ГОСТ не прост


Александр ВЫСОЦКИЙ

Проблема технической регламентации отечественного производства становится все более острой.

Понятие «технический регламент» определено федеральным законом «О техническом регулировании», который вступил в силу в 2003 году. На самом деле имеется в виду не регламент в привычном нам смысле этого слова, а стандарт или норма производства, либо эксплуатации того или иного вида продукции.
Создание технической документации, определяющей различные нормы и стандарты качества всех или почти всех видов выпускаемой в стране продукции – от буханки хлеба до реактивных двигателей – было одним из предварительных условий вступления России в ВТО. В этом нет ничего для нашей страны нового: все мы хорошо знакомы с тысячами ГОСТов, маркировки которых можно увидеть на множестве продуктов и товаров. Советское наследие – ГОСТ и в пореформенную эпоху обеспечивал соблюдение технических норм в обрабатывающей промышленности. Несложно вообразить, какой колоссальный объем специальной документации стоит за ГОСТами – речь, по разным сведениям, идет приблизительно о 200 тыс. многостраничных документов.
Но старые нормы не всех устраивали – необходимость их соблюдения неизменно повышала себестоимость продукции. Всем памятна инициатива о полной отмене государственных стандартов. Дескать, рынок все отрегулирует, а покупатель сможет сам выбрать устраивающий его товар. Очевидно, что данный постулат попросту не выдерживает критики. Отмена обязательности ряда ГОСТов чревата серьезнейшими последствиями для жизни и здоровья граждан страны.
С учетом новых достижений в науке и технике, безусловно, требовалось существенно пересмотреть, дополнить и развить систему стандартизации качества. Ведь в советские времена никто слыхом не слыхивал о генетически модифицированных продуктах, сотовых телефонах или ЖК-мониторах.
Худо-бедно, но эта работа проводилась, чаще всего по линии защиты прав потребителей. Так, с недавнего времени производителей обязали сообщать об использовании ими генетически модифицированных компонентов. Однако руководство страны не стало искать легких путей, и на тернистом пути к ВТО сумело наступить на грабли, которые всего лишь мирно покоились на обочине.

Регламент через парламент
Грабли эти как раз и были красиво названы техническими регламентами. В уже упоминавшемся федеральном законе прописаны общие понятия и положения «технического регулирования и стандартизации». Глава 2 ФЗ посвящена техническим регламентам. Целями их принятия провозглашается «защита жизни или здоровья граждан, имущества физических или юридических лиц, государственного или муниципального имущества; охрана окружающей среды, жизни или здоровья животных и растений; предупреждение действий, вводящих в заблуждение приобретателей». Цели самые благородные – в сущности, те же ГОСТы.
В чем же тогда загвоздка? А загвоздка в той процедуре принятия техрегламентов, которая прописана в законе. Их предполагается принимать в виде федеральных законов, то есть проводить через обе палаты Федерального собрания, а затем давать на подпись президенту. Более того, до передачи документов в парламент их должно обсудить и рассмотреть на своем заседании Правительство РФ.
Такая постановка вопроса кажется совершенно абсурдной. Как могут депутаты и министры «переварить» приблизительно 200 тыс. сугубо технических документов, относящихся ко всем отраслям промышленности? Сколько десятков лет на это потребуется? А формулировка «технический регламент может быть принят международным договором (в том числе договором с государствами – участниками Содружества Независимых Государств)» вызывает лишь недоумение: вряд ли международные договоры способны существенным образом облегчить процедуру выработки и внедрения технических документов.
А между тем время не терпит: согласно своим международным обязательствам Российская Федерация должна закончить оформление этой документации к 2010 году. В противном случае под ударом окажутся все отечественные производители. Недаром теперь уже бывший премьер-министр Михаил Фрадков сказал по этому поводу следующее: «Проведена супероперация в интересах наших глобальных конкурентов, и нам предстоит разобраться, кто вверг нас в эту пучину с такой степенью некомпетентности. К 2010 году, когда будут разработаны какие-то технические регламенты, наши конкуренты со своими стандартами будут на Луне». Емко сказано, совершенно в духе Михаила Ефимовича.
Закон, декларировавшийся как шаг в сторону гармонизации отечественных и, как всегда, «лучших зарубежных» стандартов, на самом деле представляет собой неизвестно что.
Так, если по нормам ЕС и ВТО техническая регламентация (будем использовать данный термин, хотя он и не слишком удачный) обязательна в первую очередь для потребительских товаров, то российские законодатели пошли дальше и распространили технические регламенты, к примеру, на продукцию ядерной и космической отраслей. Безусловно, в столь высокотехнологичных и потенциально опасных сферах человеческой деятельности строжайший контроль просто необходим. Но причем здесь федеральный закон? Очевидно, что в данном случае принятие закона может скорее негативно сказаться на безопасности ядерных и космических исследований и разработок.
Именно на это слово – «безопасность» – в основном делают упор разработчики закона «О техническом регулировании», подразумевая под ним безопасность транспортировки, хранения, эксплуатации и утилизации различных видов продукции. Цель замечательная, но при использовании прописанных инструментов абсолютно недостижимая.

