Галина БУСЛОВА: у политики есть и женское лицо


Беседу вел Александр Полянский

Галина Семеновна Буслова — одна из замечательных представительниц российских женщин-политиков. Освоив мужскую профессию авиатора, затем пройдя школу бизнеса, она вот уже десять лет профессионально занимается политикой, тоже считающейся профессией мужской: сначала в качестве депутата Амурского областного совета народных депутатов, потом — председателя этого совета, а с 2000 года — сенатора от Амурской области. И, судя по всему, не намерена останавливаться на достигнутом.

— Галина Семеновна, должно ли возрастание роли женщин в общественно-политической системе страны стать предметом специальной государственной политики?

— Думаю, да. У нас в политике очень немного женщин. И это сказывается на принятии решений, особенно в социальной сфере. Для мужчин социальная политика часто не является приоритетом. Кстати, исключение из этого правила у нас в Совете Федерации — Сергей Михайлович Миронов. Пример для подражания для всех, кто занимается социальной политикой. Проблемы людей он ставит на самый высокий пьедестал. Но к сожалению, для большинства мужчин-политиков есть вещи поважнее социальной сферы.

— Интриги, противостояние, борьба за власть?

— Именно так. Программы в экономике и государственном управлении не всегда учитывают мнения граждан, нередко ломают их жизненный уклад…
Политика должна опираться на народ, иначе толку в государственном управлении не будет. Поэтому главная цель политики — создавать условия для людей. Это достойные зарплаты, доступное жилье, достаток в семье, который позволил бы дать хорошее воспитание и образование нашим детям. Такие составляющие общественного благополучия очень хорошо чувствуют женщины, потому что они хозяйки, хранительницы домашнего очага.

Но для того чтобы на равных участвовать в политическом процессе, женщины должны быть подготовлены прежде всего с точки зрения багажа знаний, которыми они обладают. Нет смысла насильно загонять женщину в представительные органы власти, как это делали в советское время, когда работниц и колхозниц выбирали туда по квотам. Во власти должны работать те женщины, которые могут и хотят там работать, — подготовленные, имеющие разные профессии и большой жизненный опыт. Особенно в верхней палате парламента. Именно здесь рассматриваются жизненно значимые вопросы войны и мира, безопасности нашего государства.

В сенате США основной возраст сенаторов 65—75 лет, они работают там по 10—20 лет. Конечно, ротация в парламенте важна, но неизменным должны оставаться 25—30%. Это основной костяк сенаторов, который может передать свой большой опыт законотворчества. Ведь очень многие, приходя в парламент, только учатся работать с законами. То есть в парламенте должен быть синтез, так сказать, молодой поросли и опытных людей.

— Итак, женщин, идущих во власть, нужно специально готовить?

— Конечно. Но прежде всего они обязаны быть готовы внутренне. Ведь далеко не каждая пассионарная женщина благо для политики: важно, чтобы она обладала определенными нравственными качествами. Юлия Тимошенко, например, достигла больших высот в политике, но то, что делается ею, вряд ли хорошо для народа.

— Она делает хорошо для себя.

— Вот именно. Для себя и для тех, кто ее финансирует, использует ее «моторность» для достижения тех или иных целей. Это совсем не Леся Украинка. Мне кажется, украинский народ уже понял, что представляет собой Юлия Владимировна. И вряд ли пойдет за ней.

— Но ее поддерживают прежде всего молодые люди, которые видят в ней выражение новой эпохи.

— Вот это и опасно! Женщина-политик всегда более яркая, привлекает к себе больше внимания. И это должны быть не наряды, так нравящиеся отдельным представительницам женской половины, а нравственность поставленных целей. К сожалению, во власти есть проблема дефицита личностей, на которых могут равняться другие. Сегодня не хватает политиков-созидателей. Ведь уважение людей нужно заслужить. Когда-то я, например, связала авиасообщением далекую Амурскую область с Централь-ным регионом страны. Тогда, когда амурское небо было фактически на замке.

— То есть вы открыли амурское небо?

— Именно так! Зная о трудностях перелетов из Благовещенска в столицу через другие аэропорты, о том, как мучались мои земляки, просиживая в них по 10—12 часов, я смогла добиться открытия беспосадочного регулярного рейса Москва — Благовещенск — Москва. И люди мне за это благодарны. Добилась перевозки военнослужащих и их семей за счет федеральных средств. Предприятие, которое я возглавляла, оказывало поддержку врачам и учителям в повышении их квалификации.
К примеру, жители одного из пятиэтажных домов Благовещенска годами мучались без воды: не было ни горячей, ни холодной. Проблема заключалась в
100 м трубы. За неделю вопрос этот я решила. И теперь они с водой, благодарны мне.

Или взять другой случай. Жилой дом находился на балансе одного из предприятий Благовещенска, в кассу которого жильцы регулярно оплачивали коммунальные услуги. Затем предприятие обанкротилось и закрылось. Дом остался бесхозным. Без адреса, без улицы… Мне стоило больших трудов заставить власти города принять его на свой баланс.

Таких примеров в моем политическом багаже множество. Находясь во власти, никогда нельзя забывать о нуждах простых людей. Всю свою жизнь я следую этому правилу. Так меня учили мои родители. И люди за это платят мне своим доверием. У себя в Амурской области по опросам читателей «Амурской правды» я признана «Человеком года» в 2006 и 2005 годах.

