Иван ПОЛЯКОВ: потенциал интеграции огромен


Беседу вел Александр
Полянский

Омское производственное объединение «Радиозавод им. А.С. Попова» в прошлом году отметило свое 50-летие. Сегодня это открытое акционерное общество, выпускающее продукцию под торговой маркой «РЕЛЕРО».

Предприятие-ветеран отечественной промышленности средств связи с 2002 года возглавляет молодой директор — Иван Поляков. За три года он сумел не только вывести объединение из состояния фактического банкротства, но и обеспечить стабильно высокие темпы роста производства.

— Иван Викторович, можно ли сказать, что «оборонка» после долгих лет разнонаправленных преобразований и нефинансирования выжила?

— Если мы сейчас сидим с вами и обсуждаем это, значит, ответ очевиден. «Оборонка», несомненно, выжила. Хотя есть нерешенные проблемы. Как, впрочем, и в других отраслях и в стране в целом.

Оборонный комплекс — значительная и весомая часть экономики. Конечно, точкой отсчета мы справедливо считаем состояние ОПК в СССР, экономически развитое и устойчивое, соответствующее экономическим и политическим условиям существования страны. Сейчас такое состояние еще не достигнуто. В числе прочего потому, что нет должного понимания, что оборонный комплекс — не только экономическое, но политическое и социальное явление. Политическое — поскольку обеспечивает обороноспособность страны. Это один из основополагающих признаков суверенитета России. А социальное — в силу того что в нем задействовано большое число квалифицированнейших специалистов, от результата труда которых зависит качество будущего.

— В ОПК, по сути дела, работает интеллектуальная элита страны.

— Нет оснований обижать представителей других отраслей — в них тоже трудятся очень высокого уровня специалисты, с большим опытом. Но лидерство СССР на протяжении многих десятилетий в гонке вооружений само по себе говорит о том, какого интеллектуального уровня, какой самоотверженности люди трудились и трудятся в ОПК.

— Оборонный комплекс ведь спасли экспортные контракты?

— Это и так, и не так. Оборонный заказ полностью никогда не исчезал. Пропала на каком-то этапе дисциплина субъектов этого процесса — как представляющих государство, так и представляющих ОПК. Но сейчас оборонный заказ постоянно увеличивается.

Интегрированные структуры не самоцель

— Как вы относитесь к планам интеграции оборонных предприятий?

— Подобный процесс очень важен, это инструмент абсолютно необходимого сейчас в данной сфере усиления контроля со стороны государства. Но усиливать контроль надо при сохранении самостоятельности хозяйствующих субъектов. Участие государства должно существенно увеличиться, причем, может быть, даже не на уровне собственности, а на уровне внеэкономического контроля за деятельностью оборонных предприятий.

Особо хочу подчеркнуть, что интеграцию нужно проводить в тех случаях, когда это целесообразно. Она должна прежде всего идти вслед за потребностями рынка, потребностями развития. Как это делается сейчас в авиастроении: у объединенной авиастроительной корпорации понятны заказчики, понятна ее структура и кооперационные связи… Просто принять решение о выборе той или иной формы интеграции нельзя, поскольку это сложный процесс, включающий как установление экономических взаимоотношений между субъектами, входящими в интегрированную структуру, так и определение отношений между их руководителями. Так что должны быть выработаны организационно-финансовые механизмы объединения.

В процессе интеграции нужно иметь в виду, что каждое оборонное предприятие уже чаще всего является холдингом, причем обычно немаленьким. Это производственные объединения, включающие разработку, основное и вспомогательные производства по тем или иным продуктам.

Сейчас интеграционный процесс, по сути, тестируется в авиационной промышленности, это пример, который у всех на слуху и на виду. В Омской области из ряда предприятий радиоэлектроники нашего региона и сопредельных тоже формируется интегрированная структура, специализирующаяся на дальней радиосвязи. Если заглядывать в будущее этого холдинга, то мне думается, что оптимальной моделью его структуры после предполагаемого акционирования могла бы стать модель народного предприятия. Не менее половины акций должно принадлежать работникам предприятия. Эти акции могут быть переданы в доверительное управление специальному государственному институту, но доход по ним должны получать работники предприятия.

— Ваше предприятие, наверное, входит в число застрельщиков такого холдинга?

— Нет, как раз сочувствует со стороны: во-первых, мы вполне самодостаточная компания, а во-вторых, не занимаемся дальней радиосвязью.
К тому же ОмПО «Радиозавод им. Попова» — очень специфическое предприятие. Мы являемся единственным в своем роде производителем систем радиосвязи особого назначения — для силовых структур, высших руководителей государства не только России, но и стран СНГ.

