Рандеву с президентом



Текст | Ростислав ТУРОВСКИЙ

Президент сделал свои аудиенции для губернаторов важным инструментом региональной политики.

Укрепление вертикали власти в России не могло не изменить сценарий отношений между главой государства и губернаторами. Но некоторые новые формы отношений на поверку оказываются хорошо забытыми старыми, просто у них появилось другое значение. Одна из форм, традиционно привлекающих всеобщее внимание, это аудиенция, которую губернатор получает у президента в Кремле.

После перехода к назначению губернаторов их отношения с президентом стали напоминать отношения между начальником и подчиненными. В то же время Владимир Путин явно не хочет строить высокий барьер, закрывая губернаторам доступ в свою резиденцию. Ведь есть немало поводов для разговора тет-а-тет.

Это может быть и благодарность за службу, и подготовка к повышению, а иногда и вызов на ковер. Впрочем, не всегда встречи происходят именно в Кремле. Президент немало ездит по стране, отлаживая и таким способом отношения с региональными элитами. Регулярно проводятся заседания Госсовета, в которых принимают участие губернаторы. Еще чаще в более узком кругу заседает президиум Госсовета.

Все это доказывает, что у главы государства нет намерения полностью исключить губернаторов из федеральной политики, превратить их в банальных «завхозов», занимающихся одними лишь текущими социально-экономическими проблемами своих регионов.

Добрый следователь
Владимир Владимирович

Президент России играет свою, важную и самостоятельную роль в вертикали власти. Во-первых, фирменный путинский стиль подразумевает важность личного общения главы государства с политическими деятелями. Многие решения президента основаны, как к этому ни относись, на его собственных живых впечатлениях.

В чем сказывается и русская политическая традиция, в которой дружеские отношения, хороший непосредственный контакт, психологическая совместимость, способность к командной игре определяют очень многое. Отсюда, например, то большое значение, которое придает президент установлению личного контакта с губернатором перед принятием решения о его переназначении.

Во-вторых, В. Путину нужна обратная связь с регионами, и встречи в Кремле служат одним из главных ее каналов. Необходимость такой обратной связи хорошо осознается президентом. Конечно, никто не отменяет существование президентской администрации, ее чиновников и аналитиков, которые занимаются подготовкой президентских решений. Однако всем, включая Путина, прекрасно известно, насколько в этой структуре велико лоббистское влияние, какая клановая борьба идет вокруг того или иного решения.

Зная это, президент во многих конкретных ситуациях стремится принять собственное решение. Определенная степень недоверия к помощникам и советникам всегда, как горькое лекар-ство, полезна для российского руководителя. Такова особенность вертикально устроенного государства.
В нем принципиальную важность приобретает личная включенность главы государства в принятие ключевых решений, ведь именно он берет на себя ответственность за последствия. Беспечное делегирование своих функций окружению может стать роковой ошибкой.

В-третьих, политический интерес центра к региональным элитам по-прежнему велик и вновь растет в связи с приближением федеральных выборов. Центр понимает значение губернаторского ресурса, без которого в нашей огромной стране нельзя решить ни одну задачу, будь то национальные проекты или избрание путинского преемника.

Поэтому начиная с прошлого года, укрепив вертикаль с помощью назначения губернаторов, Кремль стал разворачиваться к ним лицом, идти на уступки, устанавливать более спокойные, деловые отношения. Он не заинтересован в том, чтобы региональная элита была просто зависимой и запуганной.

Гораздо правильнее создать здоровый климат в отношениях между центром и регионами, сочетая субординацию с принципами командной игры. И здесь нужен именно В. Путин — не только как начальник, но и как тренер команды. Ведь президент в практике российской региональной политики всегда играет роль «доброго следователя», тогда как «злыми следователями» обычно оказываются правительственные чиновники.

Экзамен на профпригодность

В официальных сообщениях почти всегда указывается, что встреча президента с губернатором была посвящена обсуждению социально-экономической ситуации в регионе — с небольшими вариациями на эту тему. В соответствии с принятым сценарием губернаторы докладывают о своих успехах и планах на будущее, президент их внимательно слушает и делает свои замечания. Реальное содержание беседы, конечно, остается известным только его непосредственным участникам. Неофициально главный смысл разговора с точки зрения президента — это тестирование губернатора на профпригодность.

В связи с назначением губернаторов важность таких встреч выросла многократно. Руководители регионов, естественно, стремятся повлиять на президентское решение, всеми способами добиваясь аудиенции и выстраиваясь в очередь на прием. Тем более что есть удобная форма переназначения на новый срок — поставить перед президентом вопрос о доверии.

