Кремлевский газават


Текст | Юрий ВАСИЛЬКОВ, Дмитрий АЛЕКСАНДРОВ

Президент Путин еще раз доказал, что долго запрягает, зато быстро ездит. Почти два года политики и общественность призывали российские власти отказаться от филантропии в отношении постсоветских государств. И вот это свершилось. Причем в весьма радикальных формах — такого никто от президента не ожидал. А неожиданность, как известно, залог успеха.

Газовая атака, предпринятая Россией, не пощадила ни врагов, ни друзей из числа ближнезарубежных реципиентов нашего газа. Цены выросли не только для враждебных России Грузии (с $60 до $110), Молдовы (с $80 до $160) и стран Балтии (с $80—95 до $120—125), но и для дружественной Армении (c $60 до $110, но будут использованы механизмы кредитования и частичной оплаты акциями армянских предприятий), скорее дружественного Азербайджана (было $60, стало $110).

Повышение не коснется пока Белоруссии (сейчас платит и будет платить меньше $50), с которой мы составляем Союзное государство. К тому же не исключено, что Белоруссия в конце концов передаст «Газпрому» «Белтрансгаз».

Возможно, нынешнее послабление западной соседке — ошибка Путина. Вопрос о цене, несомненно, связан с грядущими в Белоруссии весной президентскими выборами. Таким образом, Москва подсуживает Лукашенко. А следовательно, ее позиция по газовому вопросу может быть скорректирована исходя из политических соображений.

И аргумент, что никакой политики в самой серьезной из газовых атак — на украинском направлении, не проходит. Хотя справедливости ради надо сказать, что все государства, получившие предложение платить по новой цене, на это согласились. Некоторые (Грузия, Латвия) с комментариями о политической подо­плеке, а некоторые, даже из недру­жественной группы, безропотно. Молдавия, напри­мер. Дело в том, что «Молдовагаз» на 50% принадлежит «Газпрому» и еще 14% в нем имеет пророссийское приднестровское правительство.

И такое поведение естественно в рыночной экономике: поставщик установил цену. Или плати ее, или покупай у другого поставщика, или не покупай вообще. «Это был обычный торг, — говорит президент Фонда эффективной политики Глеб Павловский. — Не совсем обычный для нас, но вполне обычный в мировой экономической политике. Когда шел невероятно ожесточенный торг вокруг бюджета Евросоюза со всякого рода обвинениями в адрес друг друга и несчастного Блэра, который предложил бюджет, и все требовали своих денег, никого это не удивляло и никто не говорил, что это ведет Евросоюз к катастрофе. Просто это вопрос денег».

Но для Украины рыночные законы не писаны — она решила устроить грандиозный международный скандал. Начался он с того, что глава «Нафтогаза Украины» — первый заместитель министра топлива и энергетики Украины Алексей Ивченко заявил, что, если не удастся взаимоприемлемым образом договориться, Украина будет осуществлять технический забор газа из трубопроводов, ведущих в Европу. Ивченко для нынешней украинской власти — фигура знаковая: в кресло главного по украинским трубам он пересел из кресла лидера Конгресса украинских националистов. Кстати, в Москву, в «Газпром», он ездил с переводчиком с украинского на русский. Понятно, что с таким переговорщиком трудно найти общий язык.

Спустя некоторое время Ющенко уволил его. А потом Ивченко восстановило в должности правительство (с молчаливого согласия президента Украины).

Россия против Ющенко

Главный аргумент, который приводят сторонники (в том числе российские) украинской точки зрения, — решение России скажется на весенних парламентских выборах в Украине. Владимир Милов, президент Института энергетической политики, заявил, что причина атаки — стремление насолить Виктору Ющенко, осмелившемуся стать президентом Украины вопреки директиве из Кремля. Депутат Государственной думы Александр Лебедев, в прошлом глава Национальной резервной корпорации и Национального резервного банка (разумеется, сохранивший контроль над ними, а значит, и над их украинскими активами), полагает, что газовой атакой мы можем негативно повлиять на исход парламентских выборов.