— То есть естественный монополист?

— Существует менее амбициозный и более точный термин — единственный производитель.

Раньше в объединение входили, помимо Омского радиозавода им. Попова, завод в Славгороде — это Алтайский край, предприятия в Киргизии, в странах СЭВ: Болгарии и Венгрии. Потому для нас первостепенная задача — хотя бы частичное воссоздание прежней производственной структуры. С киргизским заводом дело идет.

— А какова ситуация в группе радиоэлектронных отраслей оборонной промышленности в целом?

— Принципиально она не отличается от ситуации в других отраслях оборонного комплекса.

— С той лишь разницей, что большинство радиоэлектронных предприятий приватизировано…

— Нет, в радиоэлектронной группе тоже много ФГУПов. И потом, приватизация очень часто сопровождалась сохранением довольно большого пакета акций в руках государства. Повторю еще раз: принципиальна степень контроля со стороны государства, а не форма собственности, структура владения предприятием. У государства как главного заказчика продукции и главного посредника при совершении экспортных операций достаточно рычагов, чтобы обеспечить такой контроль.

Я уверен, что оборонный комплекс по принципам своего построения и функционирования един для любых видов конечной продукции — от самолетов и танков до радиостанций.

Рост за счет внутреннего потребителя

— Многочисленными новыми разработками Радиозаводу им. Попова удается заниматься за счет экспортных доходов?

— Наше предприятие не выполняло ни в прошлом году, ни в этом экспортных задач. Наш рост связан всецело с внутренним потребителем — продукции специального назначения и продукции общего назначения.

— Но при этом ваше предприятие регулярно участвует в международных оружейных выставках в России и за рубежом, например в Абу Даби, привозит с них престижные награды. Наверняка велик интерес к его продукции иностранных потребителей?

— Да, интерес велик, но наша продукция носит специфический характер и может быть продана другим странам только при соблюдении целого ряда условий.

Тем не менее, участвуя в международных выставках, мы хорошо видим проблемы российского экспорта вооружения. Это прежде всего отсутствие финансовой инфраструктуры поддержки экспорта, которая имеется в развитых странах мира. Речь веду главным образом о страховании рисков экспортеров и банковском обслуживании. На Западе и Востоке есть и государственные страховые агентства, и специализированное банковское обслуживание, такое, например, какое предлагает японский Эксимбанк. Наши же экспортеры предоставлены зачастую сами себе.

— Деятельность российского Минобороны как заказчика на рынке вооружения изменилась в последнее время, по мнению многих, в лучшую сторону…

— Я разделяю это мнение. Хотя существуют еще не решенные проблемы. В первую очередь такая: государственный оборонный заказ формируется параллельно с бюджетом на соответствующий год и выполняется опять же параллельно с бюджетом. То есть формируется всего-навсего на год, а финансируется во второй половине года из-за разного рода бюрократических проволочек.

Да, есть Государственная программа вооружения, но это не финансовый, а концептуальный документ.
А финансовый — как раз оборонзаказ. Объективная необходимость состоит в том, чтобы формирование и размещение заказов в рамках гособоронзаказа осуществлялось хотя бы на три года. Это позволило бы планировать деятельность предприятия в среднесрочной перспективе.

Объединяться. Но смотря с кем

— Как вы ощущаете перемены в стране после прихода к власти в 1999 году Путина? Связанное с этим наведение порядка в стране?

— Очевидны серьезные позитивные сдвиги. В том же бюджетном процессе, о котором я говорил только что. При этом есть проблемы, которые не удалось пока решить.

Мы уже с вами затрагивали проблему интеграции. Говоря о ней более масштабно, хочу заметить, что надо иметь четкие ответы на вопросы, интеграция с кем и для чего нам нужна. Интеграция со странами СНГ? Безусловно, необходима, причем максимально глубокая и системная. Необходимо теснейшее взаимодействие с предприятиями бывшего единого советского народно-хозяйственного комплекса.

Такую работу мы ведем с Киргизским радиозаводом, наше сотрудничество скреплено межправительственными договоренностями. Развиваются кооперационные связи у ОмПО «Радиозавод им. А.С. Попова» с рядом предприятий Белоруссии, Украины, Армении. Так что стремимся на практическом уровне поддержать усилия, которые предпринимаются на интеграционном направлении президентом и правительством.

Но насколько перспективна интеграция в ВТО? До конца не ясно, на каких условиях мы войдем в эту организацию. И непонятно, почему интересы государства в целом должны быть принесены в жертву интересам нескольких сырьевых отраслей.

