты местных операторов…
— А мы делаем эти службы ненужными.

Технология приобретения карты другой страны чревата целым рядом проблем. Во-первых, ваши близкие не будут знать, по какому номеру вам звонить. Во-вторых, весь сервис и техподдержка в этих сим-картах на иностранном языке. Хорошо, если это английский. А если турецкий, арабский, фарси?

— Какой процент экономии получается от использования вашей карты?
— Экономия как минимум в десять раз — для пассивного пользователя международной сотовой связи за рубежом. У активного пользователя экономия еще больше.

Зачастую корпоративные специалисты в области связи не заинтересованы в использовании современных технологий, предпочитают работать по старинке, лишь бы на их деятельность выделялись прежние бюджеты. Сегодня это главное препятствие для продвижения нашего продукта Global Sim.

Но постепенно популярность Global Sim растет. Прежде всего, большим спросом он пользуется у обычных туристов, выезжающих на отдых, хотя рассчитан больше, конечно, на корпоративный сектор, на сферу делового туризма.

И в этих сферах на него постепенно появляется спрос. Мы заметили, что активно пользуются нашим продуктом, практически целиком отказавшись от других форм роуминга, российские банкиры, работающие с Японией. Хотя никаких принципиальных отличий Японии от других стран, где мы работаем, нет. Просто продвижение продукта происходит сегодня во многом благодаря рекомендациям коллег.

Сейчас наша главная задача — завоевать сердца корпоративного сектора, хотя от индивидуальных потребителей мы, конечно, тоже не будем отказываться. У нас есть преимущества перед конкурентами, которые мы усиленно развиваем. В частности, мы первыми сделали круглосуточную техподдержку по бесплатному номеру. И потому в 2008 году рассчитываем стать лидерами рынка удешевления роуминга в России.

— Как с вами мирятся монополисты сотовой связи?
— Для них мы не конкуренты на местном рынке, а львиная доля их доходов идет именно с внутреннего рынка. Основной заработок сотовой компании, как известно, — все-таки тарифы на местную сотовую связь: ей человек пользуется ежедневно. Международный роуминг занимает всего порядка 7% от общего трафика гигантов мобильной связи.

Они, конечно, не слишком довольны нашим существованием. Но не до такой степени, чтобы коллективными усилиями нас задушить.

— Можно сказать, что существование вашего бизнеса — это феномен высокой степени монополизации на рынке сотовой связи?
— Совершенно верно. Крупные компании слишком неповоротливы, чтобы «нагибаться» даже за очень немаленькими доходами на некоторых нишах сотового рынка.

Российское — значит передовое

— Вы ведь занимаетесь и смежными бизнесами?
— Вы правы. В частности, осуществляем страхование путешествующих. HBS Global выступает в качестве страховых брокеров: заключили договор на продажу услуг с Европейской страховой компанией. В результате наше страховое предложение получается на порядок дешевле, чем у российских страховщиков. Причем мы делаем годовую страховку, предусмотрен расширенный перечень медицинских услуг, страхование багажа. И предлагаем не просто страховку, а страховую карту, привязанную к международной системе скидок Countdown: наша страховая карта позволяет одновременно получить эти скидки.

Но самое главное отличие от российских страховщиков заключается в следующем.

Медицинские услуги оказываются на месте бесплатно в пределах тех сумм, на которые застрахованы путешествующие, в случаях же с российскими страховыми компаниями пострадавшему (заболевшему) оказывают медицинские услуги за его деньги, а по прибытии на Родину он пытается получить потраченные на медицинское обслуживание денежные средства у своих страховых компаний.

Наш страховой партнер — страховая компания, за плечами которой более 100 лет опыта работы на рынке, огромные финансовые ресурсы, несопоставимые с ресурсами российских страховых операторов. Есть у HBS Global и еще ряд вспомогательных сервисных направлений для поддержки туристов.

Но, пожалуй, важнейшая тема для нас сейчас — прорывные разработки в сфере телекоммуникаций. Прежде всего это телефоны «три в одном»: спутниковая связь, сеть GSM и сеть Wi-Fi. Сам телефон выбирает ту сеть, которая в данный момент лучше всего функционирует: если нет Wi-Fi, переходит на GSM, если нет GSM, переходит на спутниковую сеть.

Это разработка одной российской хай-теккомпании, которая занимается проблемами передачи голосового и видеоизображения по IP-трафику при малых его скоростях. Продукт уже, можно сказать, наполовину готов. К концу года мы планируем выпустить его на российский рынок.

