Ставки сделаны,ставок больше нет


Текст | Константин БЛАГОДАРОВ

До 1 июля 2009 года все игорные заведения должны быть выведены за пределы
городов.

Согласно
закону о госрегулировании деятельности по организации азартных игр игорному
бизнесу придется справлять новоселье в четырех резервациях: в Калининградской
области, Республике Алтай, Приморском крае и на границе Ростовской области и
Краснодарского края. Официально эти резервации именуются особыми экономическими
зонами (ОЭЗ).
Премьер­министр Виктор Зубков уже подписал распоряжение о создании игорной зоны
«Азов­Сити» на территориях Щербиновского района Краснодарского края и Азовского
района Ростовской области. Таким образом, определен первый из четырех запланированных
адресов ссылки игорного бизнеса. Изгнание из рая сверхприбылей фактически состоялось.
Этот проект уже прозвали «Шушенское­Вилледж».
Внимательно изучая карту нашей необъятной страны, понимаешь, что термин «ссылка»
как нельзя более точно характеризует процесс концентрации игорного бизнеса в
четырех спецзонах. Например, тот же «Азов­Сити» — это малонаселенные просторы,
где не ступала нога в стодолларовом ботинке. Как говорил сатирик, «степь, луна
и запасной путь». Но территория изрядная — 20 млн кв. м. Учитывая отсутствие
ограничений по застройке, в частности не определена максимальная этажность комплексов,
на отведенной площадке свободно можно возвести русский Лас­Вегас, места хватит
всем.

Смена милости на гнев

В отличие от Адама и Евы российский игорный бизнес съел сакральный запретный
плод не по своей воле. Ему фактически впихнули его в рот, заставили разжевать
и проглотить, после чего гневно указали на выход. Плод этот называется «социальная
напряженность».
В одной только Москве к середине 2007 года скопилось более 70 тыс. «одноруких
бандитов» и 63 казино. В целом же по стране фигурирует порядка 6,5 тыс. игорных
лицензий, которые обеспечивают функционирование 350 тыс. игровых автоматов и
около 5 тыс. игровых столов. Более 80% из них действуют в столице и Санкт­Петербурге.
Истинных объемов средств в отрасли не знает никто. По официальным данным, ее
общий доход приближается к $7 млрд в год, независимые эксперты говорят о $20
млрд. Доля игорного бизнеса в ВВП — примерно 1%; отрасль дает работу более чем
600 тыс. человек.
И это невиданное процветание, сравнимое разве что с благоденствием нефтяных
и фармацевтических компаний, могло бы продолжаться бесконечно долго, если бы
не вмешался политический фактор. В ноябре 2006 года Государственная дума РФ
вспомнила, что на носу выборы, и «внезапно» обнаружила в стране более 2 млн
так называемых патологических игроков (problem gamblers). То есть, по терминологии
специалистов, людей, ежемесячно проигрывающих более 60% своего дохода.
Вице­президент American Association of Problem Gambling Том Джонсон прокомментировал
это так: «В рамках налаживания связей с Россией я неоднократно пытался выйти
на контакт с вашим игорным бизнесом. Но понятие “социальная ответственность”
оказалось российским бизнесменам совершенно неведомо. Полагаю, исследование
парламента относительно числа патологических игроков несовершенно. И речь идет
не о 2 млн человек, а минимум о 7 млн серьезно больных людей. Слово “больных”
я употребляю со всей ответственностью: с 1980 года problem gambling официально
считается в США клиническим заболеванием».
Госдума хором начала возмущаться сложившейся ситуацией, окучивая будущий электорат.
Среди прочих «хористов» выделялся, как обычно, неистовый Владимир Жириновский,
сказавший: «Нужно выселить казино в тайгу. И игроки пускай туда едут. Если кто­то
проигрался, пусть выходит в степь и стреляется!» Масла в огонь подлило МВД,
сообщившее, что деньги игровой индустрии наглухо завязаны на наркотрафике и
жилищном строительстве (тоже чрезвычайно криминализированной области).
В начале декабря 2006 года мощное соло выдал президент Владимир Путин, заявивший
о необходимости регулирования деятельности игорной отрасли путем создания для
нее особых экономических зон. Участь казино и залов игровых автоматов была решена.
Соответствующие поправки в федеральный закон «О лицензировании отдельных видов
деятельности» внесены и одобрены в январе 2007 года почти единогласно.