— Если вы имеете в виду металлургию, то это все-таки отрасль обрабатывающей промышленности.

— Да, но это не автомобили и не самолеты, то есть не продукция высокотехнологичного производства. Мы продаем преимущественно чугунные чушки и полуобработанную сталь. Слава богу, окончательного решения о вступлении и условиях вступления пока нет. Потому что экономические проблемы страны присоединение к ВТО не только не решает, но и усугубляет.

Российский рынок высоких технологий совершенно не защищен от импорта. Ни с помощью таможенных пошлин, ни с помощью внутреннего закупочного законодательства. Не существует, к сожалению, жестких ограничений на покупку зарубежной телекоммуникационной техники по соображениям безопасности и защиты собственного производителя. И даже там, где какие-то ограничения и нормативные акты на этот счет есть, они сплошь и рядом нарушаются.

Трудно себе представить американские силовые структуры, которые пользуются японскими или европейскими средствами связи. А у нас — пожалуйста. И никто не видит — или не хочет видеть, — что мы тем самым отдаем российские деньги иностранным производителям. Это то же самое, как если бы для строительства шоссе Москва — Владивосток асфальт закупали бы в Турции, а песок — в Австралии.
Защита отечественного рынка высоких технологий должна быть предметом специальной государственной политики. Потому что если дело пойдет так и дальше, то через десять лет нечего будет защищать.

Интеграционный «ускоритель»

— Существует ведь и иной аспект интеграции — политико-экономическая интеграция России.

— Безусловно. В нашей стране долгие годы происходила дезинтеграция. Ее мотором были региональные элиты, которые считают себя самодостаточными.

Что касается Омской области, то здесь губернатор Леонид Полежаев развивал кооперационные связи с соседним Казахстаном, что позитивно сказалось и на Омской области, и на Казахстане. При его активном участии в область удалось привлечь общенациональный бизнес — «Сибнефть». На долгие годы эта компания стала системообразующим экономическим субъектом. Это большая победа Полежаева, что столицей «Сибнефти» стала не Москва, не какой-то другой город России, а именно Омск.

Но сейчас наступили иные времена, основной упор нужно делать на новые технологии, машиностроение, обрабатывающую промышленность, тем более что Омск в СССР был одним из ведущих российских центров машиностроения и высокотехнологичного производства вообще. Омская область в советское время была также регионом с высокоразвитым сельским хозяйством.

Однако в деятельности правительства Омской области этим сферам уделяется совершенно недостаточно внимания. Приоритеты регионального правительства на сегодняшний день не вполне адекватны экономическим реалиям. В такой ситуации, на мой взгляд, ошибочно, при всем моем уважении к Леониду Константиновичу, его решение совмещать пост губернатора с должностью главы правительства области. Я полагаю, что губернатор, как высшее должностное лицо в области, должен заниматься стратегией развития региона, а правительство — тактикой. И в это правительство необходимо привлекать новых людей, в частности людей из оборонно-промышленной элиты области, тем более что именно представители ВПК являются традиционной для региона элитой. Людей, которые знают рыночную экономику, понимают современные тенденции…

Потенциал интеграции на пространствах России и СНГ огромен. На примере нашего объединения могу сказать, что, согласно анализу, выполненному экономическими экспертами, использование интеграционных возможностей, новые рынки приведут к увеличению производства в стоимостном выражении на $500 млн! Такой рост будет только на одном нашем предприятии. А если взять все предприятия Омской области, все предприятия страны? Так что у интеграции большое будущее, мы находимся только в начале пути. И у нас есть все шансы пройти этот путь всем вместе.

— Как должны, на ваш взгляд, складываться отношения между федеральным и региональным уровнями власти, между президентом и губернатором?

— Это тема рационального устройства государства, взаимоотношений между государством и гражданским обществом, государством и человеком — ее нельзя рассматривать только через призму интеграционных процессов.

Государство — очень сложный механизм. И главный критерий его работы, по моему глубокому убеждению, управляемость, то есть оптимальные технологии взаимодействия всех субъектов и «этажей», обеспечивающие результат для всех. Вот почему я полностью поддерживаю решение президента о назначении губернаторов. Это увеличивает управляемость, ответственность. А то зачастую было так, что выбирался муниципальный и региональный руководитель и не нес никакой ответственности за результаты своей деятельности.

