Мать нации

Текст | Анастасия САЛОМЕЕВА

Когда в 1740 году умер император Священной Римской империи Карл VI, кардинал де Флери, первый министр Франции при Людовике XV, цинично заявил: «Габсбургов больше нет». Однако жизнь показала, что могущественный царедворец ошибался, и надо думать, что очень скоро ему стало ясно, что Габсбургов рано списывать со счетов. Да, глава Австрийского дома ушел из жизни, не оставив наследника мужского пола, но он успел подарить миру дочь, со временем ставшую самой популярной представительницей династии Габсбургов в мире и яркой звездой на политическом небосклоне XVIII века — эрцгерцогиню Австрии, королеву Венгрии и Чехии, императрицу Священной Римской империи Марию Терезию.

Старшая дочь императора Карла VI и его жены Елизаветы Христины Брауншвейг-Вольфенбюттельской появилась на свет 13 мая 1717 года. Это был не самый лучший период в жизни ее родителей — они только что потеряли долгожданного сына, умершего в младенчестве. Позже у венценосных родителей рождались только девочки. Впрочем, Карл VI, видимо, предчувствовал, что судьба его обернется таким печальным образом, и, еще не имея детей, всерьез занялся обеспечением юридических прав престолонаследия своим потомкам. В апреле 1713 года им была издана Прагматическая санкция, где оговаривалось, что в случае отсутствия у императора наследников-мужчин все обширные владения габсбургской короны передаются по женской линии. Отчаявшись иметь сына, Карл приложил массу усилий для того, чтобы документ был принят провинциями монархии, а затем одобрен на международном уровне.

Первые годы жизни будущая императрица провела вдали от придворной суеты. Образование, данное юной принцессе иезуитами, было качественным, но не блестящим, однако его недостатки Мария Терезия с легкостью компенсировала своим природным умом. Когда принцесса из робкого и застенчивого ребенка превратилась в прелестную жизнерадостную девушку, ее руки стали добиваться многие венценосные женихи. Выбор Карла VI пал на собственного двоюродного племянника — принца Франца Стефана Лотарингского, росшего при венском дворе. Заключению брачного союза предшествовала сложная международная политическая комбинация, в которой вряд ли учитывались чувства самой барышни, но в этот раз все совпало — Мария Терезия давно была неравнодушна к красавцу кузену и с радостью отдала ему свою руку. Заключенный в феврале 1736 года брак оказался удачным во всех отношениях, и, видимо, это позже дало императрице повод утверждать: «В этом мире единственное настоящее счастье — счастливый брак». У супругов родилось шестнадцать детей, десять из которых дожили до зрелого возраста.

На кону — империя

Через четыре года после пышной свадьбы произошло событие, коренным образом изменившее жизнь Марии Терезии, — скончался ее отец. Новая эрцгерцогиня, в то время вынашивавшая четвертого ребенка — сына, которому в будущем суждено было стать императором Иосифом I, — смело приняла монаршее наследство, сделав своим соправителем мужа. Впрочем, положение Франца было чисто номинальным — вопросы государственного обустройства он полностью передоверил своей деятельной супруге.

Марии Терезии, которую отец держал в отдалении от государственных дел, не потребовалось много времени, чтобы понять, что хозяйство ей досталось не в лучшем состоянии: бюджет был ограничен, былую военную мощь империи подорвали недавние неудачные войны. В довершение всего иностранные монархи, чье согласие подписать Прагматическую санкцию далось Карлу VI с таким трудом, после его смерти желая урвать себе кусочек земель Габсбургов, один за другим начали отказываться от своих подписей (верной слову оставалась только взошедшая на престол российская императрица Елизавета Петровна).

К тому же объявилось множество претендентов на только что полученную Марией Терезией корону. Так в Европе начались военные действия, позже названные войной за австрийское наследство.

Первый шаг был сделан баварским курфюрстом Карлом Альбрехтом, супругом племянницы Карла VI, дочери императора Иосифа I.

Баварец никогда не признавал права Марии Терезии на престол и считал, что австрийское наследство должно принадлежать его жене. Не успела императрица начать готовиться к войне с Баварией, как на нее обрушился новый удар.

И нанес его человек, совсем недавно претендовавший на ее руку, — только несколько месяцев назад ставший королем Фридрих II Прусский, позже заслуживший прозвище Великий.