С этим можно согласиться, если считать негативным итогом выборов проигрыш проющенковских сил. Но на самом деле помогать Ющенко, который никак не решится протянуть руку России, нет никаких оснований.

Другой аргумент сторонников украинской позиции, того же Лебедева, а также Бориса Немцова, — не исключено, что силы, которые под влиянием российского решения придут на смену Ющенко, окажутся более враждебными России, чем Виктор Андреевич и его окружение.

Но опять-таки с большей вероятно­стью можно утверждать, что и победа Партии регионов Украины, и победа блока Тимошенко больше соответ­ствуют интересам России, чем победа ющенковской коалиции, состоящей из политиков, выступающих за европей­ский выбор Украины, националистов и нескольких олигархов.

Трубы в обмен на цены

По мнению ряда экспертов, в частности аналитика Центра политических технологий Татьяны Становой, Россия, выставляя цену $160, а сейчас уже и $220 за 1 куб. м газа, предъявила Украине ультиматум: или много платить, или отдать свои газопроводы российско-украинско-германскому газовому консорциуму, проект которого был фактиче­ски похоронен Ющенко.

Очевидно, что для правящей ныне в Украине элиты отдать трубы — совершенно неприемлемое решение. А вот правительства как Януковича, так и Тимошенко, не связанные обязательствами перед националистами, вполне могут пойти на создание такого консорциума, ничуть, кстати, не ущемляющего интересов Украины.

Потому что с экономической точки зрения Киеву деваться некуда: при цене $160 становится нерентабельным производство в металлургии и химии, а ведь для украинской экономики черная металлургия выполняет ту же функцию, что для нашей — нефтегазовый комплекс.

И в Украине это понимают. «Догазовались. Надо было больше в Москву с переводчиком ездить», — прокомментировал происходящее не последний коммунист из Верховной Рады Адам Мартынюк.

А существующие в Киеве обиды, по словам Павловского, «результат перехода из одной системы отношений, фактически со-этнических, которые были с Украиной, в монетизированные, которые в конечном счете будут более свободными, вольготными для всех сторон».

Платить придется

О том, как будет разрешен газовый кризис с Украиной, существуют разные мнения. Президент Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин говорит о возможности кредитования Украины. Однако кредитные схемы мы используем с дружественными странами.

Аналитики предполагают, что положение может спасти только договоренность президентов. Ясно, что не о $220, а все-таки о $160. но при этом без кредитных схем. И вряд ли Украина, несмотря на все заверения заокеанских и европейских покровителей ее демократических завоеваний, получит на данные цели финансовую помощь США или Евросоюза. Так что придется раскошелится, после чего многое в украинской политике встанет на свои места.

…Общий девиз всего происходившего на рубеже 2005 и 2006 годов — окончательный переход к монетизации двусторонних отношений. Как со странами дальнего зарубежья. Россия чувствует себя свободно, например, с Германией, потому что стороны не связаны какими-то политическими договорными обязательствами — за поставки они расплачиваются деньгами. И обид нет никаких.

Михаил ЛЕОНТЬЕВ, экономист, телеведущий
Украинские комментаторы выдвинули версию, будто Россия была столь несгибаема в газовой войне из-за поднятого на Западе шума в связи с назначением бывшего канцлера ФРГ Шредера на пост руководителя комитета инвесторов «Газпрома». Кое-кто из немцев говорил, что это чуть ли не измена Родине, коррупция и все такое прочее… А на мой взгляд, к этому надо, как раз наоборот, относиться с уважением и восхищением. Во-первых, мы знаем, что это комитет инвесторов, в котором даже просто формально 49% принадлежит крупнейшим немецким компаниям. Во-вторых, опять же даже просто формально строящийся Балтийский газопровод отвечает не только экономическим, но и глобальным политическим интересам Германии. Визг же подняла по сигналу американская клака в Европе. Для американцев то, что происходит в области нашего энергетического сотрудничества с Европой, — это нож острый. Ведь Европа — очень серьезный конкурент США…

Именно поэтому Германия и Франция выступали против иракской войны. Не потому что они сомневались в разведданных ЦРУ, а потому что они понимали: это противоречит геополитическим интересам старой Европы, той, которая затевала европейскую интеграцию.

