Дети лейтенанта Бендера



Текст | Владимир ГУРВИЧ

Герман Греф на одном из недавних заседаний правительства сказал о рейдерстве как об одной из самых опасных проблем для современной российской экономики.
С министром трудно не согласиться: отъем собственности с использованием многочисленных лазеек в законодательстве ставит под сомнение институт собственности, и так пострадавший после истории с ЮКОСом.

Рейдеры гуляют по стране. За последнее время размер активов компаний, вовлеченных в конфликты с участием рейдеров, равнялся почти $4 млрд. По оценке заместителя министра Минэкономразвития РФ Андрея Шаронова, этому способствует то, что действующее российское законодательство позволяет внешне законными способами осуществлять корпоративные захваты.

Для преодоления этой ситуации требуется совершенствование законодательной базы путем введения понятия «корпоративные споры», отнесения их к подведомственности арбитражных судов и установления общих принципов рассмотрения таких дел по месту нахождения юридического лица.

Евангелие от Березовского

В свое время Борис Березовский, характеризуя процесс приватизации собственности, разбил его на три этапа. Первый — приватизация доходов, когда создавались кооперативы и малые предприятия, которые пристраивались к государственным предприятиям и забирали у них значительную часть прибыли. Затем наступил этап приватизации средств производства. Следующим этапом, по определению Бориса Абрамовича, стала приватизация долгов.

На первый взгляд это звучит несколько парадоксально. Однако концентрация их в одних руках оказалась чрезвычайно выгодным делом, потому что можно было использовать процедуру банкротства для захвата чужого имущества.

В соответствии с изложенной схемой разворачивались и этапы корпоративных конфликтов на российских просторах. Их пик пришелся на период приватизации собственности, когда сводки с этой войны напоминали сводки с настоящих полей сражений. Затем накал борьбы несколько спал. Однако последний период отмечен новой вспышкой данного негативного явления.

За полугодие в столице предпринимается не менее 70 корпоративных силовых захватов бизнеса. Нетрудно подсчитать, что подобная акция происходила каждые два-три дня. Не спокойнее ситуация и в регионах. Как свидетельствует Анна Попова, директор Департамента корпоративного управления Минэкономразвития России, например, Ярославская область погружена в серию корпоративных конфликтов, недружественных поглощений с использованием недобросовестных приемов, пробелов и противоречий в корпоративном законодательстве.

По следу хитрого китайца

Как известно, китайская цивилизация изобрела так называемые стратагемы, то есть некий набор универсальных мер, позволяющих добиваться нужного результата. Российская практика недружественных поглощений пошла по тому же пути.

Уже есть ряд тщательно проработанных методов захвата предприятий. Аналитики выделяют среди них четыре основных вида: корпоративные, судебные, административные и силовые.

Первый вариант применяется к акционерным обществам с большим числом мелких акционеров. Первым шагом здесь является скупка акций для формирования крупного пакета. Как только в руках захватчиков оказывается 10% акций, начинается второй этап операции. Он направлен на дестабилизацию: инициируется внеочередное акционерное собрание, где ставятся вопросы о смене руководства, дополнительной эмиссии акций. Одновременно создаются параллельные органы управления, нередко фальсифицируется реестр акционеров. Если благодаря этим мерам удается сменить руководителей и состав совета директоров, то задачу можно считать выполненной.

Судебный захват компании происходит чаще всего с помощью коррумпированных представителей судебной системы. Используя лазейки в законодательстве, они накладывают арест на акции, имущество, продукцию, акционерам запрещается участвовать в собраниях. Ведение реестра передается другому регистратору, с которым заранее достигнуто «понимание». Причем если в 90-х годах к подобным операциям активно привлекали милицию, то сейчас на первый план вышла служба судебных приставов.

Административный захват в большинстве случаев осуществляется при попустительстве или участии представителей властей. На предприятие натравливают всевозможные проверяющие инстанции, под разными предлогами производится выемка документов, в результате чего парализуется технологический цикл. И как кульминация — составляются фальшивые документы на собственность.

При силовом захвате обычно имеет место сговор с сотрудниками органов внутренних дел. Вместо того чтобы защищать интересы законных владельцев, милиция либо сохраняет нейтралитет, либо сама участвует в противоправных действиях.