Сначала экс-поклонник предложил правительнице военную и дипломатическую поддержку в обмен на малость — Силезию, провинцию, которая входила в Чешское королевство и принадлежала Габсбургам. Когда Мария Терезия, вопреки советам своего окружения, отказалась обсуждать с ним данный вопрос, Фридрих без объявления войны оккупировал Силезию. Как затем выяснилось, на этот шаг монарх-завоеватель пошел не без поддержки некоторых европейских государств. Начался военный конфликт с Пруссией, в ходе которого австрийская армия потерпела поражение.

Вскоре Карл Альбрехт Баварский при поддержке французских войск захватил Нижнюю Австрию и Чехию, а позже еще и короновался сначала в короля Чехии, а потом в императора Священной Римской империи Карла VII.

Тем временем Испания стала заинтересованно поглядывать на владения Габсбургов в Италии. Казалось, что дни правления императрицы Марии Терезии сочтены. У обычной женщины в подобной ситуации опустились бы руки, но только не у нее. Молодая правительница оказалась дамой с характером и бесстрашно вступила в борьбу за принадлежащие ей владения.

Осенью 1741 года императрица отправилась в подвластную Габсбургам Венгрию, и то, что произошло в этом маленьком королевстве 11 октября 1741 года, стало достоянием истории. В траурных одеждах, с младенцем-сыном на руках, с символом Венгерского королевства — короной святого Стефана на голове Мария Терезия появилась в сейме и произнесла перед гордыми венгерскими аристократами пламенную речь. Смахивая с длинных ресниц слезы, она поведала собравшимся о своем тяжелом положении, о том, что оставлена всеми союзниками, и попросила о помощи.

Венгерские магнаты были глубоко тронуты и как настоящие мужчины не могли отказать просящей женщине — они преклонили перед красавицей колени и, обнажив сабли, поклялись в верности. В стране была объявлена мобилизация, собравшая огромное войско.

Армия Марии Терезии двинулась в Баварию и уже в начале 1742 года заняла Мюнхен. Тут к императрице пришла на помощь Великобритания, выступившая в войне за австрийское наследство на стороне Марии Терезии.

Беда — лучший учитель

Борьба с Карлом Альбрехтом и французами решалась в пользу Марии Терезии, однако Фридрих II оказался крепким орешком, к тому же воевать на две стороны Австрии было трудно. Поэтому между несостоявшимися женихом и невестой был заключен сепаратный мир, в результате которого Австрия уступила Пруссии значительную часть Силезии. Горечь от потери провинции была компенсирована триумфальным возвращением Габсбургам Чехии — в апреле 1743 года Мария Терезия въехала в освобожденную Прагу, а в мае она была уже коронована короной святого Вацлава. Впрочем, прошло чуть больше года, как Чехия вновь оказалась не под австрийским владычеством: летом 1744 года Прагу захватил нарушивший мирный договор неуемный Фридрих II, однако через несколько месяцев его вытеснили оттуда австрийские войска.

В начале 1745 года скончался Карл VII, так и не сумевший вырвать из цепких ручек Марии Терезии свою Баварию. Предприимчивая дама поспешила заключить мир с сыном почившего императора курфюрстом Максимилианом III и в обмен на признание ее прав вернула ему королевство. А через некоторое время ее супруг не без поддержки того же курфюрста и вопреки сопротивлению Фридриха II был избран императором Священной Римской империи.

Стоит отметить, что обожавшая мужа Мария Терезия отказалась от собственной коронации в качестве супруги нового императора, видимо, из-за желания не быть «второй» в их союзе.

С Пруссией был заключен очередной мир, но проблем от этого у Австрии меньше не стало — потерпев неудачу в Центральной Европе, французы объединились с испанцами и начали массированную атаку на владения Габсбургов в Италии. Вернуть свою собственность Марии Терезии удалось лишь после того, как она вступила в коалицию с королем Сардинии. Вслед за этим театр военных действий переместился в австрийские Нидерланды. В 1747 году Австрия получила еще одного союзника — доселе пассивно наблюдающая за конфликтом российская императрица Елизавета Петровна не на шутку обеспокоилась возрастающим влиянием Пруссии в Европе и решилась поддержать конкурирующую с ней Австрию, выслав в помощь Марии Терезии сорокатысячную армию. Появление в Германии российского корпуса остудило пыл французов, и в 1748 году участники военных действий подписали знаменитый Ахенский мирный договор. Однако, несмотря на то что Марии Терезии удалось сохранить за собой большую часть владений Габсбургов, за исключением части их итальянских территорий и Силезии, и ее права на престолонаследие были признаны всеми европейскими монархами, императрица вовсе не была довольна исходом дела и доверительно сказала как-то английскому послу, поздравившему ее с наступлением долгожданного мира, что это дело она так просто не оставит и намерена вернуть всю свою собственность, даже если ей придется отдать на это свою последнюю юбку.

