Игорь ГУНСТ: в проекте — новые проекты


Беседу вел Леонтий БУКШТЕЙН

Проектировать спортивные сооружения в нашей стране всегда было занятием востребованным и почетным. Одним из ведущих проектных центров многие десятилетия остается ОАО «Спортпроект», работающий в тесном контакте со Спорткомитетом и Олимпийским комитетом России. В нынешнем году этой уважаемой организации, которой руководит Игорь Гунст, исполняется 70 лет.

— Игорь Анатольевич, архитектор Гунст, проектировавший в Москве до сих пор стоящие уникальные здания, не родственник ваш?

— Анатолий Оттович Гунст — мой дед. Он оставил в Москве интересные постройки: здание, где теперь Центральный дом ученых, перестраивал для семьи Коншиных, особняк Рэпмана на проспекте Мира (Греческое посольство), а также много других проектировал и строил. Все сейчас перечислять — места не хватит.

— Так у вас глубокие корни в российской и московской архитектуре…

— На них и держимся. Гены, как говорят, сильная вещь. Если же без ссылок на предков, то я выбирал профессию самостоятельно, и не потому, что в роду — известные люди. Хотя, конечно, есть элемент семейной гордости.

— Вас назначили генеральным директором «Спортпроекта» в тяжелейшие для отечественных проектировщиков 90-е годы, когда ни финансирования, ни заказов толком и не было. Как же вы сохранили структуру?

— Сохранил, но с потерями. Многие талантливые архитекторы ушли кто куда — жить-то как-то надо было. Мы брали сторонние заказы, благо появились частные застройщики. Потом и бюджет ожил, начали нам давать работу в приличных объемах. Кое-кто из ушедших вернулся, стали и молодые приходить. Мы тоже не дремали: вот построили жилой дом рядом с нашим служебным корпусом. Все, кто нуждался в новом или расширении старого жилья, свои жилищные проблемы решили. В Москве это много значит.

— В активе «Спортпроекта» множество уникальных спортивных сооружений. А сам подход к проектированию таких специфических зданий как-то меняется на протяжении десятилетий?

— Меняется, и существенно. Важным направлением современного физкультурно-оздоровительного и спортивного строительства стало сооружение легковозводимых универсальных трансформируемых комплексов.

Развитие сети таких комплексов дает большие преимущества. Широкие функциональные возможности этих сооружений значительно повышают их пропускную способность, так как здесь могут заниматься одновременно любители сразу нескольких спортивных и оздоровительных направлений. Не требуется дополнительных затрат на приспособление помещений для использования их под различные функции. Да и сами по себе занятия спортом являются для молодежи прекрасной рекламой здорового образа жизни.

Есть и другие преимущества такого направления развития современной спортивной сети.

Возможность получать несколько спортивных услуг в одном комплексе позволяет населению экономить время на дорогу, что в масштабе такого мегаполиса, как, например, Москва, является существенным фактором улучшения жизни современного человека.

Мы давно перешли от проектов с мощными фундаментами и бетонными стенами к так называемым быстровозводимым зданиям с уменьшенным расходом материалов. Потому что любое здание общественного назначения морально устаревает еще до того, как выйдет срок его эксплуатации: меняются стандарты жизни, подходы к оценке такого фактора, как удобство. Да и задачи, в конце концов, меняются. Тогда зачем же тратить массу средств на «пирамиды Хеопса» в жилье и в спорте? Теперь эти здания строятся быстро, а срок их службы совпадает со временем действия определенных стандартов. Через два-три десятилетия на их месте можно будет возводить сооружения по другим стандартам. Сносить же прежние можно будет быстрее и с меньшими затратами.

— Хочу процитировать питерскую газету 2002 года: «В Санкт-Петербурге на северной стороне Крестовского острова состоялась торжественная церемония открытия арки-звонницы с карильоном. Создатели арки посвятили ее двум событиям — наступлению нового тысячелетия и 300-летию Санкт-Петербурга. Сооружение представляет собой громадный 27-метровый музыкальный инструмент, изготовленный из монолитного белого бетона».

— Да, этим проектом я особенно горжусь. Такого нет ни в одном городе России, он интересен и с архитектурной точки зрения, и с музыкальной: сложное соединение звучания 23 автоматических колоколов с компьютерным управлением и 18 русских (неавтоматических) раздается в радиусе более полукилометра от арки. Вот у меня стоит небольшой колокол, подаренный голландскими мастерами. Ударьте в него — и он будет звучать почти две минуты. Чистая работа.