Что американцы сделали? Они разбавили своим американским бульоном старую европейскую интеграцию, превратив ее в невменяемый организм, что, кстати, и привело к тому, что рухнула дальнейшая интеграция, рухнули старые институты, конституция и так далее, она практически зашла в тупик. И тут появляется образ другой европейской интеграции — с участием реально действующих игроков: России, Германии, Франции, Италии в первую очередь. Это геополитическая альтернатива, в которой Шредер (как и Путин) — один, на мой взгляд, из участников новой конструкции. Это вообще идея вековая, это идея альянса континентальной Европы с Россией, что делает ее безусловным мировым лидером, доминирующим. Надо ли говорить, как данную идею воспринимают США…
Для Шредера же это, можно сказать, дело всей его жизни!

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ, публицист

Я бы выделил в бурной истории с ценой на газ две проблемы.
Проблема первая. Россия хочет перестать быть дурой и перестать дарить газ в обмен непонятно на что. Отлично. Полностью поддерживаю. Со всеми странами — СНГ или не СНГ — надо торговать по нормальным мировым ценам. И газом, и электричеством, и всем. С Украиной, Грузией, Белоруссией, Молдовой — с кем угодно. Нет вопросов.
Но почему это надо делать в истерической форме в течение нескольких дней? Решайте спокойно вопросы! Я бы здесь тоже большой трагедии не видел, потому что Россия, как всегда, торговалась с запросом. Постепенно, я думаю, некоторый компромисс будет найден.

Вот наиболее очевидный вариант такого компромисса. Продавать Россия будет формально по высоким ценам, фактически же Украина сразу эти цены платить не сможет. Следовательно, будет открыта какая-то кредитная линия. Вырастет украинский долг? Но Украина — небедная страна, ей есть чем погасить свой долг. Это может быть та же газовая компания Украины или часть украинских предприятий.

Короче говоря, Украина вполне в состоянии погасить свои долги. Другое дело, если мы действительно отныне все равноудаленные и со всеми переходим на такие правила игры. Чем будут гасить свои долги, скажем, Грузия, Армения, Молдова? Это менее понятно.

И, наконец, еще один аспект этой проблемы. Он заключается в том, что Россия со всей очевидностью грубо, с ногами влезла в избирательную кампанию на Украине. Тут вопросов нет. Выборы у них в марте, а Россия уже с декабря ставит ей ультиматумы… Какая может быть реакция украинцев?
Я просто ставлю себя на их место. Представим, что накануне выборов в Мосгордуму выступает Чубайс и говорит: все граждане обязаны платить за свет и тепло по рыночным ценам, иначе будем отключать электричество и газ. Сколько голосов после этого набрал бы СПС? Я думаю, СПС просто бы зубов не собрал с тротуара!

Великая газовая война — смертельный удар по пророссийским силам на Украине. Ненависть, которую подавляющее большинство населения будет испытывать к России, очевидно, ударит по Януковичу и его партии.
С другой стороны, эта ненависть ударит по Ющенко и его партии. Потому что за все, что происходит в стране, отвечает президент. В меньшей степени достанется Тимошенко и другим, которые ко времени апогея газовой войны ушли из власти.

То есть объективно Россия подыгрыла тем силам, которые в канун выборов находились в оппозиции Ющенко, причем в оппозиции с антироссийской стороны.

Может быть, впрочем, Россия этого серьезно хочет? Может быть, она просто плевать на все хотела? В любом случае это, конечно, смертельный удар по СНГ, но я лично его всячески приветствую, поскольку СНГ уже давно бессмысленная, мертвая организация. Такой бюрократический клуб, где Россия оплачивает зачем-то свои ностальгические амбиции.