КУЛЬТУРА БЕЗОПАСНОГО БИЗНЕСА


Александр КРЫЛОВ, генеральный директор Службы безопасности «Амулет» Ассоциации российских банков

Когда говорят об угрозах предпринимательству, обычно подразумевают «наезд» братков, визит налоговой полиции по заказу конкурентов и прочие подобные напасти. И соответственно главная задача службы безопасности видится в том, чтобы противостоять всем проискам чужаков, способным помешать успеху бизнеса. Такая точка зрения сложилась в начале 90-х годов, в период «дикого» капитализма. Сегодня граница между «опасно» и «безопасно» выглядит иначе. Угроза со стороны уголовников, конечно, не исчезла совсем, однако ощутимо уменьшилась.

Если говорить о внешней стороне дела, то наше взаимодействие с большинством клиентов теперь наполнилось рутиной, даже скукой. Зато стало куда эффективнее, поскольку все шире применяются профилактические технологии — проблемы предупреждаются еще на ранних стадиях. В этом, кстати, и заключается настоящий профессионализм, а не в героическом преодолении собственных просчетов. Существует замечательная поговорка: «Отсутствие новостей уже хорошая новость». Служба безопасности именно та сфера, где спокойная, размеренная работа лучше неожиданных новостей любого сорта.

Мы замечаем, как меняется структура заказов. Раньше к нам обращались в критической ситуации и просили в основном помочь «отбиться», в последние же годы хотят иного: дисциплинировать бизнес, повысить его внутреннюю культуру, обезопасить от более изощренных атак со стороны конкурентов. И здесь без наших услуг обойтись трудно.

Скажем, один клиент обратил внимание на низкое юридическое качество заключаемых им договоров. До поры до времени годились и такие. Но в серьезной ситуации, при обращении в арбитражный суд обнаружилось, что документ плохо защищает его интересы. И бизнесмен попросил нас разобраться, что фирма упустила из виду в своей системе безопасности.

Многие предприниматели уже поняли, что угроза бизнесу не в недостаточном числе нанятых бывших офицеров спецслужб, а в невысоком уровне корпоративной культуры (или вообще ее отсутствии). Никакое, даже самое крутое, доморощенное «ФСБ» не спасет от краха, если, скажем, менеджмент дал маху и компания тратит ресурсы на безнадежный проект, производит некачественную либо устаревшую продукцию, или ее руководители работают недружно, непрофессионально… Но и в том, и в другом, и в двадцать пятом случае моим коллегам придется так или иначе отдуваться за чужие ошибки.

Настоящая корпоративная культура сама по себе служит надежной защитой от катаклизмов. На столичном рынке действует ряд крупных и весьма успешных фирм, у которых фактически отсутствует служба безопасности в традиционном для России устрашающе-силовом формате. Однако их корпоративные технологии прочнее любого панциря.

Хорошо заметна разница между российским и западным менталитетом уже на этапе заключения контракта. Наши предприниматели обычно очень гордятся, когда им удается договориться с партнером с ходу. Западные — проводят все документы через множество проверочных и страхующих процедур. Но зато потом, если что-то пойдет не по плану, им не нужно морщить лоб и лихорадочно искать выход из создавшегося положения. Потому что каждой ситуации соответствует четко установленный порядок действий персонала. Любой сбой будет проанализирован и повлечет за собой корректировку служебных инструкций. Потери же частично возмещаются за счет штрафования нарушителя технологии.

Я часто рассказываю молодым коллегам о своих впечатлениях от первой поездки в Германию для изучения опыта банковской безопасности. Руководство тамошнего банка поначалу даже не поняло, кто же мы такие. Дело в том, что в подавляющем большинстве немецких банков службы безопасности нет. Им обычно вполне достаточно одного сотрудника, курирующего это направление. Причем его задача сводится к наблюдению за выполнением персоналом инструкций и к регламентной проверке систем технической безопасности. Когда что-то ломается, он звонит в специализированную фирму, и та меняет или ремонтирует оборудование.

Директора банка нисколько не смутил наш вопрос: «А если вас будут грабить?» «Пусть себе грабят, — сказал он. — Мы имеем инструкцию государственной полиции с правилами поведения на этот случай. Во-первых, у нас не должно находиться наличности сверх лимита, соответствующего категории защиты нашего банка. Во-вторых, по требованию грабителя мы обязаны эту наличность отдать ему без промедления. Дабы не подвергать опасности здоровье и жизнь находящихся в банке клиентов и сотрудников. В-третьих, после ухода грабителя нужно сразу же позвонить в полицию».

Мы продолжили начатое обсуждение волнующей нас темы с офицером полиции. Что предписывают ему инструкции при получении сигнала об ограблении банка? Его ответ также обескуражил: «Если уж начали грабить, пусть делают это спокойно. Как бы ни были жадны преступники, много они все равно не возьмут. Полиция не имеет права врываться в банк, чтобы не пострадали служащие и клиенты. Применение оружия может обернуться захватом заложников, а потому в банке вообще не должно быть никакой стрельбы. Но стоит грабителю выйти с добычей, его надо ловить всеми способами. Однако арестовывать желательно не на людной улице».

Как видим, логика действий сильно отличается от нашей. Когда за границей мы представляемся российской банковской службой безопасности и сообщаем, что располагаем бронированными автомобилями, что у нас 16 тыс. штыков во главе с сотней бывших генералов спецслужб, сплошь Героев Советского Союза, то многие не скрывают удивления: «И это банк? Это больше похоже на мощное воинское подразделение…»

Разумеется, защищать российский банк от злоумышленников с помощью немецких инструкций — малоперспективная задача. Также обречена на неудачу попытка охранять западный банк в нашей манере. У предпринимателей, преступников и борцов с преступниками в разных странах свой, «национальный» характер. Однако очевидно, что наиболее актуальное сегодня направление защиты «продвинутого» российского бизнеса связано с так называемыми встроенными технологиями безопасности. То есть с теми, которые представляют собой единое целое с повседневной жизнью компании, а не экзотическое, самодостаточное приложение к ней.