Лучше всего, конечно, подать соответствующее заявление при личной встрече. Хотя вручается ли бумага в тот момент или она проходит через президентскую администрацию до или после?— это уже вопрос технологии. Важен сам факт назначенной встречи, к которому привязывается подача заявления о доверии, обычно с высокими шансами на успех.
Можно вспомнить «приморский сценарий». Сергей Дарькин, первым прошедший через назначение, смог попасть на прием к Путину и там поставить вопрос о доверии. Возможно, эта сцена была срежиссирована заранее, но главное, что она показала губернаторам путь к назначению на новый срок.

Потом, например, амурский губернатор Леонид Коротков, чувствуя, что над его головой сгущаются тучи, тоже сумел прорваться на прием к президенту и поставить вопрос о доверии. Он буквально на несколько дней опередил полпреда Константина Пуликовского, который должен был направить в Кремль список альтернативных кандидатур. Л. Коротков убедил президента в своей способности играть в его команде и избежал неприятностей со стороны кремлевских чиновников, получив назначение на новый срок.

Анализ встреч Путина с главами субъектов РФ в течение 2005 и начала
2006 года показывает, что наиболее яркой закономерностью была их связь с решением вопроса о назначении губернатора. Непосредственно во время разговора с президентом или вскоре после него ставили вопрос о доверии такие региональные лидеры, как челябинский губернатор Петр Сумин, оренбургский губернатор Алексей Чернышев, самарский губернатор Константин Титов, кемеровский губернатор Аман Тулеев, курский губернатор Александр Михайлов.

В других случаях аудиенции были организованы незадолго до истечения губернаторских полномочий. Губернатор назначался по основной процедуре, с выдвижением списка альтернативных кандидатур, но именно он получал от президента добро на новый срок, а список превращался в формальность.
В самом начале 2005 года предварительная беседа была проведена
В. Путиным с ханты-мансийским губернатором Александром Филипенко, после чего его кандидатура была внесена в окружную думу. За несколько месяцев до назначения, проведенного по основной схеме, встречались с президентом чукотский губернатор Роман Абрамович (с которым, видимо, обсуждался куда более широкий круг вопросов) и глава Агинского Бурятского АО Баир Жамсуев.

Встреча — не индульгенция

Однако не следует думать, что, добившись приема у президента, губернатор априори получает его поддержку и новый срок. Многие главы регионов полагают, что важен сам факт встречи, но для В. Путина это не просто протокольное мероприятие, ему нужен результат этой встречи, впечатление от нее. Президент позволяет себе прямо или косвенно ставить условия назначения.

Например, с большим трудом сохранил за собой пост губернатора Ставропольского края Александр Черногоров. Попасть в Кремль на разговор с президентом он сумел, но Путин не преминул выдвинуть свои условия для назначения на новый срок, против чего активно протестовали единороссы
(А. Черногоров состоит в рядах КПРФ). Ему, в частности, поручили решить проблему с водопроводом в одном из сельских районов, которая, конечно, не случайно стала достоянием широкой общественности во время президентской телевизионной «прямой линии». Путин дал понять, что он назначает губернаторов не просто так, а заставляет их решать социальные проблемы.

Неудивительно, что невозможность попасть к президенту на прием расценивается как открытое проявление немилости. В Москве обычно недооценивают эффект от встречи (или отказа, проволочек) в самом регионе. Местные элиты пристально следят, как их губернатора встречают и провожают в столице. Если все проходит гладко, то усиливается консолидация элит вокруг губернатора, его оптимизм передается по цепочке. Так, именно после летней беседы с президентом была снята напряженность в отношениях между центром и ярославским губернатором Анатолием Лисицыным, поссорившимся с влиятельными федеральными чиновниками. Путин эффективно сыграл роль арбитра в конфликте ярославских властей с центром. Были закрыты уголовные дела, прекратились проверки, областное начальство вздохнуло спокойнее.

Но если возникают проблемы, то в регионе, наоборот, быстро растет конкуренция. Были случаи, когда губернаторам в Кремле откровенно не давали поставить перед президентом вопрос о доверии, и это происходило на фоне острейшей борьбы за власть в регионе. В качестве примера можно привести Иркутскую и Нижегородскую области. Незадолго до истечения своих полномочий пытался попасть на прием к президенту ивановский губернатор Владимир Тихонов, но назначения он не получил, а в области от него отвернулись почти все.