— А как появилось намерение профессионально заняться политикой?

— Когда я стала помогать людям, все больше приходила к убеждению: в нашем новом демократическом государстве что-то происходит не так, раз у нас столько нуждающихся, обездоленных, бедных, причем бедных не по своей вине. Значит, решила я, нужно попытаться повлиять на социальное устройство государства. И прежде всего на экономику. Я понимала всю несостоятельность действовавших бюджетного и налогового законодательств.

Депутатом Амурского областного совета народных депутатов избиралась три раза подряд. В конце 90-х меня выбрали его председателем. Стала вторым человеком в области. Открыла общественную приемную — для людей, которые, исходя из своего практического опыта, хотели предложить какие-то изменения в законодательство. Бюджет области многие годы был и остается дотационным.
С экономикой региона требовалось что-то делать. И первое, что я сделала, — поехала к Юрию Михайловичу Лужкову перенимать его методы управления субъектом РФ, а также чтобы заинтересовать столичного градоначальника в использовании экономического потенциала Амурской области. Чем можно было его удивить? Понимала, Москва строится высокими темпами. Многие здания отделываются мрамором. Но этот камень дорогостоящий. И я предложила не уступающий мрамору, но более дешевый
камень — анартезит, которого у нас в регионе хватит на многие годы. Для его обработки предложила построить на территории Амурской области мини-завод.

Договорилась также об открытии выставочного комплекса продукции амурских предпринимателей, о поставках в Москву великолепного липового амурского меда. Решение этого вопроса помогло бы найти дополнительные рынки сбыта для амурчан, а главное, обеспечило бы поступление налогов в региональный бюджет.

В области здравоохранения было решено предоставить 20 койко-мест в столичных больницах для проведения уникальных дорогостоящих операций жителям Амурской области. Причем за счет средств Правительства Москвы.
Результатом всего этого явился договор о сотрудничестве. В область трижды приезжала комиссия московского правительства.

Увы, с моим назначением в Совет Федерации и переездом в Москву мои инициативы оказались не нужны властям области. Напрасными были поездки в Приамурье представителей столичного правительства: амурские пчеловоды так и остались со своим медом, не имея рынка сбыта, а завод — только в мечтах. Все эти начинания погубило чиновничье безразличие. Мне хотелось изменить жизнь людей в своем регионе к лучшему. Ведь неравнодушный политик может сделать многое, заботясь о благополучии людей, а не только о своем личном…

— Да, теперь понятно, что может женщина-лидер… Вы представляете «Справедливую Россию». Есть ли в программе партии пункт об увеличении числа женщин в политике?

— Да, мы над этим работаем.

— Какие все же механизмы нужно использовать для того, чтобы привлечь активных женщин в политику, научить их деятельности в политической сфере? Возможно, создание клубов вокруг успешных женщин-политиков?

— Думаю, да. И я бы с удовольствием организовала такой клуб в Амурской области, но, к сожалению, на расстоянии этим трудно заниматься.

— А в Совете Федерации нет подобного клуба?

— Нет, увы. У нас есть сенаторский клуб… Может быть, стоит создать в нем женскую секцию.

— Вокруг кого из женщин — федеральных политиков можно было бы организовать такие клубы по обучению политике?

— У нас много женщин-парламентариев, которые стремятся к тому, чтобы душа была в строке закона.

Сегодня мы все больше применяем стандарты социального государства, так что женщине-политику есть где развернуться. Федерация уже наполовину взяла на себя заботу о ветеранах труда, инвалидах, репрессированных, чернобыльцах… Значительно выросли объемы социальной помощи регионам. Реализуются национальные проекты.
А самое главное — власть повернулась лицом к женщине, матери, детям. И за это огромное спасибо и низкий поклон нашему президенту Владимиру Путину.

Но есть важный момент — контроль за использованием финансовых средств, поступающих в регионы. Дотационные субъекты Федерации нужно проверять с особой тщательностью. Очень часто их дотационность сильно преувеличена, для того чтобы получать больше помощи из федерального центра. Президент в Бюджетном послании правильно сказал: дотируя регионы, мы должны делать так, чтобы они были заинтересованы в увеличении налогооблагаемой базы, сокращении кредиторской задол-
женности.

К счастью, бесконтрольность уходит в прошлое. Активная позиция Генеральной прокуратуры и Счетной палаты России дает свои результаты. Я поддерживаю формирование вертикали власти. Ведь если субъект РФ получает федеральные деньги, то он должен нести ответ-ственность за целевое и рачительное их использование.

В России нужен кнут и еще раз кнут, а не только пряник. Да, у нас демократия. Но там, где финансы, должен быть обязательно и жесточайший контроль. Может быть, за счет восстановления контроля народного. Считаю, что нам надо срочно принимать закон об ответ-ственности исполнительной власти за ее собственные решения. Только так можно остановить коррупцию!

…Знаете, мне никогда не нравилось противопоставление мужчин и женщин. Кто в доме главнее? И муж, и жена одинаково главные. Кто важнее для ребенка — папа или мама? Опять-таки одинаково важны. Так же и в обществе… Мужчина и женщина дополняют друг друга. И потому женщина должна занять в общественной и политической жизни подобающую ей роль.