Только без рук


Текст | Дмитрий АЛЕКСАНДРОВ

Инновационная политика и развитие высокотехнологичных отраслей остаются главным камнем преткновения экономической политики в России. По нашей информации, эта тема будет одной из центральных в очередном послании президента Федеральному собранию. Но президент вряд ли предложит программу активного вмешательства государства в перестройку экономики.

Развитие высокотехнологичного сектора важно для любой страны, так как делает ее независимой от цен на мировых сырьевых рынках, обладающих высокой волатильностью. Колебания цен на продукцию высоких переделов и высокотехнологичную продукцию минимальны и потому обеспечивают национальной экономике, опирающейся на них, высокую стабильность.

В советской экономике доминировала перерабатывающая промышленность. Большая часть ее была, правда, связана с оборонным производством, но довольно значительная производила товары народного потребления, предоставляла машинотехническую продукцию для других отраслей.

Российская экономика, создававшаяся на обломках рухнувшей советской, изначально была нацелена на эксплуатацию имевшихся на территории России ресурсов, прежде всего сырьевых, а также заделов ВПК. Теперь, когда цены на энергоресурсы рекордно высоки, у страны появилась возможность вновь приступить к развитию своего народно-хозяйственного комплекса, в первую очередь обрабатывающих отраслей промышленности.
При этом противоборствуют два подхода. Первый предполагает, что невидимая рука рынка сама расставит все на свои места и никакой регулятивной функции в возрождении обрабатывающей промышленности государство выполнять не должно. Второй же подразумевает, что государство обязано самым активным образом использовать появившиеся финансовые средства для возрождения технологического могущества страны. В экономических ведомствах доминирует первый подход.
Обоснованная боязнь изменения конъюнктуры сырьевого рынка и связанная с этим боязнь тратить средства Стабилизационного фонда в интерпретации Минфина приобретают совершенно паранойяльные формы и наводят на размышления: не действует ли руководство министерства в чьих-то интересах, отказываясь вкладывать огромные финансовые ресурсы в развитие российской экономики даже частично. При этом оно противится не реализации национальных проектов в социальной сфере, предусматривающих прямые выплаты людям, а значит, непосредственно влияющих на инфляцию, а именно инвестициям в экономику.

Но плюс такой позиции состоит в том, что, поскольку программы экономического развития и структурной политики все равно нет, любые бюджетные траты в этой сфере с очень большой вероятностью пойдут прахом.
Программы развития высокотехнологичного сектора в стране нет. Есть только разрозненные выступления крупных чиновников, по частоте которых можно судить о приоритетах властей.

Кремлевские и правительственные чиновники неоднократно заявляли, что готовы строить высокотехнологичный комплекс в привязке к сырьевым отраслям, то есть в первую очередь развивать нефтегазовое машиностроение, обслуживающее нефтегазовые отрасли, металлургическое производство и специализированные нефтегазовые строительно-монтажные работы. А также связанное с нефтяной и газовой отраслями промышленности нефтеперерабатывающее, нефтехимическое производство и сферу переработки газового сырья для продажи на мировом рынке нефтегазовой продукции более высоких переделов.

Однако дальше разговоров дело, по большому счету, не идет. Нефтяные и газовые компании сами строят отношения с предприятиями нефтемаша, строительными и металлургическими предприятиями, стратегией смещения акцентов в направлении производства продукции более высоких переделов никто не занимается.

Второе направление также связано с отраслью, которая развивается сама по себе, — экспорториентированным ОПК. Для того чтобы конкурировать на рынке вооружения, где благодаря советским заделам Россия является одним из основных игроков, стране необходимо создавать новые образцы вооружения. А значит, развивать приборостроение, двигателестроение, производство специальных материалов для самолетов, вертолетов, ракет, космических аппаратов, судов и автобронетанковой техники.
В этой сфере в последнее время идет довольно активная работа. Происходит консолидация активов и финансовых потоков — формируются единые отраслевые холдинги под контролем государства. Неожиданно в орбиту внимания оборонщиков попало автомобилестроение, в котором, судя по всему, тоже будет создан такой холдинг.

Это, так сказать, стихийная стратегия развития высокотехнологичного комплекса, не предполагающая специальных усилий для структурной перестройки экономики. Другой подход — ускоренное развитие технопарков, аккумулирующих современные технические решения и инфо-коммуникационные технологии, то есть инфрастуктуры высокотехнологичного комплекса. Он получил право на жизнь преимущественно благодаря лоббистским усилиям Мининформсвязи и лично министра Леонида Реймана и реализуется соответственно прежде всего в сфере ведения этого министерства.

В этом списке отсутствуют такие отрасли, как электронная промышленность, станкостроение и приборостроение, являющие собой базу для высокотехнологичного производства. Эти отрасли развиваются только в сегментах, интересных частному капиталу, а по большому счету, они стагнируют, в результате чего производители конечной продукции вынуждены обращаться к зарубежным поставщикам.

Таким образом, активная структурная политика сейчас не проводится, и от президента зависит, будет ли проводиться в оставшиеся до конца его второго срока годы. Судя по тому, как складываются события, это маловероятно, но вполне возможно, что развитие высоких технологий станет тем новым амбициозным проектом, который президент предложит в конце своего правления и реализацию которого поручит преемнику.