Оружие и люди


Александр МАЗИН

В 2005 году правительство обещает увеличить оборонный бюджет на 27 млрд руб. Вроде бы сумма большая. Но в долларовом эквиваленте она не кажется такой уж значительной — всего-то $900 млн (напомним, что в США только бюджет Пентагона на будущий год определен в $415 млрд).

Военные расходы Китая и Индии составляют около $23 млрд и $17 млрд соответственно, так что и до них, получается, нам далеко. Особенно если учесть, что в России военный бюджет расходуется в основном на поддержание ядерных сил и восстановление космической группировки войск. На прочие же нужды остаются крохи. К примеру, на период до 2007 года заказана серия аж из трех боевых вертолетов Ми-28Н «Ночной охотник» — масштабы просто потрясающие! Часть средств пойдет на модернизацию уже имеющейся техники, благо в предыдущее десятилетие самолеты у нас практически не летали, танки не ездили, а корабли не плавали и, следовательно, износ моторесурсов был мизерным. Вот и приходится «оборонке» надеяться лишь на рост экспорта.

Что и куда

По данным «Рособоронэкспорта», поставки оружия за рубеж к 2004 году достигли рекордной отметки — $5,2 млрд. Эта сумма составляет половину поступлений от всей экспортной продукции машиностроения России. Весьма перспективными оказались и контракты на поставки истребителей Су-27 в Индонезию и Су-30МКМ в Малайзию. Кое-кто из военачальников даже заговорил о создании единой системы ПВО стран АСЕАН на базе «сушек» и другой отечественной техники. Однако основными нашими партнерами в области военно-технического сотрудничества остаются Индия и Китай. Во взаимодействии с ними все более отчетливо вырисовываются новые (или относительно новые) тенденции.

Для обеих стран характерно, во-первых, ужесточение требований к качеству импортируемого оружия, во-вторых, стремление не столько к закупке готовых изделий, сколько к их лицензионному производству. А в ближайшей перспективе — к совместной разработке новейших образцов вооружений и техники двойного назначения. Это, в частности, первоклассная противокорабельная ракета, способная заменить знаменитый российский «Москит». Ее созданием занимаются российские и индийские специалисты. Они же совместно конструируют новый транспортный самолет. С Китаем активно обсуждается идея истребителя пятого поколения, которому будет под силу конкурировать на мировых рынках с американским JSF.

Кому-то может показаться, что наша страна вполне обошлась бы и без кооперации, да и делиться передовыми технологиями с потенциальными конкурентами вроде бы ни к чему. Действительно, заделы на будущее у нас существуют. Однако довести проекты до ума и запустить их в производство — на это средств не хватает. Достаточно сказать, что расходы КНР на космическую программу в десять раз превышают российские.

Специфика индийской политики в области импорта вооружений заключается не только в диверсификации фирм и стран — поставщиков отдельных образцов, но и в установке на них узлов и агрегатов разных производителей. На Су-30МКИ, к примеру, в бортовой электронике используются системы израильской, французской и, естественно, индийской разработки. Для наших военных инженеров это отчасти даже полезно, поскольку позволяет ознакомиться с чужим опытом, подстегивает творческую мысль. Тем более что требования индийской стороны нередко находятся на пределе возможностей отечественной «оборонки». Не поднимали бы партнеры планку так высоко, неизвестно еще, были бы доведены до производства отечественные авиадвигатели с управляемым вектором тяги (аналогов в мире им пока нет) или зенитные комплексы «Штиль-1». Несомненным плюсом сотрудничества с Индией является и долгосрочность заключенных контрактов — вплоть до 2012—2017 годов.

В работе с Китаем — своя специфика. Требования у Пекина, правда, мягче, чем у Дели. Упор делается на закупки не столько готовой продукции ОПК, сколько новейших технологий. Сейчас их доля в импорте составляет 30%, в перспективе планируется довести до 70%. Классический пример — первый китайский пилотируемый космический корабль, почти точная копия «Союза». Но здесь хотя бы передача технологий была легальной, в других случаях наши партнеры не брезгуют и откровенными заимствованиями. Известны, например, попытки хищения технической документации секретных узлов к истребителям Су-27 в их модификации, предназначенной исключительно для российских ВВС.

Но это — неизбежные издержки. К плюсам же военно-технического сотрудничества можно отнести и то, что выполнение экспортных заказов способствовало совершенствованию менеджмента нашей «оборонки», образованию в России крупных финансово-промышленных групп. Например, для проектирования и производства дизель-электрических подводных лодок был создан консорциум «Морская техника», куда вошли ГП «Адмиралтейские верфи», ЦКБ МТ «Рубин», АБ «Инкомбанк» (только Китаю по контракту от 2002 года будет поставлено восемь субмарин класса «Кило»).

Заказ Пекина на поставку двух эскадренных миноносцев проекта 956Э реализован совместными усилиями ОАО «Судостроительный завод “Северная верфь”» и Северным проектно-конструкторским бюро. Финансовым партнером «Северной верфи» выступил БалтОНЭКСИМбанк, обеспечивший своими кредитами бесперебойную работу завода, что позволило выполнить заказ в достаточно сжатые сроки. При участии банковского капитала, а также 146 предприятий-субподрядчиков ОАО «Балтийский завод» ведет строительство новейших фрегатов проекта 1135.6 для Индии.

Очевидные минусы

Есть у российского оборонно-промышленного комплекса и довольно серьезные проблемы. Так, уже после подписания контракта с Дели на поставку танков Т-90С неожиданно выяснилось, что их производитель — «Уралвагонзавод» страдает от катастрофической нехватки опытных рабочих. В последнее время на этом предприятии в основном клепали цистерны для перевозки нефтепродуктов. Военный заказ находился под угрозой срыва. Пришлось бросить клич, приглашать ветеранов завода и профессионалов со стороны.

Объемы поставок для российской армии сегодня не способны обеспечить даже минимально необходимую мобилизационную готовность. За минувший год, к слову, для наших ВВС закуплены один (!) новый истребитель и два вертолета. Немногим щедрее было МЧС. Все тот же «Уралвагонзавод» (кстати, крупнейшее в стране предприятие по выпуску бронетанковой техники) получил от Министерства обороны заказов на 135 млн руб. при общем объеме производства объединения в 20 млрд.

По словам руководителя Департамента оборонно-промышленной политики Минпромнауки Виктора Сергеева, производственные фонды «оборонки» устарели на 75%, физически изношено — 50%, тем не менее их обновление в 2003 году не превысило 1%. В радиоэлектронной промышленности — по сути, основе современных систем вооружения — в прошлом году рентабельными оказались только 56% предприятий, несмотря на то что в целом рост производства в отрасли составил 120%. И здесь, похоже, мы сталкиваемся уже с другой проблемой — не технологической, а управленческой.

В нынешнем году гособоронзаказ подрастет еще на 20% и достигнет 341 млрд руб. Для армии по-прежнему будут закупать танки Т-90С (в 2003 году наши военные получили 14 этих машин, индийские — в несколько раз больше), приобретут восемь вертолетов Ка-52 (двухместная версия «Черной акулы»). Кроме того, продолжится модернизация истребителей и штурмовиков. Все это, конечно, хорошо, но явно недостаточно. Как здесь не вспомнить пусть и набившие оскомину слова Наполеона: «Тому, кто не хочет кормить свою армию, придется кормить чужую».

Автор — кандидат экономических наук