Не влезай – убьет!
В результате вступления в силу данного закона значительная часть старой нормативно-технической базы оказалась, используя терминологию правоведов, юридически ничтожной. Принятие же новой документации связано с непреодолимыми трудностями.
Пункт 8 статьи 7 ФЗ гласит, что государственные стандарты могут использоваться в качестве основы техрегламентов. Невольно задаешься вопросом: почему же тогда нельзя было ограничиться необходимой корректировкой уже существующей, действующей и обкатанной документации? Этим могут и должны заниматься специализированные конструкторские и научно-исследовательские организации в тандеме с профильными министерствами и ведомствами (теми же Роспромом или Минпромэнерго). С какой стати и ради чего превращать Государственную думу в некое проектно-конструкторское бюро всеобщего профиля? К чему это может привести? Во-первых, депутаты и за 100 лет не перелопатят такой объем технических документов, а во-вторых, просто ничего в них не поймут, да и не обязаны они их понимать.
Хуже того, разрабатывать техрегламенты теперь имеют право все, кому не лень. Победитель же определяется путем тендера (!). При нынешнем уровне коррупции несложно догадаться, во что это выльется.
Таким образом, к 2010 году российская экономика вообще может остаться без регламентированных норм в области стандартизации и качества продукции. В результате, не исключено, мы получим полнейший хаос, по сравнению с которым перебои с лекарствами или алкогольные кризисы покажутся милыми пустяками. А на следующем этапе внутренний российский рынок рискует оказаться полностью оккупированным иностранными производителями, отечественные же предприятия либо разорятся, либо перейдут на «чернорыночный» способ производства.
Конечно, подобные апокалиптические сценарии неизбежно представляют все происходящее в самых безрадостных тонах. Мы ведь еще не в ВТО, хотя, надо полагать, скоро там окажемся. Нет смысла повторять все доводы за и против этого шага – они общеизвестны. Но в любом случае, совершенно очевидна неправильность отрицания, что называется, с ходу всех скептических оценок. Вступление во Всемирную торговую организацию неизбежно спровоцирует проблемы для ряда отечественных производителей. Другое дело, что эти потери могут быть компенсированы ростом в иных областях, поскольку сегодня ряд наших компаний находится на мировом рынке в дискриминированном положении. Однако вставлять палки в свои же колеса путем изобретения заведомо вредных законодательных актов нас никто не просит – тут вся инициатива целиком в руках российского руководства.
По всей видимости, кратчайшим и наиболее правильным является путь замены федерального закона «О техническом регулировании» новым документом, носящим аналогичный статус. В новом законе следует прописать его рамочный характер, отражающий сущность и цели государственного регулирования стандартов производимой продукции. В этом законе самое место всему тому, что касается философии защиты прав потребителей, охраны окружающей среды и заботы о здоровье нации. Также в нем надо указать порядок совершенствования старых и разработки новых ГОСТов, порядок их имплементации в практической плоскости. Безусловно, и речи быть не может о том, чтобы эти нормы утверждались в виде федеральных законов, что сделало бы невозможным их эволюционное развитие и оптимизацию.