Мал конверт, да дорог


Текст | Ирина СКЛЯРОВА, экономический обозреватель

Проблема «серых»
зарплат по-прежнему
далека от решения.

Две трети работающих россиян, по данным соцопросов, уверяют, что получа ют всю зарплату официально, без вся ких «конвертных» выплат. Это говорит либо
о том, что кампания по борьбе с «серыми»
зарплатами начинает приносить успехи, либо
же о том, что люди просто боятся говорить
правду. Несмотря на переменные успехи в
борьбе с «черными» и «серыми» зарплатами,
эффективного способа их «обеления» пока не
придумано. Легализация зарплатного фонда
идет гораздо более медленными темпами, чем
изначально на то рассчитывало правительство.

По данным Всероссийского центра изучения
общественного мнения (ВЦИОМ), «белую»
зарплату чаще получают люди с высшим образованием, но с весьма средними доходами.

Столичные жители с доходами выше среднего
чаще других работают на «конвертной» зар плате. В целом прослеживается зависимость:
чем выше доход, тем больше вероятность, что
при выплате зарплаты используются схемы по
минимизации налогов.


Бой с тенью

Борьба налоговиков с «серыми» и «черными» зарплатами началась не так давно. Долгое
время фискалы уверяли, что «конвертные»
зарплаты — головная боль исключительно
самого налогоплательщика: именно он не
дополучит пенсии в будущем. Нежелание связываться с поиском нелегальных конвертных
выплат объяснялось не легкомысленностью
проверяющих, а, скорее, чрезвычайной трудоемкостью сбора доказательств. Никаких
следов «черных» и «серых» выплат, как правило, на бумаге не остается, поэтому уличить
предприятие в использовании «конвертных»
схем можно было, либо «поймав за руку» бухгалтера, выдающего зарплату, либо приведя в
суд свидетелей, готовых подтвердить «конвертный» оборот денег в компании.

Четыре года назад ситуация изменилась
на прямо противоположную. При каждом
региональном управлении ФНС были созданы
комиссии по легализации зарплат, в которые,
помимо налоговиков и сотрудников Пенсионного фонда, вошли представители региональ ных администраций, трудовой инспекции,
МВД и прокуратуры. На беседы комиссии
вызывали руководителей предприятий, где
зарплата была ниже средней по региону и
ниже среднеотраслевой. Надо сказать, средний уровень зарплат в отрасли фискалы научи лись определять довольно точно, пользуясь
данными Росстата и своими собственными
аналитическими наработками. Ежегодно в
комиссии вызывается порядка полумиллиона
руководителей.

Административное давление, оказываемое
на бизнес в процессе таких «разговоров», не
вполне законно. Не совсем корректно и участие в комиссиях местной администрации и
представителей силовых структур. Что касается налоговых инспекторов, то они, безуслов но, имеют право следить за правильностью
уплаты предприятием налогов, но на этом
их полномочия, подтвержденные Налоговым кодексом, заканчиваются. Пока в законодательстве остается в силе понятие «презумпции невиновности», претензии по неуплате
налогов можно выдвигать только тогда, когда
налоговый орган имеет доказательства неполной уплаты налогов. В случае с «конвертными»
зарплатами «бумажных» доказательств этому
нет и не может быть.

Более того, все претензии контролирующих
инстанций по неуплате налогов могут быть
обращены только в прошлое. Разговоры типа
«мы знаем, что по итогам года вы недоплатите в
бюджет единый социальный налог по причине
“серой” зарплатой кассы» в число разрешенных
законодательством методов налогового контроля не входят. На практике налоговики идут
даже дальше: обладая данными о среднеотраслевых заработках и сведениями о финансовых
показателях деятельности того или иного предприятия, директору фактически ставят план по
уплате налога с фонда зарплаты. Планирование
же налоговых сборов категорически запрещено
Минфином на федеральном уровне.


