КРЕМЛЬ БЕЗ ПРЕЕМНИКА


Георгий САТАРОВ, президент фонда «ИНДЕМ»

Парламентские и президентские выборы остались позади. Более или менее ясно, каким будет политический курс страны на ближайшие четыре года. Однако многие уже задумываются о том, что нас ждет на следующих выборах.

В какой степени выборы 2004 года определяют выборы-2008? На мой взгляд, в очень малой. Будет ли поражение правых сил на последних парламентских выборах или результат, полученный Ириной Хакамадой на президентских, интерпретированный как поражение, препятствовать демократам в дальнейшем? Нет. Ведь электорат останется тем же, и они должны быть представлены на следующих выборах. Понятно, что и коммунистам не приходится рассчитывать на столь же мощную поддержку населения, как раньше. Но станет ли это препятствием для их участия в выборах 2008 года? Тоже нет. КПРФ будет востребована у определенной части электората и через четыре года.

Что же касается формальных и содержательных изменений на политическом олимпе, то сейчас об этом трудно сказать что-нибудь определенное. Мне кажется маловероятным воспроизведение на ближайших президентских выборах проекта «Преемник» образца 1999—2000 годов. Тогда Кремль жил ощущением колоссальной опасности и потому был предельно консолидирован, мобилизован и имел возможность сконцентрировать на этом проекте информационные, денежные и организационные ресурсы. Сейчас же консолидации не наблюдается. И я подозреваю, не будет ее и в дальнейшем. Раскол между разными группами бюрократии и их представительством в Кремле лишь усугубится. Владимир же Путин, стремясь, как и прежде, сохранить баланс, не станет делать поправку на какую-то одну группу. А только в этом случае был бы возможен проект «Преемник-2». Скорее всего, сценарий окажется таким: к выборам будут готовиться несколько различных групп, а действующий президент постарается договориться со всеми.

Не стоит ожидать и изменений в Конституции РФ, предусматривающих увеличение срока президентских полномочий. Тому есть две причины. Первая: вряд ли это нужно самому Владимиру Путину. Вторая: чтобы провести подобную инициативу, требуется все та же консолидация бюрократических сил. А здесь имеется серьезная проблема. По сути, сегодня все существующие рядом с президентом политические группировки недовольны им — и «семья», и «питерские чекисты», и «питерские либералы». Каждая из них была уверена, что победа Владимира Путина на выборах должна стать ее победой. Но получилось, что победа ничья. Ибо сам Путин выбора ни в чью пользу не сделал. И это хорошо. Думаю, что ту же позицию он будет занимать и дальше.

Насколько реформа политической системы, очередной этап которой (однопартийность, полная ликвидация конкуренции на президентских выборах) происходит на наших глазах, связана с задачами укрепления власти ради власти, а насколько — с задачами модернизации страны? Я считаю, что идет укрепление власти ради власти. И идет оно в ущерб модернизации страны.

Демократия — категория не столько ценностная, сколько технологическая. Это единственное, что придумала цивилизация для обеспечения свойства, которое американский социолог Талкотт Парсонс назвал «институциональная адаптивность» (оно подразумевает сотрудничество всех институтов государства. — Ред.). То есть именно демократия дает возможность системе реагировать на внешние воздействия и изменяться без саморазрушения. Проблема Советского Союза состояла в том, что он не обладал таким качеством и потому был обречен. Если же и Россия не воспроизведет его в своих государственных институтах и в обществе, ее ждет либо развал, либо тихий цивилизационный тупик. В этом смысле нынешняя попытка централизации власти есть попытка копировать черты советской модели, приведшие к распаду СССР.

Никакого укрепления государственности сегодня нет. Мы наблюдаем хаос, подчас приводящий к самым трагическим последствиям, — и в больницах, и в роддомах, и в школах, и в бездействующей милиции, потакающей бесчинствующим на улицах скинхедам. А ведь все это государственный сектор. Бюрократический беспорядок в стране стал гораздо сильнее, чем был в анархические времена Бориса Ельцина. Теперь все более или менее крупные фирмы вынуждены содержать в исполнительной власти чиновников, выплачивая им ренту только для того, чтобы они выполняли свои прямые обязанности. Не чтобы они принимали решения в пользу этих фирм, а чтобы просто делали на своем месте свою работу. Таким образом, под лозунгом укрепления государства усилилась власть отдельных групп и персон, но ослабло само государство.