Бутовский разлом


Текст | Сергей ВОРОБЬЕВ
аналитик внутренней политики

«Единая Россия» оказалась заложницей борьбы кремлевских группировок за пост московского мэра. На Лужкова обрушили всю пропагандистскую мощь, контролируемую этими группировками.

Конфликт между жителями сносимых домов московского поселка Южное Бутово и столичными властями активно раздувается в СМИ как чуть ли не одно из главных событий в стране. Парадокс, но, возможно, это так и есть. Впервые со времен президентских выборов 2000 года до предела лояльные к партии власти телеканалы и интеллигенты-чегоизволите изо всех сил обрушиваются на одного из руководителей этой партии — сопредседателя Высшего совета «Единой России» Юрия Лужкова. Напрашивается вывод, что за внешней стороной противостояния нескольких десятков бутовских жителей и московских властей скрывается куда более серьезный конфликт — принципиальный разлом внутри правящей российской элиты.

История

Ничего экстраординарного в сносе домов для расширения столицы нет и никогда не было. Подготовка к этому событию шла давно, абсолютное большинство жителей частных домов согласились на переезд в новые квартиры, но некоторые, на волне ажиотажа вокруг стоимости московской земли, уперлись больше обычного.

В первых числах июня 2006 года администрацию Юго-Западного округа стали поджимать сроки сноса домов в Южном Бутове, так как по графику должны были начаться строительные работы нулевого цикла. Администра-ция, не сумев договориться с несколькими выселяемыми, традиционно подала в суд и запаслась судебным решением
о принудительном выселении.

Первая акция протеста против сноса домов в Бутове состоялась 8 июня 2006 года, когда женщина — судебный пристав явилась к дому матери и сына Прокофьевых, чтобы осуществить решение суда: мать и сын отказывались выехать в однокомнатную квартиру на двоих. Кстати, на момент выселения они занимали в коммунальном деревянном доме поселка 13 кв. м общей площади и владели 2,8 сотками земли. По сообщению «Интерфакса», в акции протеста приняли участие около 70 человек. «Эхо Москвы» заявляло о 180 участниках. Милиция задержала троих организаторов акции протеста. Тут в первый и последний раз во всей истории засветились национал-большевики (их быстренько отодвинули в сторону более серьезные товарищи). Пресс-секретарь НБП Александр Аверин с немалой долей фантазии сообщил, что около 100 жителей района Бутова на юге Москвы забаррикадировались в одном из частных домов и среди них 15 национал-большевиков. Дело дошло до мэра, и Юрий Лужков заявил
11 июня, что все ветхие деревянные дома в Южном Бутове снесут, несмотря на протесты жителей.

В воскресенье (!) 18 июня совершенно неожиданно последовало заявление члена Общественной палаты РФ адвоката Анатолия Кучерены: в понедельник в Бутово едут представители Общественной палаты, чтобы дать правовую оценку действиям столичных властей. В понедельник 19 июня в Бутове происходили странные события. Судебный пристав сообщил, что Прокофьевы согласились переехать в однокомнатную квартиру. Приставы вошли в дом, провели опись террасы и кухни. С помощью грузчиков, предоставленных префектурой, они стали паковать имущество в коробки и мешки, чтобы отвезти их в дом на улице Кадырова. Анатолий Кучерена подтвердил законность действий приставов, но при этом отметил, что применение силы было необоснованно превышено. Кроме того, у жильцов нет на руках ордера на новую квартиру. Корреспондент Газеты.Ру передал с места событий, что одну женщину, находившуюся внутри дома, доставили в больницу с приступом стенокардии, а вторую медики вывели из дома под руки, хотя власти отрицали вызов скорой. Вокруг дома семьи Прокофьевых, писали СМИ, разбито пять палаток местных жителей (зачем жителям соседних домов разбивать палатки в сотне метров от дома?).

К вечеру очевидно нервное, но мирное переселение строптивых жильцов превратилось в сообщение «Приставы штурмом взяли дом в Бутове». Анатолий Кучерена сообщил о резком обострении ситуации. По его словам, на место событий подтянуты бульдозеры. Большая группа местных жителей выстроилась в живой заслон и не пропускает технику. Апофеозом действа стала ночевка Анатолия Кучерены, телеведущего Николая Сванидзе и других членов ОП в палатке в Южном Бутове. Даже примерно представляя расценки на PR-услуги г-на Сванидзе и час рабочего времени г-на Кучерены, трудно вообразить размер гонорара этих господ за ночевку в палатке.

