Сергей ДРОБЫШЕВСКИЙ: главный плюс – недопущение бездумного увеличения расходов


Беседу вел Александр Высоцкий

В 2007 год Россия, судя по всему, вступит в условиях достаточно сильной непредсказуемости мировых цен на нефть. Этот фактор является системообразующим для отечественной экономики. И хотя золотовалютные и стабилизационные резервы страны как никогда
велики, есть повод задуматься над тем, что год «грядущий нам готовит». Об этом мы и решили поговорить с заведующим лабораторией денежно-кредитной политики Института
экономики переходного периода кандидатом экономических наук Сергеем Дробышевским.

— Сергей Михайлович, как вы оцениваете точность прописанных в бюджете-2007 правительственных прогнозов относительно основных макроэкономических показателей?

— В целом прогноз Правительства РФ, заложенный в основу федерального бюджета на 2007 год, можно назвать достаточно точным. Надо сказать, что качество разрабатываемых МЭРТ прогнозов с каждым годом улучшается. В новом бюджете отсутствуют внутренние противоречия между изменениями отдельных показателей, как это было в предыдущие годы. Становятся прозрачными основные предпосылки и исходные условия для построения прогноза.

При этом необходимо отметить, что прогноз является, по сути, нормативным документом. Иными словами, те предпосылки, на основе которых строится прогноз, да и сами формулировки соответствующих предположений наталкивают на мысль о том, что перед нами не столько прогноз, сколько пожелания правительства относительно динамики основных показателей социально-экономического развития России. Фактически кабинет министров говорит о том, что «хочет», чтобы при таких-то ценах на нефть, росте мировой экономики и прочем рост ВВП и доходов населения России были такими-то, инфляция такой-то и т. д. И действительно, нет ничего невозможного в достижении этих показателей. Их значения, повторюсь, не противоречат друг другу, в тоже время сколько-нибудь серьезной угрозы не представляет и определенная корректировка показателей.

Однако с нашей точки зрения, прогноз должен демонстрировать и те причины, которые позволяют правительству быть уверенным в практической реализации тех или иных бюджетных цифр. Кроме того, хотелось бы иметь представление о конкретных действиях, направленных на достижение обозначенных в бюджете параметров. И именно в данной части документ, к сожалению, слаб.

Например, в прогнозе заложено снижение инфляции до уровня 4—5% в 2008—2009 годах. Очевидно, что это пожелание правительства. Реальность претворения в жизнь таких показателей многими экспертами ставится под сомнение. Подобным сомнениям дает пищу и то, что в документе никак не отражено, за счет каких действий предполагается достичь вышеуказанных значений инфляции.

Тем не менее в целом, как я уже сказал, прогноз достаточно точен и сбалансирован. Мы полагаем, что неизбежные фактические отклонения по отдельным показателям будут лежать в приемлемых диапазонах.

— Не придется ли уже по ходу дела, в следующем году, корректировать доходы и расходы бюджета, как это случалось ранее?

— Думаю, что придется. Но и в этом я не вижу ничего плохого. Корректировка окончательных значений доходов и расходов происходит всегда. Нет ни одной страны в мире, которая являлась бы исключением, так как прогноз никогда точно не совпадает с реальным положением дел.
А ведь в бюджете «дебет» должен биться с «кредитом». Хотя, конечно, чересчур масштабные корректировки, как это было у нас в 2004—2005 годах, указывают на серьезные недоработки со стороны правительства. Надеюсь, в 2007 году подобного развития событий удастся избежать.

На мой взгляд, существует по крайней мере три возможные причины для корректировок. При этом изменения где-то будут идти в сторону увеличения, а где-то — уменьшения. В результате весьма вероятно, что итоговые изменения окажутся минимальными.

Главной причиной для корректировок могут стать и, скорее всего, действительно станут мировые цены на нефть. Бюджет-2007 построен на предположении, что среднегодовой уровень цен на нефть будет равняться $61 за баррель. Данная оценка являлась общепринятой и, как представлялось, справедливой еще нынешним летом. Именно тогда проектировался бюджет. Однако события последних двух месяцев ставят этот прогноз под сомнение. После наблюдавшегося падения цен на «черное золото» я полагаю, что в 2007 году средняя цена на нефть будет находиться в интервале $55—$60 за баррель. Причем, вероятнее, ближе к нижней границе указанного диапазона. Конечно, если не произойдет каких-либо форс-мажорных событий (например, вокруг Ирана), чего тоже нельзя исключать. Такое изменение цены на нефть, безусловно, приведет к снижению объема налоговых поступлений от нефтяного сектора.

