Удар по имиджу-210


текст | Тимур ХУРСАНДОВ
журналист-международник

Убийство Литвиненко стало очередным ударом по имиджу России за рубежом. Реагировать на такие удары мы пока
не научились.

Как часто среднестатистический житель России слышит и говорит о тяжелых металлах? Раз в три года? В два? Ну хорошо, раз в год по случаю того, что бородатые физики из подмосковной Дубны с их пресловутым синхрофазотроном или их заокеанские коллеги заполнили-таки очередную клеточку таблицы Менделеева, от души ненавистной большинству еще со школы? Мимо, мимо и еще раз мимо: слышим каждый день, причем по нескольку раз! Слово «полоний», еще недавно мало кому знакомое, сегодня звучит буквально на каждом углу. Химия шагнула в жизнь. А вернее будет сказать — в лишение жизни.

Химия и жизнь

В ночь на 24 ноября в одной из лучших лондонских клиник скончался подданный Ее Величества Эдвин Картер. Однако под этим именем он почти никому не известен. Большинство знает его как Александра Литвиненко, бывшего работника российских спецслужб, занявшегося на британской земле обличением недостатков властей России. Весь мир облетели его фотографии, опубликованные за несколько дней до смерти, —
изможденный человек в больничной одежде устало смотрит в камеру. За его судьбой действительно следили миллионы.

Еще до смерти Литвиненко стало известно, что он отравлен. Причем отравлен не банальными консервами и даже не каким-либо экзотическим ядом. Тут все обстояло намного запутаннее и загадочнее. Сначала говорили о тяжелом металле таллии, но после более детального обследования медики пришли к выводу, что причиной отравления, скорее всего, был полоний-210.
Где же в наши дни в одном из крупнейших мегаполисов можно отравиться полонием? Глупый вопрос — конечно же, в кафе. Именно в одном из лондонских общепитов Литвиненко и отведал чашку чая с полонием, от которого уже не оправился.

И тут началась настоящая истерия. Вскоре «фонил» уже весь Лондон: само кафе, в котором предположительно произошло отравление, гостиницы, квартиры. Да что там Лондон — дело приняло международный масштаб. Сначала полониевые следы, что логично, привели в Россию. Несколько лайнеров компании British Airways, как выяснилось, носили на себе остаточную радиоактивность. Уровень ее, правда, был совсем небольшим и не представлял угрозы для здоровья, но и этого оказалось уже более чем достаточно. Кроме всего прочего, это стало еще одним очком в копилку тех, кто считает, что Литвиненко отравили наши спецслужбы. Да и в российском происхождении злополучного полония практически никто не сомневается, хотя эксперты в один голос утверждают, что Россия производит всего 8 г этого веще-ства в год.

Дальше — больше. Своих граждан, предположительно летавших на «грязных» бортах, начали проверять Германия, Нидерланды, даже прибалтийские страны.
И уже было абсолютно неважно мнение специалистов, безрезультатно убеждавших взволнованную публику, что отравиться полонием можно только при непосредственном контакте — если взять его в руки или проглотить. Их никто не слушал.

В пылу полониевой гонки совершенно незамеченными остались другие версии случившегося, хотя некоторые, не исключено, тоже имеют право на существование. Так, эксперты говорили, что Литвиненко, возможно, был отравлен вовсе не полонием, который могли использовать просто для отвода глаз. Например, чрезмерные дозы противораковых препаратов, как ни странно, дают те же симптомы, что наблюдались у Литвиненко. Врачи же, обнаружив в организме пациента следы тяжелых металлов — полония или таллия, в данном случае разницы нет, — начали бороться именно с ними.

Но причина смерти, казалось, уже никого не интересовала. Да и как тут разобраться с причинами, если даже список действующих лиц трагедии ширился с каждым днем. Первым возник итальянский криминалист Марио Скарамелла, с которым якобы Литвиненко делился душещипательными подробностями заговоров и зловещих намерений российских спецслужб. Затем на авансцену вышли давние приятели и сослуживцы Литвиненко —
Андрей Луговой и Дмитрий Ковтун. Оба были в предполагаемый день отравления в Лондоне, более того, именно они видели погибшего одними из последних. Оба они, как и Литвиненко, пострадали от отравления радиоактивными материалами, хотя и не с летальным исходом. К этой дружной компании свидетелей-подозреваемых вскоре присоединился некий Вячеслав Соколенко
партнер Лугового по бизнесу, находившийся в день отравления в Лондоне. Но он утверждает, что с Литвиненко не встречался и приезжал в британскую столицу, только чтобы поприсутствовать на футбольном матче с участием московского ЦСКА.

Личностью всех этих товарищей живо заинтересовался Скотленд-Ярд. Британские следователи даже прилетали в Москву, чтобы вместе с представителями Генпрокуратуры допросить Лугового и Ковтуна. Однако прилетали напрасно: по некоторым источникам, российские следователи отказались задавать этой двойке вопросы, подготовленные Скотленд-Ярдом. Причины подобной несговорчивости на данный момент неизвестны.

