Свет и тени


Текст | Сергей КАРПАЧЕВ.
Фото | ИТАР-ТАСС

Московские музыкальные театры становятся все интереснее.

– Нет, — решительно сказала она. — Никогда ноги моей там не будет. Все прекрасно знают, что ничего хорошего там не ставили и уже никогда не поставят.
Все также прекрасно знали, что в «этой дыре» ни один здравомыслящий человек по собственной воле оказаться не может и что я еще на собственном опыте проверю, насколько не прав в своем упрямстве, собираясь все же пойти на спектакль в эту самую «дыру».

Да и упрямство ли — ведь фраза «Это все знают» свидетельствует только об одном: информации о событии у человека или очень мало, или вообще нет. Так что дежурная фигура речи ровным счетом ничего не значила, поскольку опера «Евгений Онегин», о которой шел разговор и которую давали в Музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко, явлением стала еще в прошлом году. Именно тогда режиссер Александр Титель впервые показал этот спектакль.

Его «Онегин», представляющий собой отход от традиционного оперного театра, выполнен в стиле новом — лаконичном и склонном к минимализму, но никак не к упрощению формы или содержания. Здесь очень большую роль играют придуманные художником Давидом Боровским декорации, свет и тени, полутона и оттенки. Спектакль эмоционален, оркестр играет в быстром темпе, и поначалу складывается впечатление, что этот темп не дается Наталье Мурадымовой, исполняющей партию Татьяны Лариной. Но постепенно, с развитием сюжета, вокал солистки становится уверенным и впечатляющим своей проникновенностью. А петь ей, заметим, приходится на мостках, качающихся на трехметровой высоте, что само по себе непросто.

Оркестр и дирижер показали работу высокого класса, заслуживающую самой высокой оценки. Музыка в интерпретации дирижера Феликса Коробова эмоциональна и резка. Что в целом соответствует общему стилю спектакля.

Вообще, об «онегинском» стиле следует задуматься уже с первого взгляда на сцену. Опера «Евгений Онегин» — последняя работа художника Давида Боровского. Он продумал и разработал спектакль, но постановка прошла уже без него: во время открытия персональной выставки в Южной Америке мастер умер.

На сцене восемь стоящих попарно колонн, абсолютно гладких, без каких-либо украшений. Они идеально вписываются в масштабы сцены и рассекают ее по диагонали примерно на две равные части. Сначала шесть колонн белые и только две — дальние — черные и слегка наклонены, выражая этим своим наклоном некую тревогу, витающую в воздухе и сгущающуюся от действия к действию. Минимализм царствует и правит. Все хорошо продумано и трансформируется, как нужно. Из колосников во всю ширину опускается конструкция, которая по мере надобности предстает то мостками в деревенском имении Лариных, то гигантской вешалкой для одежды, то грандиозной люстрой в сцене петербургского бала.

В сцене дуэли Онегина и Ленского все колонны уже черны и сам Ленский — тоже в черном пятне, только легкий абрис фигуры позволяет догадаться о том, что человек еще жив. А после трагического выстрела колонны чуть склоняются, всю сцену заливает тягучая чернота, разрываемая тонкой паутиной подсветки. Неисправимое свершилось. Какое-то время ничего не происходит, убитый лежит на месте дуэли, пока вдоль колонн выстраивается шеренга одетых в черные пары людей. Однако пауза длится недолго, оркестр начинает играть вновь, но все еще как-то неподвижны, еще раздавлены событием.

Теперь о голосах. Вне всякого сомнения Наталья Мурадымова в роли Татьяны Лариной вполне достоверна. Ее видение роли органично, голос в лирических сценах полон нежности, чувства, тоски. Словом, это вполне достойная работа. Если говорить о других, то запомнилось исполнение Дмитрием Зуевым партии Евгения Онегина. Огромное впечатление произвел народный артист России Вячеслав Осипов в маленькой роли мсье Трике — это было сделано действительно и талантливо, и остроумно, свои аплодисменты мэтр снискал вполне заслуженно.

В постановке все полно скрытого смысла. Как тонко решена сцена бала в семействе Лариных, где дамы — в накидках и роскошных платьях, а кавалеры — в смокингах. Но при всей своей яркости картина не выявляет отдельных персонажей, все — массовка. Они танцуют и вдруг на секунду замирают. Потом снова танцевальные па и снова остановка на миг. Только Ларина, только Онегин, только Ленский — вот кто ясно виден при всей пестроте бального действа. Ну и мсье Трике, конечно же.