Следующие шесть лет своей жизни Мария Терезия посвятила реформированию своей империи. Длившаяся восемь лет война обнажила все недостатки государственной системы империи Габсбургов: страна остро нуждалась в регулярной армии, крепком бюджете, прозрачной бюрократической структуре и эффективной юридической системе. За несколько лет императрицей были проведены военная, финансовая, административная и судебная реформы — в результате возникла новая система центральных органов власти, коснувшаяся в основном чешско-германских наследственных земель. Что же касается Венгрии, то, памятуя о помощи, которую оказали ей венгерские магнаты, Мария Терезия позволила этой стране жить по старым правилам, что, кстати, через некоторое время сделало Венгрию самой экономически отсталой частью ее империи.

Императрица ограничила власть помещиков, уничтожила привилегию дворянства и духовенства не платить налоги в государственный бюджет, введя всеобщий подоходный, а затем дифференцированный подушный налог. Кроме того была разработана система внутренних и пограничных пошлин, в том числе и на ввоз предметов роскоши. Вместе с тем Мария Терезия поощряла развитие в стране промышленности, освободив хозяев новых фабрик от налогов на первое десятилетие, стимулировала появление в Австрии новых ремесел, развивала земледелие и торговлю.

В империи была ведена рекрутская система, увеличены ассигнования на содержание войска (за счет роста поземельного налога), появились высшие учебные заведения для офицеров. При Марии Терезии была проведена первая перепись населения и положено начало статистическому учету. Императрица изменила и систему юстиции страны: именно в ее правление судебная власть была отделена от административной, созданы новые уголовный и гражданский кодексы, отменены пытки, а решение о смертной казни отныне мог принимать только монарх.

Многое она сделала и для образования, выведя его из-под власти иезуитов и дав определяющую роль государству. Она установила налог на наследство, снова больно ударивший по дворянству, — средства, получаемые от него, предназначались для создания школьного фонда. Мария Терезия поддерживала школы для простого люда, покровительствовала университетам и высшим учебным заведениям для художников и архитекторов. Императрица создавала публичные библиотеки в Праге и Инсбруке, открывала обсерватории.

Сопротивлявшихся преобразованиям отцовских министров Мария Терезия заменяла на более передовых людей и при этом, будучи очень умной и проницательной женщиной, фактически всегда ставила на правильную «лошадку».

Править сердцем

Что касается внешней политики, Мария Терезия пересмотрела и ее. Главным противником своей империи она считала Пруссию, всерьез опасаясь агрессивного Фридриха II и рассчитывая все-таки вернуть Силезию. Для борьбы со столь опасным врагом императрице был нужен сильный союзник, и ее выбор пал на Францию, доселе враждовавшую и с Австрией вообще, и с Габсбургами в частности. Впрочем, Людовик XV неохотно шел на сближение. Но тут хитрый прусский король неожиданно для всего мира заключил оборонительный договор с Великобританией, и Франция, которой не понравилось такое вероломство бывшего союзника, сдружившегося уже с ее противником, всполошилась не на шутку. В 1756 году в Европе произошла маленькая дипломатическая революция — Австрия и Франция заключили Версальский договор. Вскоре к антипрусской коалиции присоединились Саксония и Российская империя, в воздухе запахло очередной войной, которая все же произошла неожиданно.

Фридрих II был из тех, кто считает, что лучшая защита — нападение, и осенью 1756 года вторгшись в Саксонию, он заставил ее капитулировать. Развязанная им война вошла в историю под названием Семилетней. Участие в ней приняли Австрия, Франция, Россия, Испания, Саксония, Швеция — с одной стороны, и Пруссия, Великобритания, Португалия — с другой. Для Австрии война началась не очень хорошо — Мария Терезия, ожидавшая этого события, все же не успела к нему как следует подготовиться. Потом австрийцы боролись с переменным успехом — то одерживая триумфальные победы, то терпя сокрушительные поражения. На исход войны во многом повлияла ситуация в России — в 1762 году, не успев вступить на престол, новый император Петр III разорвал союзнические отношения с Австрией и, прекратив военные действия против почти уже побежденной Пруссии, заключил союз с Фридрихом II. Этот союз в свою очередь был разорван свергнувшей горе-царя Екатериной II, тем не менее не возобновившей военные действия. Завершилась война в 1763 году. Истинной победительницей из нее вышла Великобритания, которой Франция уступила в борьбе за колонии и торговое первенство. Вожделенная же Марией Терезией Силезия так и осталась за Фридрихом II.