Затем последовал персонаж рангом покрупнее: во время участия в международной конференции в Дублине плохо себя почувствовал один из отцов российских реформ Егор Гайдар. Пресса с восторгом подхватила эту тему, конечно немедленно раструбив, что он тоже отравлен полонием. Сподвижник Гайдара Анатолий Чубайс тут же заявил, что ему лично ясно, что последние события — гибель журналистки Анны Политковской, отравление Литвиненко,
а потом и Гайдара — звенья одной цепи. Цель тех, кто стоит за этим, по мнению главного российского энергетика, вполне очевидна: очернить Россию и ее руководство. Но вскоре выяснилось, что Гайдар отравлен вовсе не полонием, что отравление его отнюдь не смертельно. А относительно того, что за этим стоят недоброжелатели, стремящиеся разрушить светлый образ нашей страны, то «злые языки» резонно удивляются: как можно разрушить то, чего нет.

Стремление расширить круг причастных к смерти Литвиненко людей порой доводило до абсурда. Мелькала, скажем, информация, что британская полиция намерена допросить в связи с этим делом нескольких болельщиков ЦСКА —
видимо, по аналогии с Соколенко. И тут возникает законный вопрос: интересно, а много ли в России найдется футбольных фанатов, знакомых с радиоактивным изотопом полоний-210, а уж тем более с именем Александра Литвиненко (во всяком случае, до гибели последнего)? Очень сомнительно.

Кто боится Эдвина Картера

Основная же интрига, естественно, состоит в том, кому было выгодно это убийство. Если России, то не вполне очевиден мотив. Чем мог так насолить Москве довольно средний бывший работник спецслужб? Непозволительным знанием секретов Лубянки? Не исключено, но ведь по сей день живут и здравствуют в различных странах мира перебежчики несравнимо поматерее, чей статус и осведомленность о делах отечественных спецслужб куда выше. Например, перебежчик разведки в Великобритании Олег Гордиевский, которого, как ни странно, никто не приглашает на чашку чая с полонием. Да и вообще, чем прославился Александр Литвиненко? Пожалуй, лишь своими контактами с опальным Борисом Березовским и эмиссаром чеченских боевиков Ахмедом Закаевым. Да еще книгой «ФСБ взрывает Россию», где он обвинил отечественные службы во взрывах в Москве, прогремевших в 1999 году. Но мало ли таких книг и публикаций. Как говорится, собака лает — караван идет.

Что касается российских властей, то они реагируют на эту версию сдержанно и совершенно спокойно. По словам министра обороны России Сергея Иванова, Литвиненко никогда не имел доступа к ценной и секретной информации, и пока нет причин не доверять главе оборонного ведомства. В Службе внешней разведки РФ тоже резонно отметили, что «Литвиненко не та личность, из-за которой мы стали бы портить двусторонние отношения».

И все же интерес к версии, приписывающей очередное злодеяние кровавому КГБ, не утихает. Его, в частности, поддерживают заявления еще одного бывшего сослуживца Литвиненко — Евгения Лимарева, проживающего ныне во Франции. По его утверждению, он передал Литвиненко список лиц, намеченных российскими спецслужбами к ликвидации, вскоре после чего того и отравили.
И теперь, как уверяет Лимарев, он опасается за собственную жизнь.

Тем не менее надо рассматривать все возможные сценарии. Может, мотивом послужила нынешняя деятельность Литвиненко, известного своими разоблачениями действий российских властей в Чечне и прочих неприглядных шагов Кремля? Но есть как минимум несколько человек, устранение которых, пожалуй, было бы бо?льшим бальзамом для Москвы. Те же Закаев и Березовский, обретающиеся в том же Лондоне, судя по всему, заноза покрупнее Литвиненко. Ан нет — на здоровье пока не жалуются.

Вторая версия, активно муссирующаяся в прессе, — Литвиненко убит из-за своих деловых связей. И это было бы неудивительно, если предположить, например, что он действительно оказался замешан в контрабанде и продаже радиоактивных материалов. На чем, в частности, настаивает итальянский профессор Скарамелла, один из основных действующих лиц этой запутанной истории.

Надо признать, есть довольно большой искус склониться именно к такому варианту. Старые приятели, знакомые еще со времен кэгэбэшной молодости и подавшиеся после ухода из органов в бизнес, решили неплохо подзаработать на контрабанде радиоактивных веществ. Вероятно, для того были все возможности: старые связи периода службы на благо Родины, помноженные на новые контакты Литвиненко, которыми он успел обзавестись на Западе.

В пользу данного сценария высказываются и германские следователи. Обнаружив в гамбургской квартире Дмитрия Ковтуна следы полония, они выразили уверенность, что именно он и привез радиоактивный материал из Москвы. Более того, прокурор Гамбурга напрямую назвал Ковтуна основным подозреваемым в деле Литвиненко.
В общем, ясности нет и в помине.

Вся поднятая шумиха, думается, будет греметь еще довольно долго. Только все-таки вряд ли, вопреки распространенному мнению, это очередная атака на Россию.
Как обычно, наибольший урон Москве может нанести именно она сама. Да, дело Литвиненко, несомненно, выставило Россию в неприглядном свете. Но это лишь одна из многих капель. Если бы не было «газовых войн», не было абсолютно пустого и ненужного скандала с Грузией, еще очень и очень многого, то отравление бывшего офицера спецслужб, возможно, и не привлекло бы столько внимания. Неумение России отстаивать свои интересы не с помощью нахрапа и грубого давления, а путем проведения тонких, продуманных пиар-кампаний в очередной раз чувствительно ударило по ее имиджу. И к сожалению, видимо, далеко не в последний раз.