Теперь, что такое государство для граждан? Президент Путин? Или губернатор, мэр, гаишник, в конце концов? Государство — это все вышеперечисленные вместе взятые, а также депутаты, потому что люди не выделяют для себя исполнительные и представительные институты. И все они для них чужие, все — где-то там далеко, высоко. Но ведь государство из самих граждан состоит, без них никакие процессы не движутся. Потому еще одна важнейшая тема — как преодолеть отчуждение граждан от государства.

И одним из возможных инструментов решения этой задачи является институт общественной экспертизы, который, я уверен, нужен нашему государству на всех уровнях: муниципальном, региональном, федеральном.

Сейчас идут серьезные дискуссии по формированию общественной палаты. Говорят, что это должен быть институт, критикующий власть. По-моему, это неправильный подход. Суть общественного участия — не критика как таковая, а создание ситуации взаимного доверия. Когда субъекты взаимоотношений доверяют друг другу. И не испытывают проблем коммуникации между собой. Например, на нашем заводе есть обстановка взаимного доверия между руководством и трудовым коллективом. Это одна из основных причин, почему мы все последние годы демонстрируем рост производства минимум на 100% ежегодно.

Мультипликатор роста

— А каковы другие причины столь быстрого развития объединения?

— Это наведение порядка в государстве и бюджетном процессе, усиление экономической интеграции — об этих факторах я уже говорил. Так что наш успех — сложение усилий коллектива, руководства предприятия и изменившейся политики федерального центра. Интересно, что все эти обстоятельства не только складываются, но и умножаются, дают взрывной, мультипликативный эффект.

— Рост на 100% в год за несколько последних лет позволил вашему предприятию вернуться к советским параметрам производства?

— Пока нет, но сейчас и потребности несколько иные: другая номенклатура изделий, иные объемы производства. Тем не менее объем производства в советское время — для нас ориентир развития.

— Как решаете проблему кадрового потенциала? Приходит ли кто-то на смену старому поколению специалистов?

— Да, приходит. У нас сложились прекрасные отношения с Санкт-Петербургской академией связи, Омским государственным техническим университетом. ОГТУ открывает на базе предприятия свою кафедру.

Кадровая проблема действительно одна из самых острых. Сейчас приходится восстанавливать профтехобразование. Мы готовим специалистов в бывшем ПТУ завода, которое в пореформенные годы стало самостоятельным образовательным учреждением, в техникуме радиоэлектроники в Екатеринбурге. Кроме того, создаем условия для того, чтобы специалисты имели возможность самореализоваться на предприятии. Отсюда низкая текучесть кадров, высокая заинтересованность в результатах труда, сглаживающиеся разрывы между числом специалистов разных поколений.

— Вы, насколько я знаю, активно обновляете основные фонды, внедряете информационные технологии с помощью ведущих российских фирм в этой области.

— Да, исходим из того, что на основных средствах, тем более в нашей высокотехнологичной, телекоммуникационной сфере, преступно экономить.

«Я не люблю ничего экстремального»

— Скажите, пожалуйста, вы для «оборонки» достаточно молодой руководитель: основной костяк директоров комплекса — это люди за 60 или даже за 70… Как складываются ваши отношения с коллегами-директорами?

— Нормально. Мне помогает то, что моим заместителем является Болеслав Буковский, работавший директором предприятия с 1983 по 1997 год.

Мы очень признательны предыдущему поколению руководителей, именно благодаря его представителям объединение выжило. Я считаю, что смена должна происходить не механически, а по мере возникновения потребностей и необходимости.

— Судя по тому, что радиозавод — фактически народное предприятие, у вас царит демократия?

— Да, но при этом есть и управленческая вертикаль.

— Ваша экстремальная работа, видимо, предполагает экстремальный отдых?

— Знаете, я не люблю ничего экстремального.

— Как будет развиваться предприятие в ближайшие годы?

— Наше будущее — это прежде всего отражение ситуации в регионе, в стране в целом. При условии если ситуация будет развиваться позитивно, основные проблемы, о которых я сказал, разрешатся, будущее весьма радужное. Это многократное увеличение роста, выход в лидеры на телекоммуникационных рынках России и СНГ. Уверен, все будет хорошо.

Фотоочерк Олега Лазарева

Справка «БОССа»

Омское производственное объединение «Радиозавод им. А.С. Попова» в прошлом году отметило свое 50-летие. Это крупнейший производитель средств связи в России. Завод выпускает цифровые и аналоговые радиорелейные станции как специального, так и общего назначения, системы передачи данных, антенные и мачтовые устройства (телескопические, направленные и телевизионные), изделия хозяйственно-бытового назначения (электронасосы, счетчики газа).
Предприятие имеет десятки советских и российских наград, отмечено наградами отечественных и международных выставок.