Активно заниматься этой технологией завтрашнего дня мы начали потому, что понимали: сегодня наш бизнес быстро развивается, но через три-четыре года таких темпов роста не будет. Это вообще отличительная черта среднего бизнеса — думать о том, что будет после достижения потолка в развитии. Крупный бизнес думает о другом — как остановить развитие, «остановить мгновение», чтобы просуществовать на плато спроса на устаревающую технологию максимально долго. Мы же стараемся уже сейчас запускать продукты и технологии, которые будут востребованы через три-четыре года.

— А в мире есть аналоги такого продукта?
— Нет — это новейшая в международном масштабе разработка. Есть телефоны, которые поддерживают одновременно IP-протокол и GSM-протокол, есть телефоны, поддерживающие GSM-протокол и спутниковый. Но поддержки всех трех протоколов в одном аппарате нет ни у кого.

— Почему?
— Главная загвоздка — в несовершенстве IP-технологий: сегодня в этой сфере распространены такие низкие скорости, что даже голосовую информацию передать очень сложно. Именно поэтому вперед в разработках «три в одном» вырвалась компания, которая сумела по этому медленному трафику передать даже видеоизображение.


— Разработка будет российская. А электроника?
— Электроника гонконгская: мы решили не экспериментировать с российскими заводами, пока наша электронная промышленность только-только начала восстанавливаться.

Софт для продукта пишут, протокол прописывают российские специалисты.

Бизнес с человеческим лицом

— Вы одна из немногих российских компаний, которая широко сотрудничает со странами Востока…
— Да, работаем в Турции, Иране, Ираке, Бахрейне, Афганистане, Пакистане, Индии, КНР, Вьетнаме, Таиланде, Монголии… Большое внимание уделяем огромному и очень перспективному иранскому рынку.

В Тегеране мы уже открыли представительство, сейчас вопрос на стадии получения ряда лицензий для нашей деятельности в этой стране. Потенциал Ирана огромен: есть значительные денежные средства, мощные производственные базы. Но при этом из-за ограничений со стороны Запада с развитием технологий, современных методов ведения бизнеса наблюдаются проблемы.

Первое, с чем мы столкнулись, — отсутствие современной системы платежей. Мы разработали такую систему и сейчас подали заявку на получение в Иране банковской лицензии.

Намереваемся получить разрешение на проведение банковских операций, чтобы создать систему банковских терминалов по всей территории Ирана.

Мы первая компания, которая пришла с такой целью в Иран, и не случайно, что российская. Отношение к российскому бизнесу там очень позитивное, особенно к бизнесу, несущему новые технологии. Во многом потому, что технологии, идущие из России, — это технологии высочайшего уровня: и по качеству идей, и по простоте обслуживания. Например, несмотря на наводненность иранского рынка китайскими и японскими дешевыми мотоциклами, в Иране создано целое предприятие, которое реконструирует старые ижевские мотоциклы — они пользуются огромным спросом среди сельского населения… Почему? Потому что они очень просты в обслуживании: взял отвертку и починил. А японский надо везти на сервис.

Я хочу процитировать слова одного иранского предпринимателя: «российский бизнес, помимо всех тех новшеств, которые он нам несет, — душевный бизнес». Наши предприниматели не только стремятся наладить свой бизнес, но и искренне проникаются проблемами других людей, стараются им помочь. Партнеры видят неподдельное участие в разрешении своих трудностей, это их очень трогает.

Такого подхода не дождешься от американцев и европейцев — у них во главе угла оказываются экономика и финансы, их собственные интересы, все остальное не столь важно. Русский же бизнес интересуют проблемы партнеров, помощь в их решении. Российский бизнес — это бизнес с человеческим лицом.

По своему менталитету люди из России гораздо ближе к Востоку, чем европейцы. Там, где европейцам для понимания понадобятся годы и месяцы, русские становятся своими за несколько дней. Пообщаются часок-другой, сходят вместе со своим визави в баню — и все, отношения налажены на долгие годы и десятилетия. Потому что искренность неподдельная — люди Востока очень проницательны! На Востоке, в Азии, к России всегда относились очень позитивно. Об Иране я уже сказал, обращу ваше внимание и на Афганистан. Мы рассматриваем возможность прихода на его рынок, открытия там представительства. Сегодня афганцы говорят: «Мы были неразумными детьми, когда воевали с СССР, не понимали, что Россия нам принесла так много добра. Сегодня у нас американцы — нам есть с чем сравнить».

— Россия приносила, а Америка забирает?
— Именно так! Россия в Афганистане много строила: школы, заводы, больницы… А Америка за годы присутствия там что построила кроме военных баз и аэродромов? Она созидать не спешит, все только прибирает к рукам. Американцы даже не пытаются разобраться в местном менталитете, наладить отношения с афганцами — ведут себя как захватчики, завоеватели… Там сегодня люди прекрасно идут на контакт с россиянами. Тем более, что Афганистан из высокотехнологичных держав сотрудничал только с Советским Союзом.