Множатся ухищрения, используемые при недружественных поглощениях. Стремясь облегчить жизнь предпринимателя, государство ввело систему регистрации по принципу «одного окна». Сам по себе этот принцип является несомненным благом. Но отмечается все больше случаев, когда он применяется для смены собственников фирмы. Подкупаются сотрудники налоговой инспекции, которые заполняют и выдают регистрационные документы. В итоге законные собственники узнают о своей потере лишь тогда, когда новые владельцы приходят отбирать у них имущество.

Спасенная Москва

То, что положение очень непростое, подтверждает и Александр Корсак, руководитель Управления экономической безопасности Правительства Москвы. В 2003 году его организацией было получено 151 обращение по поводу попыток захвата предприятий, в 2004 году — уже 177. Правда, в 2005 году наблюдалось некоторое снижение — поступило 117 обращений.
Александр Корсак полагает, что благодаря работе управления в определенной степени удалось переломить негативную тенденцию. Хотя до окончательного решения вопроса еще очень далеко. Но частично процесс уже переведен в правовое поле.

Однако сегодня опасность силовых захватов по?прежнему сохраняется и основывается на слиянии криминала и коррумпированного чиновничества. Это приводит к появлению многообразных мошеннических схем, когда в ход идут поддельные документы, поскольку действует упрощенная система регистрации юридических лиц и собственности. Продажные чиновники выдавали настоящие государственные документы, затем злоумышленники при поддержке ЧОПов, нанятых боевиков заходили на предприятие и брали его под контроль. Сейчас в Москве 27 компаний находятся под контролем захватчиков.

Одним из таких примеров является захват здания «Гипромес». Схема использовалась очень простая. Была представлена копия свидетельства о собственности, затем последовал силовой захват объекта. Когда сотрудники Управления экономической безопасности стали проверять регистрацию собственности, то выяснили, что сама запись имеется, но дела регистрационного не заведено, сотрудник же, который оформлял документы, на следующий день уволился. Было возбуждено дело, следователь наложил арест на здание, после чего оно передано истинным собственникам, а затем им возвращено.

По словам Александра Корсака, в ответ на эти хитроумные схемы специалисты управления придумали способ, как сохранить контроль над своей собственностью. Если владельцы актива чувствуют, что им угрожает силовой захват, то следует обращение акционеров компании в Управление экономической безопасности. При наличии признаков подготовки мошеннических действий материалы направляются в прокуратуру города, в Мосрегистрацию, в налоговую инспекцию, главному судебному приставу, в арбитраж. Все эти организации предупреждаются о предполагаемой атаке на объект. И если поступает заявление, связанное с перерегистрацией собственности, то это сигнал тревоги, что операция, возможно, началась.

В этом случае досконально проверяются все документы.
Как уверяет руководитель Управления экономической безопасности, подобные методы весьма действенны, таким образом удалось защитить 21 объект.

Тем не менее попытки захватов предприятий остаются распространенным явлением. Больно уж прибыльным оказался этот «бизнес». По эффективности его можно сравнить с угоном автомобилей.

И второе обстоятельство, работающее на привлекательность этого «бизнеса», — его безнаказанность. Уже возбуждено около сотни дел, а через суд прошло пока только одно. То есть судебная система буксует. В качестве положительного примера можно привести попытку захвата крупного предприятия в Зеленограде — ОАО «Зенит». Его организаторы осуждены.

Появилась и новая тенденция на рынке захвата. Тщательно изучив историю приватизации предприятия, рейдеры приходят в компанию и говорят: «У вас есть проблемы с приватизацией, вы можете все потерять. Мы хотим купить ваши проблемы и ваше предприятие». И предлагают свою цену. Разумеется, заниженную.