Новая эра

Если говорить об экономической составляющей проекта создания игорных зон, то
список преследуемых целей прозрачен и прост. Это привлечение значительных инвестиций,
развитие транспортной и туристической инфраструктур и создание новых рабочих
мест.
Так, организация ОЭЗ в Приазовье и Ростовской области подразумевает инвестиции
в объеме 28 млрд руб. Из них 19 млрд будут выделены из федерального бюджета,
остальное планируется добрать у частных инвесторов.
Российская ассоциация развития игорного бизнеса (РАРИБ), специализирующаяся
на отрасли и претендующая на модерацию процесса, придерживается мнения, что
«пациент скорее мертв, чем жив». Опросы крупного, среднего и малого бизнеса,
проведенные в конце 2007 года, показали, что более 65% компаний намерены покинуть
это поле деятельности и переквалифицироваться или вообще самоликвидироваться.
У такого решения имеются весьма существенные причины. По данным РАРИБ, только
1,5% игроков посещают сейчас центры с игровыми столами, то есть рулеткой, карточными
играми и т. д. Подавляющее же большинство — 98,5% — это клиенты залов игровых
автоматов, так называемых народных казино. А их посещаемость напрямую зависит
от территориальной доступности.
Одно дело, когда можно понажимать кнопки на железном ящике в любой момент, возле
дома или работы, и совсем другое — если для этого надо ехать в туманные дали,
за несколько сот, а то и тысяч километров. Тут даже никаких маркетинговых исследований
не требуется: основная масса спорадических и постоянных игроков никуда не поедет.
Владелец группы «Уникум», вице­президент РАРИБ Борис Белоцерковский считает:
«Ус­пешным бизнес­проектом игорные резервации в России вряд ли станут. У нас
не настолько богатые люди, чтобы позволить себе авиабилет до азовского “Лас­Вегаса”,
ведь в среднем каждый посетитель за один визит оставляет в казино не более 2
тыс. руб. А требуемые инвестиции в игорные зоны огромны, они очень легко могут
не окупиться. Кроме того, 19 млрд руб., которые планируется выделить из федерального
бюджета, — это с большой степенью вероятности фикция, пустое обещание, традиционное,
впрочем, для России».
Кстати, сразу после принятия Думой поправок к федеральному закону необычайно
активизировались региональные власти по всей России.
С 1 января 2008 вступил в силу закон о запрете на деятельность залов игровых
автоматов в Санкт­Петербурге. Что весьма символично: именно там родилась система
«Джекпот», самая могучая и разветвленная в стране. Губернатор Валентина Матвиенко
прикончила ее одним ударом при полном одобрении Законодательного собрания.
Та же самая дата значится в аналогичном законе Архангельской области. Опять
же с 1 января запрещены и закрыты все клубы и залы в Костромской области. На
подходе «контрольный закон в голову» в Томске и Воронеже. И так по всей стране.
Единодушие тем более красноречивое, что во всех без исключения муниципальных
образованиях местная администрация является совладельцем наиболее крупных сетей.

Агония

Пока единственной организацией, достаточно решительно протестующей против окончательного
разгрома отрасли, является Ассоциация игорного бизнеса Южного федерального округа
(АИБ ЮФО).
Ее президент Николай Оганезов предлагает следующее: «В масштабах Лас­Вегаса
и подобных ему городов типовой проект должен состоять не меньше чем из десяти
крупных комплексов, включающих в себя казино с более чем 20 столами, более 300
игровыми автоматами и прилегающей гостиницей на 200 номеров. На то, чтобы создать
что­то приближенное к этому, потребуется не менее пяти лет. Можно, конечно,
поставить в ОЭЗ несколько сарайчиков с автоматами и считать это игровой зоной
— для галочки. Но в действительности организация такой зоны невозможна как минимум
до 2012 года. Указанная в законе дата — 1 июля 2009 года — абсолютно нереальна.
Именно на такую отсрочку — до 2012 года — мы и рассчитываем. Это было бы очень
разумно».