Во-вторых, как я уже отмечал, инфляция, скорее всего, превысит ту, что заложена в прогнозе. Соответственно в зависимости от этого фактора размер доходов бюджета может и увеличиться. Сегодня трудно сказать, какой из двух факторов — цены на нефть или инфляция — перевесит.

В-третьих, не надо забывать, что
2007-й — это год выборов в Госдуму и год, предшествующий президентским выборам. Следовательно, во второй его половине мы можем ожидать решений, направленных на увеличение социальных расходов и финансовой помощи субъектам РФ из федерального бюджета.

— Как вы относитесь к дальнейшему росту Стабилизационного фонда?

— Положительно. Средства Стаби­лизационного фонда являются определенным резервом правительства на случай снижения цен на нефть. Расчеты показывают, что потребность в заимствовании средств из Стабфонда может возникнуть уже при уровне цен $30 — 35 за баррель нефти. Причем приходится признать, что вероятность падения цен до этого уровня нельзя полностью исключать.

Кроме того, в условиях текущих высоких цен на нефть Стабфонд все-таки играет роль инструмента, позволяющего удержать правительство и Государственную думу в «рамках приличия». Альтернативой Стабфонду может стать бездумное наращивание расходов бюджета, сокращение которых при падении цен на нефть не всегда возможно по политическим мотивам. Мы уже проходили это в начале 80-х годов, когда падение цен на нефть привело к крушению экономики Советского Союза.

— А в принципе насколько бюджетная политика РФ находится в заложниках социально-политических обещаний и программ руководства страны?

— К счастью, степень такой вот «политической» зависимости не очень велика. Но это — в части планируемых расходов. А есть еще и реализация уже данных и прописанных в бюджете «обещаний» населению.

— Но Стабфонд — это еще и средство стерилизации небывалых доходов от «нефтяной лихорадки». Могла бы отечественная экономика «переваривать» больше денег, чем она в состоянии это делать сегодня? Что для этого нужно?

— Могла бы, но вопрос здесь не столько в продуманной экономической политике, сколько в институциональной среде в российской экономике и в целом в управлении. Например, для этого необходим достаточный и эффективный общественный контроль. Очевидно, что после единственной публикации в прессе о том, что чиновника подозревают в нецелевом использовании государственных средств, он должен немедленно подавать в отставку, а не продолжать спокойно исполнять свои обязанности или передвигаться на другую должность, как происходит у нас. И это только один аспект, вообще палитра проблем в данной области очень и очень пестра.

— Профицит российского бюджета — это на самом деле большое достижение?

— И да, и нет. Нет — потому что доходы, обеспечивающие профицит, — это не результат деятельности нашей экономики, а следствие конъюнктуры мировых рынков. При других ценах на нефть ситуация с бюджетным профицитом могла бы быть совершенно иной. Достижением я бы назвал тот факт, что правительство не допустило необдуманного увеличения расходов, которые станут непреодолимым бременем в случае падения цен на нефть.

— Новый бюджет — рекордсмен по «закрытым» статьям. Они есть даже в таком безобидном разделе, как расходы на дошкольное образование. Каково ваше отношение к этому факту?

— Отрицательное. Не только сохранение, но даже увеличение и без того немалого количества «закрытых» статей является, пожалуй, одним из основных недостатков российского бюджета.

— С недостатком все понятно. А не
могли бы вы выделить основное достоинство бюджета-2007? Алексей Кудрин в свое время назвал его «бюджетом инвестиций в человека». Действительно ли новый бюджет серьезно отличается от всех предыдущих?

— Честно говоря, особых отличий я не вижу. Безусловно, в бюджете увеличен объем расходов, направленных на решение социальных проблем в стране. Прежде всего речь идет о приоритетных национальных проектах, чье финансирование увеличено. Будут расти и государственные инвестиции (прописан рост Инвестиционного фонда). Но с моей точки зрения, все это не более чем наметки и контуры будущих изменений в экономической и бюджетной политике государства.

Главный козырь бюджета-2007 — недопущение бездумного увеличения расходов в условиях высоких цен на нефть и существующих у нас в стране институциональных условий.