Сейчас на всем Востоке для нас благоприятная атмосфера. И главное сегодня не пропустить этот момент ренессанса интереса к России, внимания к российскому бизнесу, использовать его в интересах нашей страны.

Я думаю, что ситуация в настоящее время на планете такая, что только две страны могут выступить мостом между Западом и Востоком — Россия и Китай. Китай — азиатская страна, один из лидеров модернизации в Азии.

Он в силу своей специфики, в силу буддистско-конфуцианской традиции — страна, веками вырабатывавшая навык договариваться.

Россия — европейская страна со специфической, православной традицией, всегда близко стоявшая к Востоку, устанавливавшая с ним соседские, дружеские отношения, веками расширявшаяся на Восток.

Мне кажется, сегодня важнейшая геополитическая миссия и России, и Китая в условиях конфликта, чуть ли не войны Запада и Востока, — наладить диалог между этими двумя полюсами мира.

— А насколько полезен потенциал таких людей, как вы лично — людей одновременно и Запада, и Востока — в наведении подобных мостов? Вы ведь хорошо знаете Восток, знаете языки тюркской группы, фарси и одновременно хорошо знакомы с западной бизнес-культурой…
— Я действительно эффективнее европейца по рождению могу донести точку зрения одной стороны до другой. Ведь то, как мысли одного человека преломляются в сознании другого, — очень важно. Все прекрасно знают, насколько на переговорах существенен хороший переводчик. Помните: «казнить нельзя помиловать»? В любом языке, как в известной сказке, есть ситуации, когда от постановки запятой зависит смысл.

Очень важно, чтобы и бизнесмен был склонен к преломлению, работал над его улучшением: это даст совершенно другое качество его переговорам. Самое главное — услышать другую сторону, что она хочет донести. Когда тебе ясна цель собеседника, ты всегда поймешь, как с ним построить отношения, и тебе никогда не скажут «нет».

И внутри бизнеса я, например, постоянно общаюсь с партнерами, коллегами на основе тех же принципов. Все время им говорю: «У всех нас разный жизненный опыт, те или иные вещи мы понимаем по-разному. Я прошу, если есть недопонимание, говорить об этом в открытую.

Потому что фраза, междометие, мимическая реакция может означать для меня одно, а вами восприниматься совсем по-другому».

— Достаточно ли сегодня Россия использует свое преимущество на Востоке?
— Нет. Потому что государство сегодня опирается прежде всего на крупные компании, такие как «Газпром», ЛУКОЙЛ, РЖД.

Эти структуры получают государственную поддержку. А средний бизнес такой поддержки, к сожалению, лишен. Мне кажется, это большая ошибка, потому что средний бизнес гибок и динамичен.

Поддержка ему нужна, в первую очередь юридическая — для четкой ориентации в местном правовом поле, а также финансовая, то есть кредитная помощь, создание налоговых льгот. В Турции, например, есть такая программа: если турецкий предприниматель создает производство за рубежом для реализации турецкой продукции, он получает значительную кредитную помощь государства. К сожалению, у нас такой порядок пока отсутствует. В результате мы теряем возможности.

Внимание — малым и средним

— И вообще мы относимся к нашему среднему и малому производственному, высокотехнологичному бизнесу как к чему-то второстепенному, несопоставимому по своему значению с крупным — энергетикой, нефтегазовым комплексом…
— К сожалению, это так. Компания — разработчик телефона, работающего в трех протоколах, о которой я рассказывал, недавно участвовала в выставке в Австрии. Одна из местных компаний тут же предложила ей значительный кредит. Почему то же самое не сделали российские госкорпорации или российское государство? Ведь технологию перекупят, и мы изделия на основе нашей же разработки будем приобретать на Западе втридорога! Средний, малый бизнес сейчас брошены на произвол судьбы. Прежде всего отсутствует доступный банковский кредит. Сегодня предпринимателю нужно иметь такую внутреннюю силу и убежденность, совершить такой мощный рывок, чтобы «оторваться от земли», что это мало кому доступно. На Западе инновационный бизнес не сталкивается с такими финансовыми трудностями… Банки — это финансовое плечо, которое дает стимул компании в первую очередь на начальном этапе ее развития. Оно не только ускоряет развитие, но и делает бизнес более ответственным, не дает расслабиться. Сегодня этого плеча лишены не только начинающие, но и показавшие себя компании: деньги попрежнему дают прежде всего под высоколиквидный залог.