Мария Терезия как-то сказала: «Наше женское достоинство — преданность. Если же женщине приходится взять на себя управление, она должна действовать мягко и нежно». И в политике, и в дипломатии она вела себя именно так. Правя твердой мужской рукой, императрица действовала чисто по-женски, избегая открытых конфликтов и выяснения отношений.

Будучи в молодости очень хороша собой, она умела нравиться и привлекать к себе внимание окружающих. Правительница была любима народом и пользовалась популярностью даже у жителей своих неавстрийских владений. Ее уважали в Европе за мудрую внешнюю и внутреннюю политику и за то, что в глазах подданных она была «матерью нации». Нравственное поведение Марии Терезии, убежденной католички и, по-видимому, просто очень постоянного человека, выгодно отличалось от того, как вело себя подавляющее большинство европейских монархов. Нередко строгие моральные принципы служили ей во зло. Так, однажды по вине Марии Терезии Австрия почти потеряла очень выгодного для себя союзника — Российскую империю. Дело в том, что Екатерина II, став императрицей, попыталась пойти на сближение с Марией Терезией, но та отвергла предложенную ею дружбу из-за того, что невысоко ценила моральный облик Северной Минервы. И между двумя самыми могущественными женщинами своего времени сложились весьма натянутые отношения.

Без него

В 1765 году императрицу постиг тяжелый удар — внезапно от апоплексического удара умер ее обожаемый супруг. Убитая горем вдова на несколько месяцев заперлась в личных покоях и стала подумывать об отречении от престола в пользу своего сына эрцгерцога Иосифа, выбранного после отца императором Священной Римской империи, и уходе в монастырь. Придворные убедили ее не делать столь резких шагов, и Мария Терезия покинула добровольное заточение. Но отныне и до конца жизни в быту ее окружал только черный цвет — траур по ушедшему мужу.

После смерти Франца I официальным соправителем матери стал Иосиф II. Но и его участие в делах было более формальным, нежели фактическим. Мария Терезия с переменным успехом не допускала сына до решения серьезных государственных вопросов. Амбициозный молодой человек жаждал большего. Из-за этого отношения в венценосной семье не были гладкими — очень любившие друг друга в обычной жизни сын и мать постоянно ссорились из-за дел государственных, и то один, то другой регулярно пугал приближенных своим возможным отречением.

После Семилетней войны императрица сосредоточилась на прерванных ею внутригосударственных реформах, не желая больше ввязывать свою страну в кровопролитные сражения. Она продолжила административную реформу и реформу образования, привела в порядок финансы. В 1775 году Мария Терезия отменила внутренние таможни и границы своей империи — страна стала единым целым.

Немало внимания уделяла правительница и выгодным династическим бракам своих детей.

Триумфом этой политики стал союз младшей дочери императрицы Марии Антуанетты с французским дофином, будущим королем Людовиком XVI. Но, как показала жизнь, брак, призванный навсегда примирить Бурбонов и Габсбургов, был если и не несчастливым, то трагическим. И прелестная Мария Антуанетта, унаследовавшая красоту матери, но отнюдь не ее ум и такт, кончила свою жизнь на эшафоте, как и ее супруг.

Однако в 1777 году над Австрией по милости Иосифа II вновь нависла угроза военного конфликта с Пруссией. На этот раз ссора завязалась из-за так называемого баварского наследства. После смерти бездетного правителя маленького государства Максимилиана III Иосиф оккупировал территорию королевства, а это не на шутку разозлило Фридриха II, также претендовавшего на часть Баварии. Пруссия в союзе с Саксонией вновь вторглась в Чехию.

Но тут в дело вступила Мария Терезия, которая попыталась сначала напрямую договориться со своим заклятым соперником, а после его отказа прибегнула к посредничеству нелюбимой ею Екатерины II. Российская императрица не стала держать обиду и устроила соперникам переговоры, завершившиеся заключением мира.

Через год императрица тихо ушла из жизни и была похоронена рядом с тем, о ком говорила: «С ним все, без него ничего». Она оставила своим наследникам сильную единую империю с централизованной системой управления и мощной армией. Государство, которое она приняла, не пользовалось большим авторитетом в Европе, теперь же оно было одним из сильнейших игроков на мировой политической арене.

Когда Фридрих Великий узнал о смерти той, кому не суждено было стать его женой, той, с кем он соперничал в течение всего своего правления, с его уст слетело признание: «Мария Терезия делала честь своему трону и роду, я с ней воевал, но врагом ее не был».