Однако далеко не всегда президент принимает моментальные решения о судьбе того или иного руководителя по итогам личной встречи. Как показывает опыт, иногда он принимает к сведению информацию о губернаторе, с которым встречался, составляет личное впечатление и… продолжает думать, откладывает решение. Так, недавно в Кремле побывали весьма заинтересованный в своем назначении президент Адыгеи Хазрет Совмен, осенью прошлого года — президент Бурятии Леонид Потапов. Но ни один, ни второй не получил добро поставить перед президентом вопрос о доверии. Их будущее по-прежнему в подвешенном состоянии. В этом тоже элемент фирменного путинского стиля.

Tаким образом, президент оставляет за собой право и миловать, и карать губернаторов. Последним приходится только надеяться, что они хотя бы останутся в кадровой обойме и им найдут другую должность. Еще весной
2005 года Владимир Путин имел беседу с главой Республики Алтай Михаилом Лапшиным. Тем не менее было принято решение о его замене. В качестве «утешительного приза» М. Лапшин получил статус сенатора.

И совсем недавно встреча с
В. Путиным стала поводом для того, чтобы глава Дагестана Магомедали Магомедов объявил о своей отставке. Хотя сама смена власти прошла с учетом его интересов и предложений о преемнике. Ведь если бы ставка делалась на оппозицию, Путин вряд ли бы встречался с главой региона.
Возникают и иные ситуации, когда президент занимается как бы самопроверкой после уже принятого решения. Например, владимирский губернатор Николай Виноградов общался с ним уже после того, как его кандидатура была внесена в законодательное собрание. Уже после назначения губернатора и смены власти в регионе В. Путин принял нового руководителя Калининградской области Георгия Бооса и Иркутской — Александра Тишанина. История последнего запомнилась искренним и немного анекдотичным признанием самого президента, что кандидатура Тишанина оказалась для него неожиданной. Однако решение было принято, и Владимир Путин счел важным обсудить перспективы стратегически важных субъектов Федерации со своими новыми назначенцами.

Вообще, есть немало политических сценариев тех аудиенций, которые главы регионов получают у В. Путина. Для некоторых это шанс продолжить карьеру на федеральном уровне. Официальная хроника гласила, что Путин встречался с тюменским губернатором Сергеем Собяниным для обсуждения региональных проблем. Однако вскоре Собянин стал главой президентской администрации.

Кремлевская сигнализация

Понимая, что губернаторские визиты в Кремль всегда оцениваются как знаковые события, их используют для того, чтобы послать в регион тот или иной сигнал, «пиаровский» или управленческий. Например, встречу
В. Путина с главой Мордовии Николаем Меркушкиным «пиарили» год назад с целью показать, что есть в России территории, выигравшие от монетизации (Мордовия — регион с большой долей сельского населения и малым числом горожан-льготников). Осенняя встреча с вологодским губернатором Вячеславом Позгалевым имела иной смысл: по словам губернатора, президент просил его работать до истечения срока полномочий. Региональные элиты, таким образом, получили недву-смысленный сигнал: не надо суетиться и бежать в Кремль с вопросом о доверии, если надо, центр сам попросит (кого надо) это сделать.

В. Путин старается наладить диалог с руководителями наиболее сложных и стратегически важных субъектов Федерации, где вопрос о власти не решен до конца и где он хотел бы сам разобраться в ситуации. Свидетельство тому — январская встреча с президентом Башкирии Муртазой Рахимовым, а также недавнее совещание по проблемам Якутии при участии республиканского руководства.

Последнее событие показало, что президент стремится серьезно вникнуть в положение дел в тех регионах, где сталкиваются экономические интересы влиятельных групп, чтобы принять собственное обоснованное решение. Впрочем, он не избегает встреч и с малозаметными губернаторами, понимая, что все они теперь — его кадровая номенклатура, а значит, со всеми надо вести диалог.

Прошлый год показал, что В. Путину бывают интересны и малочисленные «красные» губернаторы, такие как Николай Максюта из Волгоградской области и не считающийся сильным лидером Николай Дудов из Магадана. Исключение составляют только те, кого совершенно точно переназначать не будут и кому даже не предложат синекуру, но таких губернаторов уже почти не осталось.

Подводя итог, скажем, что Владимир Путин все-таки стремится проводить собственную региональную политику и личное общение с губернаторами является ее важным элементом.

Автор — руководитель департамента региональных исследований Центра
политических технологий

Следите за нашими новостями в Telegram, ВКонтакте