Такое отношение кредитных организаций невозможно рационально объяснить, ведь именно в малом бизнесе максимальная маржа: по 100, 200, 300%! Крупный бизнес таких прибылей, такого взрывного роста не дает. Конечно, банк должен брать бо` льшую процентную ставку, учитывая рисковость этого бизнеса, но такой бизнес должен стать предметом самого пристального внимания банкиров! Мы, когда начинали, обращались в несколько банков, рассказывали им: компания и так быстро стартует, но с вашими требованиями наш «взлет» сократится на несколько месяцев.

Реакция специалистов кредитных департаментов — священный ужас: «какие-то высокие технологии, что это такое, непонятно»… Им ясно, что такое недвижимость, понятно, что такое торговля нефтью, а телекоммуникации — это для них область неизведанного. В банковском секторе нет специалистов, которые могут работать с хай-тек-компаниями. Потому разговор не идет о производственных показателях, а… о ликвидном залоге. Это абсурд! Наша компания сегодня так быстро развивается, что привлекает множество структур со стороны, которые хотят вложиться в наш бизнес. Мы разрешаем делать это только на правах частных инвесторов: наша компания — ООО, мы изначально подумали о защите своего бизнеса. Но банковского капитала в наших средствах нет ни копейки. Думаю, это характеризует не столько нас, сколько банки.

Мы просто поражены недальновидностью банковских структур: они тратят колоссальные денежные средства на выявление платежеспособного населения (аналитики, всевозможные опросы и т. д.) для выдачи кредитных карт и других банковских продуктов, а ведь наши абоненты — это их потенциальные клиенты, потому что нашей услугой в основном пользуются граждане, которые выезжают за границу, следовательно, это наиболее платежеспособная часть населения. То есть мы могли бы как минимум помочь банкам в реализации и распространении банковских продуктов. Но, увы, данный вариант банками даже не рассматривается.

— Подобное отношение банков к высокотехнологичным компаниям — это результат концентрации банковского бизнеса?
— Безусловно, концентрация — одна из причин. Банки разрастаются, поглощают друг друга, исчезает средний банковский бизнес. А крупные структуры заинтересованы в упрощении бизнеса: зачем анализировать производственную деятельность, оборот, когда можно работать вообще практически без рисков на секторах финансового рынка с гарантированной доходностью? — Сегодня существует мнение, что предприниматели, представляющие средний бизнес, должны быть более активно вовлечены в формирование политики, кадрового корпуса страны… — Я считаю, что это было бы очень правильно. На сегодняшний момент все больные точки нашей экономики знает только малый и средний бизнес, крупный от них далек.

Владимир Владимирович Путин недавно абсолютно справедливо заметил, что сегодня законы, регулирующие экономику, в значительной степени неэффективны. А почему? Потому что в их подготовке участвует всего несколько человек, представляющих группы интересов, — профессиональные лоббисты. В результате в документах воплощается либо недостаточное знание жизни, либо заинтересованность.

Если не дай бог упадет цена на нефть, а она, скорее всего, уменьшится на 20—30 пунктов, то «вытянет» национальную экономику именно малый и средний бизнес. Потому что он вкладывает в создание нового, а не занимается выкачиванием и продажей углеводородного сырья.

Сегодня мы слишком много и слишком часто говорим, что Россия — оазис стабильности в бурном море экономической нестабильности.

Но, может, не стабильности, а застоя? Застой в экономике начинается с регресса в развитии структур малого и среднего бизнеса — именно это мы сегодня и наблюдаем.

Я очень приветствую внимание к сфере малого и среднего бизнеса, проявленное Дмитрием Анатольевичем Медведевым на недавнем президиуме Госсовета в Тобольске. Но уверен, что сегодня, особенно в складывающейся в мировой экономике ситуации, от внимания скорее нужно переходить к практическим шагам.


Халлыев Мурад Арсланович — исполнительный директор ООО «HBS Global». Родился 25 августа 1971 года в городе Ашхабаде Туркменской ССР.

В 1994 году окончил Севастопольский приборостроительный институт по специальности «Автоматизация технологических процессов», получил квалификацию «Инженер-электромеханик».

С июля 1994 года — инженермеханик экстрактового производства АПК «Буян», г. Чарджоу Республики Туркменистан. С января 1995 года — младший экономист валютного отдела АКБ «Туркменистан», с февраля 1996 года — начальник валютного департамента банка, а с марта 1997 года — начальник департамента денежного обращения.

С ноября 1998 года — начальник отдела ВЭД представительства южно-корейской компании Soltra Corporation в Туркменистане, с января 2000 года — финансовый директор представительства.

В феврале 2005 года стал заместителем генерального директора по региональному развитию ЗАО «Туристическая телекоммуникационная компания», г. Москва.

С января 2007 года — учредитель и исполнительный директор ООО «HBS Global», г. Москва.

Женат, двое детей.