Только слепой не может увидеть: опера «Евгений Онегин» в постановке режиссера А. Тителя — отличная, сделанная по самому высокому счету работа. Спектакль получился очень пушкинским — легким и цельным. Свет и тени Давида Боровского, музыка оркестра под управлением Феликса Коробова стали единым, органичным действом.

В апрельском репертуаре театра — оперы «Пелеас и Мелизанда» Клода Дебюсси, моцартовская опера в двух частях «Так поступают все женщины». Здесь весьма сильна и балетная труппа: балеты «Баядерка», «Тщетная предосторожность», «Чайка» заслужили самую высокую оценку театральной публики.

Вообще, есть смысл повнимательнее присмотреться к афишам московских музыкальных театров. Центр оперного пения Галины Вишневской стал одним из лучших музыкальных театров Москвы за очень короткое время. Тут создан прекрасно организованный концертно-театральный комплекс, в котором работают многие именитые артисты, передающие свое мастерство молодым исполнителям. В апреле на Остоженке, 24, где квартирует театр, можно увидеть оперные постановки «Руслан и Людмила», «Царская невеста», «Фауст», «Риголетто», «Иоланта», «Кармен».

Театр «Геликон-опера» обрел широкую известность благодаря своим нашумевшим постановкам опер «Аида» и «Набукко». Его репертуар насчитывает более 50 спектаклей, и каждый из них интересен. Здесь выступают оперные звезды первой величины, симфонический оркестр и хор театра — на мировом уровне, а гастроли «Геликон-оперы» всегда проходят с полным аншлагом. Апрельский репертуар откроется оперой «Пирам и Фисба» — пародией на оперные штампы XVIII века, которых, как оказывается, и в то замечательное время было огромное количество. Спектакль ироничный и может доставить самое настоящее удовольствие.

Частыми гостями театра под руководством Елены Камбуровой стали шансонье, в классическом понимании этого жанра, берущего начало из творчества Жака Бреля, Шарля Азнавура, Лео Ферре. В репертуаре этого театрального коллектива концерты, песенные спектакли, детские сказки. Апрельская афиша весьма разнообразна — от постановки «Капли датского короля», посвященной Булату Окуджаве, концерта-галлюцинации «Абсент», детского сказочного спектакля «Свадьба Короля-Солнце» по книге Лидии Чарской до выступления Джаз Бас Театр Алекса Ростоцкого «Старые песни» и вечера итальянской и испанской музыки.

Театр «Новая опера» им. Евгения Колобова с самого открытия в 1991 году начинал работать над известными оперными произведениями с поиска новых, неожиданных трактовок. Оперы «Травиата», «Царская невеста», «Снегурочка», «Риголетто» блистательны, солисты, оркестр и хор своим исполнением могут порадовать самого искушенного зрителя. В апреле здесь будут давать оперы «Набукко», «Травиата», «Руслан и Людмила», одноактные балеты «Шахеразада», «Болеро», «Половецкие пляски».

И напоследок — музыкальный театр «Амадей». Он начинался очень необычно: группа энтузиастов для собственного удовольствия решила разучить одну из маленьких опер Моцарта «Бастьен и Бастьенна». Из этой работы в 1996 году и вырос полноценный театральный коллектив, сумевший поставить величайший моцартовский шедевр — оперу «Волшебная флейта», оперы С.С. Прокофьева «Война и мир», Ж.Ф. Рамо «Галантные Индии», К.В. Глюка
«Орфей», П.И. Чайковского «Пиковая дама». Здесь в сезоны последних лет поставили классическое шоу по мотивам популярных опер «Еще одна сказка про Золушку, или Секрет приготовления мужского праздничного пастиччио», одноактную инсталляцию «Моцарт и Сальери. Недостоверный сюжет для Всемирной истории отравлений». Апрельский репертуар открывается оперой В.-А. Моцарта «Волшебная флейта», за ней следует премьера музыкальной сказки-драмы И. Стравинского «История солдата». Затем — опера Б. Бриттена «Поворот винта», спектакль очень интересный.

…Так что совсем не правы те, кто считает: «всем известно — там никогда ничего хорошего не ставили и никогда не поставят». Просто нужно один раз не поверить всеобщей молве и самому убедиться, насколько это верно. Или неверно. Музыкальный театр жил, жив и еще переживет всех пессимистов. От него не убудет.
Потому что в нем есть свет. И тень.