Описания событий в оппозиционных СМИ потрясают воображение: «Минувшую ночь люди провели на улице, создав живое кольцо вокруг поселка. Жители строят настоящие баррикады, чтобы не пропустить бульдозеры, которые, как уверяют участники акции протеста, должны снести дом семьи Прокофьевых» и т. п. Для полноты картины гражданской войны не хватает только бомбардировок с воздуха.
Жители Южного Бутова сразу же, во вторник, явно не без помощи старших товарищей, написали письмо Владимиру Путину с просьбой о защите от «коррумпированных кругов московской власти».

Все эти дни Анатолий Кучерена тщетно искал правовые упущения в действиях московских властей и… не нашел. Тогда он их выдумал. «Распоряжение мэра Москвы Юрия Лужкова о том, что земли деревень района Бутово должны быть изъяты для муниципальных и государственных нужд не прошел Росрегистрации по г. Москве, а потому не может быть законным», — заявил Кучерена, прекрасно зная, что распоряжения не относятся к нормативной документации и никогда не регистрируются как нормативные акты. Какова же должна быть сила давления на Анатолия Кучерену, чтобы он порол явную чушь?

Однако перед лицом столь грозной силы, как Общественная палата, Юрий Лужков решил дать задний ход, и 21 июня Правительство Москвы выступило с официальным заявлением, что никаких силовых мер против людей не предпринимает и действует исключительно мирными средствами в рамках закона.
Но Анатолий Кучерена не успокаивается: «Для проведения экспертизы уже собрана рабочая группа,
которая рассмотрит архивные
документы вплоть до 1930-х годов. Только после их изучения можно будет сказать точно — обоснованы ли претензии столичного правительства на спорные территории». Это уже ультиматум, с помощью документов 30-х годов можно признать Юрия Лужкова виновным в чем угодно, например в измене Родине путем незаконного рождения в 1936 году. Кучерена заявил на пресс-конференции, что Общественная палата намерена содействовать жителям Южного Бутова в возбуждении уголовного дела по факту применения насилия против них и уничтожения имущества семьи Прокофьевых, выселенной из частного дома. Если власти не пойдут на переговоры и откажутся решить вопрос «в положительном ключе», Кучерена обещал обратиться в Верховный суд, а затем и в Европейский суд по правам человека. В четверг,
22 июня, Кучерена сообщил уже о массовом избиении женщин и мужчин в Южном Бутове. Подсуетился и противник Юрия Лужкова на выборах мэра депутат Госдумы Александр
Лебедев
— за 30 руб. в месяц он снял комнату в одном из домов поселка, осенив ее своей депутатской неприкосновенностью.

В последних числах июня с жителями Бутова начал вести переговоры уже лично руководитель стройкомплекса столицы, первый заместитель мэра в Правительстве Москвы Владимир Ресин, и довольно успешно. Но антилужковский маховик был раскручен на полную мощность. 28 июня председатель Комитета Госдумы по законодательству Павел Крашенинников заявляет, что жители поселка в Южном Бутове должны подать в суд на московские власти, а 30 июня Госдума поручила комитетам по безопасности и информационной политике запросить в правительстве информацию об обоснованности и правомерности действий специальных подразделений МВД в отношении обманутых соинвесторов — участников акции протеста на Горбатом мосту в Москве, а также жителей поселка в Южном Бутове.

Апофеозом бутовского безумия стала «утка» «Эха Москвы» 7 июля о том, что якобы мэр столицы Юрий Лужков может быть смещен со своего поста в связи с событиями в районе Южное Бутово, а его место займет вице-премьер Александр Жуков.

Последняя вспышка бутовской истерии перед августовским затишьем связана с очередной неявкой 19 июля начальника ГУВД Москвы Владимира Пронина на заседание Комиссии Общественной палаты по контролю за деятельностью правоохранительных органов, силовых структур и реформированию судебно-правовой системы. Депутаты группы «Наша столица» во главе с Александром Лебедевым тут же заявили, что намерены поставить вопрос об отставке Пронина. Члены ОП также пообещали написать жалобу на имя министра МВД, а заодно постращали общественное мнение тем, что якобы в их адрес поступают угрозы, «вплоть до угрозы ребенку и жене одного из членов палаты», как сказал А. Кучерена.

Кстати, Прокофьевым личным распоряжением Лужкова дали две однокомнатных квартиры, люди своего добились.

Прецеденты были

Бутовский синдром стал для мэра Москвы полной неожиданностью. Это хорошо видно по метаниям властей — от вызова ОМОНа до заявлений о полном отказе от применения силы. События, подобные бутовским, происходили в столице сотни, а может быть, и тысячи раз на протяжении последних лет 40—50 — всегда, когда кто-то из жителей сносимых домов не хотел соглашаться на предлагаемое жилье. И за эти годы власти, естественно, выработали технологию работы с такими людьми.