— Можно я приведу еще одну цитату, теперь из энциклопедического издания? Оно пишет: «Заслуженный архитектор России, лауреат Государственной премии Таджикистана имени Рудаки, Международной премии имени Петра Великого Игорь Анатольевич Гунст являет собой редкий пример удачного сочетания личных и профессиональных качеств: он творческий человек и талантливый руководитель. Многие его разработки стали архитектурными новациями международного значения. Так, например, проект крытой горно-лыжной и санно-бобслейной трассы принят Международным олимпийским комитетом. Таким образом архитектор содействует процессу возрождения интеграции России с Западом»…

— Когда работаешь почти четыре десятилетия в одной сфере — много чего успеваешь сделать. К процитированному могу добавить: спортивные базы для тренировок спортсменов мирового класса «Новогорск» в Подмосковье, «Эшеры» и «Гали» на Кавказе, Дворец спорта «Измайлово», построенный к Олимпийским играм 1980 года.

Этот Дворец спорта уникален по ряду позиций, его проектирование и строительство осуществлено менее чем за три года. Впервые в мировой практике сооружение размером в плане 72 х 66 м перекрыто тонколистовой висячей мембраной из нержавеющей стали толщиной всего 2 мм. Достигнута большая экономия веса и других конструкций. Монтаж мембраны велся с земли мощными домкратами, поднявшими конструкцию на проектные отметки.

Кроме того, Парусный центр в Сочи, проект двухъярусного Дворца спорта для зимних Олимпийских игр там же, в Сочи, в Красной Поляне, памятник Дмитрию Пожарскому в Суздале, восстановление колокольни храма Рождества Богородицы XVII века в Московской области, участие в конкурсе на разработку проекта храма «1000 лет крещения Руси» и т. д.

— Вы ведь еще работаете и над проектами городской застройки. Причем некоторые ваши идеи выглядели до недавнего времени просто фантастическими…

— Все казавшееся фантастическим со временем становится понятным и принимается как должное. Действительно, мы предлагали многоэтажную, в десятки этажей, застройку еще в 60—70-х годах. Тогда это оценили чуть ли не как хулиганство, нарушение норм и правил. А теперь мэрия Москвы собирается застраивать некоторые районы такими домами. И у нас есть проект высотного здания, в плане представляющего собой перевернутый конус, у которого площадь опоры чуть более 100 кв. м, а общая полезная площадь — 12 тыс. кв. м. Это очень актуально для Москвы с ее дефицитом земли для нового строительства.

— И что с этим проектом?

— Ждем инвестора. Как только появится инвестор, мы будем готовы приступить к делу.

А вообще, мы в свое время предложили метод организации городской среды будущего. Он и сегодня актуален, может, даже еще больше, чем несколько лет назад. Суть его в том, что строятся опорные высотные здания в 30 этажей со всей необходимой инфраструктурой. А между ними — башни высотой до 100 этажей. Затем — колоссы высотой до 200 этажей. И все это «сообщество» высоток соединяется транспортными и иными магистралями высоко над землей. Для реализации такого проекта потребуется 20—30 лет. Но другого способа расселить людей и создать рекреационные зоны мы не видим. Иначе так и будут горожане обитать в каменных мешках без зелени, без кислорода, в автомобильной гари и пыли. Примите во внимание и такой фактор, как напряженность транспортных потоков. Чем меньше будет «точек доступа», тем меньше окажется суммарный пробег автомобилей к зданиям.

А значит, кардинально решается проблема транспортных пробок на улицах мегаполиса. Без использования так называемого третьего измерения проблему развития Москвы не решить. Это наше мнение, и у него становится все больше сторонников.

— Говорят, что структура подземных горизонтов в Москве такова, что проектировать здания повышенной этажности нужно очень осторожно.

— Мы обладаем такой базой данных, что можем просчитывать фундаменты любой сложности, глубины залегания и нагрузки на грунт. Нужно применять укрепление грунта, другие технические средства — и все будет в порядке на многие десятилетия.

— Большое желание и москвичей, и всех россиян — принять Олимпиаду 2012 года. Есть новые объекты к этому предполагаемому событию?

— Есть, конечно. В Москве открылся Дворец ледового спорта «Центральный». Он вместил два хоккейных поля с искусственным льдом, зал игровых видов спорта для волейбола, баскетбола и тенниса плюс тренажерный зал.
В зале ледовых видов спорта, в частности, есть информационный центр, цифровое табло, радиоузел, балкон для зрителей. Освещение спроектировано так, чтобы максимально приблизить его качество к естественному. Если не намораживать лед, поля можно использовать для тренировок олимпийских сборных по другим видам спорта. Как бы там ни было, во дворце будут работать секции по хоккею, фигурному катанию, аэробике. Здесь будут проходить мастер-классы известных спортсменов, сеансы массового катания для жителей города.

Мы не успокаиваемся на достигнутом, у нас в проекте — новые проекты.