Юристы против антиюристов

Сегодня корпоративные конфликты приобрели другие формы, считает Борис Титов, председатель общероссийской общественной организации «Деловая Россия». Если раньше речь шла о настоящих агрессивных нападениях, то теперь они превратились в сложные, юридически грамотно построенные схемы. Но от этого подобная практика не становится менее опасной для развития корпоративной системы у нас в стране. И следует признать, что российские законодательная и судебная системы не до конца справляются с проблемой корпоративных конфликтов.
Сейчас в основном происходит присвоение чужого имущества через тщательно продуманные, выверенные «правовые» схемы. Кто создает эти схемы? К сожалению, они разрабатываются при участии юристов, комментирует ситуацию Вениамин Яковлев, советник президента Российской Федерации, до недавнего времени председатель Высшего арбитражного суда РФ. Явление для нашего юридического сообщества совершенно позорное. Не случайно, на первом заседании президиума вновь созданной Ассоциации юристов России обсуждалась именно эта проблема. Юристы должны победить антиюристов, авторов подобных схем, замечает советник.
Неэффективность юридической и судебной систем ведет к тому, что бизнес по сути дела вынужден платить специальный налог с целью обеспечения собственной безопасности. Если компания хочет сохранить свой актив и эффективно и долго его использовать, то вынуждена нести большие затраты на юридическую службу и юридические услуги. В настоящий момент судебная практика такова, что любая компания, расположенная, к примеру, в Калининграде, может получить судебный иск с претензиями на ее собственность, скажем, из Находки или какого?нибудь районного центра в Чечне. Вот и приходится бизнесменам зачастую отслеживать ситуацию по всем регионам нашей необъятной Родины, так как удара можно ожидать из любой ее точки.

Сегодня нередки случаи, когда заключается гражданско-правовая сделка по продаже одним лицом другому лицу пакета акций акционерного общества.

А через два года вдруг заявляется требование, которое удовлетворяется судом, о том, что эта сделка юридически ничтожна. Проводится реституция, пакет акций возвращается соответствующему акционеру, и этот акционер идет с исками о признании недействительными всех решений, принимавшихся общим собранием акционеров и советом директоров в течение этих двух лет, а также признании недействительными сделок, которые заключались генеральным директором этого акционерного общества. Но никто не будет вступать ни в какие отношения с корпорацией, если есть риск, что значительная часть ее предыдущей деятельности будет поставлена под сомнение, считает судья Высшего арбитражного суда Российской Федерации Александра Маковская.

Остановить войну законом?

То, что корпоративные войны отрицательно влияют на развитие экономики, признается во всем блоке экономических ведомств. Не случайно, Минэкономразвития подготовлен законопроект, который вносит существенные изменения в современное корпоративное право России. Да и мировой опыт однозначно свидетельствует о том, что там, где проводились реформы корпоративного управления, серьезно улучшалась инвестиционная ситуация, а бизнес становился более эффективным.

В недавно опубликованной статье профессор Массачусетского университета Стивен Джонсон разделяет механизмы защиты прав собственности на две группы: обеспечивающие непосредственно защиту прав собственности на актив и обеспечивающие защиту контрактных прав. Первые стимулируют эффективность инвестиций в основные средства, в физический капитал, тогда как вторые стимулируют развитие финансового посредничества и соответственно развитие финансовых рынков, тем самым способствуя созданию эффективной системы перераспределения капитала.

В итоге капитал направляется туда, где он используется наиболее производительно.

Как признает Анна Попова, на сегодняшний день в России уровень защиты прав собственности может рассматриваться как крайне низкий, чем во многом и объясняется низкий уровень инвестиционной активности и трудности с темпами экономического роста. Переход от нынешней ситуации к системе, где будут действовать стимулы к эффективному использованию активов, призваны обеспечить три составных блока, на которых должна строиться реформа корпоративного законодательства и корпоративного управления в России.

В задачу первого блока входит четкая сертификация прав собственности, то есть четкое описание актива и прав субъектов на него. Второй блок направлен на защиту прав собственности. И третий — механизмы, обеспечивающие восстановление нарушенных прав собственности. Эта комплексная система должна способствовать тому, что увеличатся и темпы экономического роста, и уровень инвестиционной активности, говорит Анна Попова. Принятие законопроекта также позволит повысить качество судебного контроля, уменьшить злоупотребления социальными нормами и в целом устранит существующие ныне благоприятные условия для ведения корпоративных войн, в том числе с использованием административного ресурса, надеется чиновник Минэкономразвития.

Сумеет ли новый закон остановить корпоративные войны? И да, и нет. Мы знаем пример, когда законодательство о банкротстве почти покончило с практикой заказных банкротств. Но видим мы и другое: изобретаются все новые и все более изощренные способы отъема собственности. Остап Бендер знал их более четырехсот, но куда ему до современных махинаторов. По сравнению с ними он всего лишь ученик начальных классов. Ведь сколько таких схем известно им, не знает никто.

Следите за нашими новостями в Telegram, ВКонтакте