Удивление московских властей реакцией СМИ вызвано еще и тем, что в далеком и недалеком прошлом они совершили массу гораздо более серьезных и противозаконных действий. Буквально накануне событий в Бутове, в ночь на 20 мая, милиция ничуть не церемонясь разогнала палаточный городок обманутых дольщиков у Дома правительства. Интернет-СМИ живописали зверства омоновцев над женщинами и корреспондентами. У Горбатого моста милиционеры действовали уж точно во много раз грубее, чем в Бутове. Но никто не возразил на заявление Юрия Лужкова, что столичные власти и впредь будут решительно пресекать любые несанкционированные массовые акции на территории города.

Оснований для раздувания кампании против Лужкова в связи с обманутыми дольщиками раз в сто больше, чем в случае с жителями Бутова. Ведь именно московские власти выдавали мошенникам разрешения на строительство новых домов. Еще в феврале 2005 года по СМИ прокатилась волна публикаций насчет одной из самых известных компаний-кидал — «Социальной инициативы». Уже тогда многие дольщики поняли, что никогда не увидят своих квартир. Однако все обращения к властям остались без ответа.

На совести Лужкова и Ко тысячи случаев беззастенчивого выкидывания жителей из своих квартир. Один из вариантов выглядит так. Дом где-нибудь в центре облюбовывает близкая к властям компания. Стряпается протокол о признании его аварийным и опасным для проживания, после чего власти имеют право выселить оттуда людей в любое свободное помещение, в то же Бутово, в квартиры равной площади, но в четыре раза ниже по стоимости. После косметического ремонта на бумаге дом признается пригодным для жилья и поступает в продажу по элитным ценам.

И уж совсем не хочется вспоминать, но что было, то было, — за 1991—1998 годы, время вице-мэрства, а потом мэрства Юрия Лужкова, в столице, только по официальным данным, были убиты или бесследно исчезли около
30 тыс. одиноких москвичей.

Таким образом, создается впечатление, что Юрия Лужкова специально решили поставить к стенке за события, в которых он меньше всего виноват, а судя по всему, не виноват вообще. Вряд ли в этом есть дьявольский умысел, логичнее отнести данный факт к случайному совпадению, тем не менее еще ярче подчеркивающему целенаправленный характер акции.

«Вы враги России, а мы ее друзья»

Конфликт в Бутове, тут сомнений быть не может, предоставил СМИ прекрасную возможность помусолить жареные факты: события происходят недалеко от студии, несчастные люди противостоят власти, живописно рушатся дома и выкорчевываются старые яблони, грубый ОМОН, женщины грудью защищают свои домишки… В общем, безумно фотогенично и вносит трогательность в привычный официозно-желтый информационный ряд. А после того как Анатолий Кучерена из Общественной палаты и депутат Александр Лебедев получили добро на «фас», телевизионщики просто закусили удила. Кстати, несколько месяцев назад Александр Лебедев безуспешно пытался раздуть шум вокруг якобы грубейших ляпов Лужкова при реконструкции МКАД.

Поиски причин раздувания конфликта в рамках формальной логики ни к чему не приводят. Нет ни одного факта, который бы выходил за рамки будничной деятельности администрации Юрия Лужкова. Поэтому приходится искать причины конфликта там, откуда реально могут расти его корни, в политике.

После президентских выборов 2000-го, Юрий Лужков позволял себе изрядные вольности в отношении центральной власти, но никогда не критиковал Владимира Путина.

И все эти вольности, граничащие чуть ли не с обвинениями Кудрина и Грефа в государственной измене, сходили ему с рук. Вообще, российская политика в последнее время перемещается в подковерное пространство, и по неожиданности атака на мэра столицы чем-то напоминает публичные доносы времен культа личности. Тогда было так же: вчера — верный сталинец, сегодня — изменник Родины в третьем поколении.

И тем не менее накал страстей вокруг Бутова имеет свой аналог, единственный сопоставимый по масштабам, причем совсем рядом с Юрием Михайловичем.
Давайте ознакомимся с такими пассажами. «Единая Россия» —
«результат сворачивания демократии» бывшими партноменклатурщиками и вообще «профанация партийной жизни». Партия впитала в себя всю гниль из бизнеса 90-х, приводя к власти людей, существующих «на стыке коррумпированного чиновничества, олигархического капитала и просто организованной преступности». Сумма, уплаченная боссам «Единой России» за рекомендацию на должность губернатора, «измеряется десятками миллионов долларов», а «проходное место в региональных партийных списках на выборах в Госдуму будет стоить от 5 до 8 млн долларов». В общем, «Единая Россия» становится «бизнес-структурой, ин-тересы которой входят в противоречие с интересами страны и нации». Если единороссов срочно не отстранить от власти, то страна окажется «на помойке с деградирующим населением и потерей суверенитета».