Серые воротнички

Чтобы кампания по выдавливанию из бизнеса обещаний по обелению зарплат не выглядела очень уж грубой, налоговики взяли на
вооружение PR-методики. В конце 2006 года столичные фискалы запустили новую информационно-пропагандистcкую кампанию,
которая по своему замыслу должна была стимулировать работников информировать налоговиков о зарплатных нарушениях. Основным
лозунгом рекламной кампании стала фраза
«Требуйте “белую” зарплату!». Слоган оказался
неудачным. Для сравнения, призыв «Заплати
налоги и живи спокойно!» в свое время звучал
гораздо эффектнее. Плакаты, размещенные в
рамках кампании по обелению по Москве,
сообщали налогоплательщикам: «“Серая” зарплата урежет вам кредит», «“Серая” зарплата
сократит вашу пенсию», или же «“Серая” зарплата сделает серым ваш отпуск».

Как уверяли налоговики, реклама подпадала под определение «социальная», а значит
фискалы ни за ее размещение, ни за креативные разработки денег не платили. Этим, судя
по всему, и объяснялась «беззубость» и незапоминаемость слоганов. Но на запоминаемость,
по-видимому, и не рассчитывали. Целью было
поднятие в глазах граждан имиджа налоговой
службы, оказывающей мощнейшее давление
на бизнес. Тезисы о сокращении пенсии или
суммы кредита просты и понятны обывателю, у которого, как предполагали налоговики, постепенно должно было сформироваться
представление о фискале как о «строгом, но
справедливом» чиновнике.

В налоговых инспекциях по всей стране
заработали телефоны доверия, позвонив по
которым, граждане могли сообщить о выплате работодателем «серой» зарплаты. Аналогичные службы ввели также и в отделениях
Пенсионного фонда. Желающих «настучать»
на конкурента или бывшего работодателя оказалось достаточно.

Телефоны доверия, по сути, стали инструментами для пассивно настроенных обиженных граждан. Ведь если по звонку кляузника
на предприятие нагрянет проверка, то это
не значит, что работникам вдруг автоматически переведут зарплаты на «белые» ведомости.

Поэтому наиболее активные на телефонных
звонках не остановились, а вооруженные призывами фискалов попытались принудительно
заставить работодателей обелить им зарплаты
через суды.

Судебные прецеденты по борьбе за «белые»
заработки пока не слишком массовы, но каждый из них получает небывало широкий резонанс. Любопытно, что если еще два года назад
суды, как правило, принимали решение в пользу работников (или фискалов, использующих
работников в качестве свидетелей при подаче
иска к компании), то сейчас все чаще начали
склоняться к отказам по таким искам, мотивируя это шаткостью предоставленных доказательств зарплатной «серости».

В одном из недавних процессов арбитражный суд не принял свидетельские показания по
причине того, что сами свидетели, как выяснилось, были в свое время уволены с предприятия
за прогулы и несоблюдение трудовой дисциплины. За что и хотели, видимо, отомстить работодателю. В другом случае арбитражный суд
Уральского округа постановил, что свидетельские показания могли бы стать основанием для
доначислений налогов компании только в том
случае, если бы налоговики нашли и представили суду бухгалтерские документы, подтверждающие выплату, учет или выдачу неофициальной
зарплаты. В качестве же «материальных» нарушений зарплатной дисциплины налоговики
представили в суд только некие справки банка.

Что само по себе не доказывает факт того, что
такие выплаты являлись зарплатными.

Это судебное решение стало показательным: судьи фактически признали, что фискалы
поставили на широкую ногу подачу исков по
нелегальным зарплатам. Свидетельские показания для налоговиков оказались очень удобны: не прикладывая никаких усилий для сбора
доказательств, а только лишь опросив работников, фискалы получали практически гарантированный результат в суде в свою пользу.

Выхода из ситуации на сегодняшний день
пока что нет. Стопроцентных способов убедить работодателей платить «по-белому» пока
не придумал никто. И судьи, и налоговики
признают, что никаких иных доказательств,
кроме свидетельских показаний, в «зарплатных» делах найти практически невозможно.

Показания же свидетелей в таких делах очень
специфичны, ведь, как правило, это бывшие
работники, сводящие с фирмой личные счеты.

И, по большому счету, они даже не свидетели,
а соучастники в неуплате налогов, которые,
принимая «конверт», заведомо знали о том,
что налогов государство с этих денег не получит. Именно этот факт заставляет работников молча покрывать своих работодателей, а
последних — продолжать выдумывать новые
зарплатные схемы.