Это не злобные инвективы штатного агитатора КПРФ, а материалы с официального сайта Тверской области, губернатором которой является член Генерального совета «ЕР» Дмитрий Зеленин. И физиономия г-на Зеленина выглядывает из-под фамилии тверского журналиста в конце статьи шире его поясницы.

С мэром Москвы Юрием Лужковым эти слова связаны двумя ниточками. Во-первых, по сути того, в чем Юрий Михайлович обвиняет правительство, они не сильно разнятся. Во-вторых, статья московского мэра «Мы и Запад» в «Российской газете» упоминается как пример правильного выбора позиции. Юрий Лужков писал в ней об особости России и необходимости следовать своим путем.

Версии и варианты

Все, о чем говорилось выше, — факты. Выводов из них можно сделать много и разных, так что предложенные далее варианты не претендуют на завершающую полноту.

Может быть, весь шум вокруг поселка Южное Бутово случаен. Так вот сошлось множество отдельных событий и мнений. Никакого значения для будущего бутовский разлом иметь не будет и следствием никаких серьезных событий не является. Почему бы и нет?

Другая крайность — Юрий Лужков все очевиднее становится наиболее вероятным преемником Путина и местоблюстителем президентского кресла на четыре года. Отсюда и яростные нападки на него со стороны групп во властной элите, ориентирующихся на других претендентов. Эта версия имеет право на существование по следующим причинам. Возраст — при всем буйволином здоровье (мэр опять играл в футбол в прошлом месяце в Астане)
72 года в 2008 году и 76 в 2012-м —
неплохая гарантия от желания еще один срок посидеть в президентском кресле. Юрий Лужков — единственный губернатор с авторитетом твердого государственника, его лексика очень близка к лексике Путина.

Лужков — единственный, кто позволял себе все эти годы обвинять правительство во всех смертных грехах, и ему за это ничего не было. Лужков — единственный губернатор дважды на протяжении года имевший длительные беседы тет-а-тет с президентом (недавно и в августе прошлого года в Казани). Правительство Москвы выделило несколько миллиардов на работу с молодежью (чтобы она проводила Юрия Михайловича на пенсию комсомольскими песнями?). Рейтинг доверия мэру Москвы в России — пятый (выше Путин, Фрадков, Шойгу, Жириновский), феноменальный результат с учетом традиционной нелюбви провинции к столице.

Еще один момент. Зная любовь Путина к неожиданным решениям (кандидатуру Фрадкова не называл ни один аналитик), логично сделать вывод, что Иванов и Медведев — фигуры для отвода общественного внимания от настоящего кандидата. Человек, способный поцеловать в живот мальчика Никиту, способен и на другие сюрпризы.

При анализе ситуации неожиданно возникла следующая, несколько абстрактная версия. Можно предположить (точнее, так должно быть!), что в российской элите борются не просто либералы и силовики. По неумолимой логике развития бытия во властной элите должны сформироваться две группы. Первая считает, что главная задача — хапнуть и смыться на Запад. Вторая говорит: «А зачем смываться? Мы здесь и так хозяева. И нужно укреплять свою власть в стране». В первом случае надо «ложиться» под Запад, веря в его благодарность и гарантии сохранности вкладов в швейцарских банках. Во втором — завоевывать признательность у собственного населения и укреплять армию. Только тот вклад надежно защищен, который охраняет твоя собственная армия, — эта истина не требует доказательств.

Лужков явно тяготеет ко второй группе, и, возможно, она не прочь сделать его своим лидером. Деление между этими группами идет не по линии формальных группировок, а по сугубо личной оценке сущности мира. Отсюда, не исключено, и вся запутанность нынешней ситуации в стране, и странная связь между старым номенклатурщиком Юрием Лужковым и молодым новым русским Дмитрием Зелениным.

Между крайними версиями, как обычно, имеется обширное поле, в котором каждый вправе забить колышек согласно своему пониманию происходящего. Но какие бы предположения ни оказались верными или неверными, бутовский синдром однозначно показывает, что российская элита далека от состояния достойного равновесия. Неадекватная реакция на события — признак неадекватности мыслей людей, в этих событиях участвующих. Поэтому можно прогнозировать, что жизнь наша в ближайшем будущем будет если и не прекрасна, то как минимум удивительна.

От редакции. По нашему мнению, идея о том, что Юрий Лужков может выступить в качестве временного преемника Путина, имеет право на существование, но при этом не находит достаточных подтверждений в российской политической реальности.